Влюбляясь в тебя - Джулия Ортолон

– Шш, я здесь, здесь, – успокаивающе произнес он, прикасаясь к другой груди.

Аврора почти не слышала его слов, так громко билась кровь в ее жилах. С его ласками уходила тоска, сменяясь мучительным желанием, ноющем во всем ее теле. С каждым прикосновением Чанса страсть поднималась в ней с новой силой. Из-за ребенка, который жил в ней, грудь стала более чувствительной, и ей хотелось, чтобы он сильнее сжимал соски губами, пусть даже это причинит ей боль. Она запустила пальцы в его волосы, чтобы без слов управлять его движениями, и почувствовала, как он жадно обхватил ее грудь, язык щекотно заиграл с соском, и крик наслаждения вырвался из ее груди.

– Я сделал тебе больно?

– Да. Нет. Не знаю. Ты только люби меня, Чанс. Люби меня!

– Аврора… – Он вытянулся вдоль ее тела, словно поющая струна, и пьянящий, глубокий поцелуй обжег ее губы, заставляя звенеть каждый ее нерв, каждую клеточку, пока его рука ласкала ее бедра, живот… Рори вздрогнула в предвкушении, когда его пальцы опустились ниже. Она раскрылась, сгорая в томительном ожидании, но он дразнил ее, пальцы, словно легкие перыщки, щекотали ее бедра. Сжав руками его голову, она припала к его губам, извиваясь и выгибаясь под ним, будто змейка.

Вырвавшись из ее жадных объятий, Чанс снова скользнул игривым языком вниз по ее шее и плечам и проделал свой огненный путь между грудей к животу.

– Чанс, умоляю тебя… – простонала Рори, выгибаясь и прижимаясь к нему бедрами, стараясь найти избавление от сладкой муки. Обняв его за плечи, она притянула его к себе, чтобы оборвать мучительную пытку.

– Шш, – прошептал он, – отдайся мне, Аврора.

Она опустилась на подушки, чувствуя, что сейчас задохнется от возбуждения, пульсирующего в крови.

Чанс приник ближе, раздвинув под собой ее ноги, и дыхание его жаром обдало ее волосы. Затем одним движением он достиг своей цели, и Аврора откинула голову, закрывая глаза. Лаская руками ее бедра, он прижал ее крепче, и блаженство волнами изнеможения накатывало на нее, отзываясь на его мерные, гибкие движения, пока ее рука не упала на подушку, завершая цикл испытанного наслаждения.

Какое-то время Аврора лежала с закрытыми глазами, потом она почувствовала, как Чанс прильнул к ней всем телом, опершись руками о подушки около ее головы. Она поняла, что он наблюдает за ее реакцией.

– Так лучше? – спросил он.

– Да. – Рори вздохнула и чуть не рассмеялась от ощущения внезапной легкости. Хотя она была слишком расслаблена, чтобы двигаться, она подняла руки и провела ладонями по его мускулистым плечам и упругой спине. Чанс шумно дышал, и Аврора поняла, что не одна она дрожит от изнеможения. Все его тело вздрагивало при легчайшем прикосновении ее пальцев.

Удовлетворение и тихое счастье наполнили ее, когда она посмотрела ему в глаза. Заключив его в свои объятия, она прижалась к нему так тесно, будто не желала больше никогда отпускать его. Мускулы его живота внезапно напряглись, и он хрипло застонал, не удержав в себе частицу пульсирующей влаги. Ее руки продолжали гладить его плечи и спину, и он вздрагивал, отвечая на ее ласку.

– Как мне хорошо, – прошептала Аврора. – С той первой ночи я мечтала об этом каждый день.

– Я тоже хотел этого. Сильнее, чем можно выразить словами.

Чанс зажмурился, напряженно втянув воздух, и медленно выдохнул, расслабив уставшее тело.

– Тогда покажи это мне.

Он поцеловал ее, но, к ее удивлению, неожиданно встрепенулся, пораженный какой-то мыслью. Когда он бросил испуганный взгляд на ночной столик, Аврора поняла. Вспомнив, что там лежала пачка презервативов, она покачала головой:

– Нет, не волнуйся. Они тебе не нужны.

Чанс непонимающе посмотрел на нее, но она, обхватив его руками, притянула к себе. Закрыв глаза, он застонал, испуская в нее первую каплю своего блаженства. Тогда ее руки опустились ниже, чувствуя, как напрягаются его мышцы, продлевая наслаждение, по капле отдавая ей себя и с каждым разом все глубже проникая в ее тело, пока они не слились воедино.

Аврора вздохнула, зажмурившись от удовольствия и чувствуя, что теперь их соединяет нечто большее, чем только физическая близость. Чанс устало опустился к ней на грудь, обняв ее, так что они лежали сердце к сердцу; дыша в унисон, словно дыхание у них было одно на двоих.

Глубоко утонув в подушках под весом его тела, Аврора испугалась, не потерял ли он сознания, но спросить не было сил. Они лежали неподвижно, и ее сердце стучало в груди словно молот. Или это стучало так его сердце?

– Я тебя не раздавил? – пробормотал он в подушку.

– Не думаю, – прошептала она, ее тело было так полно истомы, что она не могла бы сказать, что сейчас чувствует.

– Как хорошо! – Последняя волна сотрясла его тело, и Чанс тихо застонал. – Я сейчас не в силах даже пошевелиться.

– Я тоже. – Блаженная улыбка застыла на губах Рори.

Она лежала бы в его объятиях всю жизнь и даже дольше. Из последних сил она теснее обхватила его тело ногами и запустила пальцы во влажные волосы.

Чанс застонал сильнее и судорожным движением глубже проник в нее. Аврора почувствовала, что его плоть все еще тяжела. Чувство новой близости заставило ее плотнее прижаться к нему бедрами. Чанс со стоном припал к ее губам, желание придало ему сил, и он снова поднялся на руках над подушками. Терпкий вкус поцелуя, рука к руке, плоть к плоти…

Подняв голову, Чанс окинул взглядом золотистые волосы, зарумянившиеся щеки и медленно стал опускаться, глубже и глубже. Рори закрыла глаза.

Словно ничего не происходило между ними там, где их тела соединялись в одно, он откинул волосы с ее лица.

– Останься со мной, – ласково попросил он. Аврора, посмотрела в окно – солнце еще не зашло.

– У нас впереди целый вечер.

– Нет. – Он поцеловал ее в горящую щеку и вздохнул, зарывшись в прохладные кудри. Гибко и плавно он опять опустился в ее объятия, и плоть его снова отвердела. – Впереди вся ночь.

Аврора попыталась выйти из забытья.

– Мне надо… позвонить Эллисон. Чтобы сказать, где я.

– Потом.

Чанс двигался все быстрее, и она снова забыла обо всем. Он медленно наклонился к ее уху.

– Ты хорошо себя чувствуешь?

Она скользнула руками по его спине, и гибкое тело прогнулось под ним.

– Спроси меня через час.

– Если я еще проживу так долго. – Он затрясся от беззвучного смеха. – Господи, если бы ты знала, как я мечтал о тебе и какие фантазии посещали меня!

– Значит, все-таки и тебе не чужды фантазии?

– О да.

Его слова и игривый тон взволновали Рори, напомнив ее собственные фантазии, и возбуждение забилось в крови.

– И какие же это были фантазии?