Свет мой зеркальце, скажи… - Екатерина Риз

На следующий день, как следует отдохнув и вволю погрустив в одиночестве, в тишине родной квартиры, я и правда, почувствовала себя лучше. По крайней мере, мне уже не было тоскливо, и мою душу не терзали непонятные желания куда-то бежать и кого-то искать, с кем-то объясняться и разговаривать по душам. Признаюсь, что вечером меня посетила маниакальная по своей сути мысль, позвонить Ромке, и попытаться ещё раз ему всё объяснить. Сказать, что я не пыталась его обмануть намеренно, а уж тем более обокрасть его не хотела, просто так сложились обстоятельства. И, если я не права, то могу попросить прощения. Я не позволила ему встретиться с Ладой, но если для него это важно… если он хочет поговорить с ней, выяснить… если они смогут о чём-то договориться…

В общем, именно в этом моменте я окончательно запуталась, в первую очередь в самой себе и своих чувствах, запечалилась, и звонить, конечно же, не стала. Чему на утро сильно обрадовалась. И чтобы избавить себя от лишних мыслей, взяла и позвонила Светке.

Та удивилась и обрадовалась одновременно.

— Ты вернулась! А я уже волноваться начала, думаю, на работу в понедельник, а ты не звонишь, и на мои звонки не отвечаешь.

— Прости, я была занята.

— Чем?

— Отдыхом, — ответила я уклончиво. — И с возвращением получилось неожиданно, билет случайно купила на ночной рейс, и прилетела.

— Ну, и здорово. Встретимся? Я хочу тебя видеть! Загорелую и задорную.

— Ага, — отозвалась я без всякого задора, но пообещала к трём подъехать в наше любимое кафе.

Светка, когда меня увидела, откровенно ахнула. Я зачем-то решила принарядиться, надела жёлтое платье, которое купила в Сочи, новые босоножки и пожалела, что потеряла шляпу. День сегодня выдался жаркий, будто я и не покидала Краснодарский край, только моря не хватало. Я шла по улице, думала о своём наряде, а мысли снова перескочили и в голову пришло: Роману Евгеньевичу это платье сильно нравилось. Ему нравилось гулять со мной по скверу, когда я держала его под руку, а он с удовольствием посматривал на меня и смеялся над бантом на моей шляпе. Теперь же не хватало половины из необходимых компонентов, это всплывало на уровне ощущений, мысли я от себя гнала, но успокоения не находила. Наверное, слишком мало времени прошло. Ещё позавчера я гонялась за чужими бриллиантами и держалась за крепкую мужскую руку. И если бы захотела — если бы я только захотела! — то сейчас была бы рядом с ним в Нижнем. Но я приняла решение.

Или испугалась, что оказавшись в привычной для себя обстановке, Рома чётко осознает, что я не Лада? И во мне нет ни одного качества, из-за которого он выбрал её себе в жёны?

Светка, рыжая, как костёр пионерской зарницы, с веснушками на носу и широкой улыбкой, вскочила из-за стола мне навстречу, и глаза на меня в восторге вытаращила, потом кинулась ко мне обниматься.

— Липа, какая ты красивая! Загорелая! Ух ты, а платье!.. Дорогое?

Я уклончиво пожала плечами, решив не озвучивать истинную цену «лёгкого сарафанчика», стоимость которого в коротком прыжке вполне могла дотянуться до нашего со Светкой месячного жалования. Мне уже и самой не верилось, что я совсем недавно могла быть настолько беспечной, что тратила такие суммы на наряды. И, кстати, чемодан мой был забит битком, даже странно, когда я успела столько всего накупить? Всё-таки банковская карта, притом чужая, развращает. Ты просто протягиваешь её, и в какой-то момент перестаёшь думать о цене и деньгах как таковых. А Роман Евгеньевич ни разу не спросил, сколько я трачу. Поэтому, наверное, сейчас пытается определить, сколько денег я передала Ладе.

Всё, я больше не думаю об этом.

Мы заняли столик на открытой веранде, присели, Светка таращила на меня глаза, и я в какой-то момент не выдержала и показала ей кулак. После чего попросила:

— Перестань. Что ты на меня уставилась?

— Ты изменилась.

— Зато ты нет. И не меняешься, — заметила я.

— А чего мне меняться? — Светка руками развела. — У меня ничего не происходит, вот даже отпуск не дают. Вадик даже издеваться начал. Ему уже дали, с его чёртовой работой в полиции, а мне не дают. И он, представляешь, не верит, когда я говорю, что меня считают ценным работником.

— Я бы даже сказала: бесценным.

— Пошути, пошути. — Света заказ сделала, вернула официантке меню, затем махнула рукой и добавила: — Ещё тирамису. Пусть мне потом будет стыдно.

— И мне, — согласилась я, тоже возвращая папку. Девушка в чёрном стильном фартуке понимающе улыбнулась и от стола отошла. А Света попросила:

— Рассказывай, как отдохнула?

Я руку вытянула, демонстрируя загар.

— Хорошо.

— Только я так и не поняла, как ты из Нижнего в Сочи оказалась. Ты же не собиралась.

— Это было спонтанное решение. Точнее, меня пригласили. — Я посмотрела в сторону и тише добавила: — Неудобно было отказаться.

— Я бы даже сказала: крайне глупо было отказываться. Как родственники тебя встретили?

Конечно, перед отъездом, передавая Светке ключи от квартиры и прося присмотреть за цветочками, мне нужно было подружке что-то сказать. Я честно собиралась рассказать про сестру, что мы пытаемся наладить отношения после детства, проведённого в разлуке, но как-то не получилось. Откровенно не повернулся язык. Не получалось у меня рассказывать о Ладе и родителях, никак. А сейчас я даже рада была, что не стала себя тогда пересиливать. Рассказала о дальних родственниках, которые уезжают в отпуск, и предлагают пожить в их квартире в Нижнем. Это и то Светке, да и мне, казалось удачей. А потом я как-то, непонятно для неё оказалась в Сочи, позвонила ей оттуда, чтобы предупредить о возможной задержке. Задержки не случилось, зато мне теперь приходится оправдываться за идеальный загар.

— Родственники нормально. Но не думаю, что мы станем часто видеться.

Света с пониманием и сожалением покивала. Но затем рукой махнула и посоветовала:

— Ну, и не переживай, Липа. Без родни плохо, и с роднёй тоже бывает не фонтан. Как мой Вадик говорит: чем они дальше, тем сильнее он их любит. — Света засмеялась, в ладоши хлопнула, когда нам вино принесли. Глянула на меня заговорщицки. — А у меня для тебя новость. С работы. Даже не знаю, порадует она тебя или наоборот.

Я насторожилась.

— Что? Нас увольняют?

— До этого пока не дошло. У нас начальство новое. — Света вина отпила, после чего облокотилась на стол и подпёрла подбородок ладонью. — Гаврилова в главный офис забрали, а нам подарочек подарили. По имени Валерик.

Я даже застонала, честно. Только представила себе рабочий день в понедельник, и жить расхотелось.

— Как же так? — возмутилась я.

Светка плечами пожала.

— А вот так. Формулировка была что-то вроде: Валерий Анатольевич, так сказать, профессионально вырос в нашем коллективе, хорошо знает сотрудников, то и дорога ему обратно к нам.