Именно в этот раз - Джил Грегори

– Я подожду вас в баре, милорд.

– Идите к черту!

Итэн перевел взгляд на карты, но их как будто заволокло туманом. «Наверное, это виски виновато, – подумал он. – Хотя сегодня я выпил только два стакана».

Жизненный опыт научил его скрывать свои чувства под маской угрюмого мизантропа, но настойчивость англичанина все же произвела свое действие: смуглые щеки Итэна побледнели, и в глазах появился странный блеск.

А ну их всех к черту, подумал он, пытаясь сосредоточиться на игре. Но его руки утратили обычную ловкость. Итэн придвинул свою груду фишек ковбою и поднялся со стула.

– Я вернусь через несколько минут. Доигрывайте без меня.

Сэвидж направился к бару. Англичанин не заказывал себе спиртное. Он просто тихонько сидел, с любопытством наблюдая за тем, что происходит в продымленном, переполненном людьми салуне, и вслушивался в хриплые голоса посетителей.

– Милорд…

– Не называйте меня так. Я Итэн Сэвидж. Ясно? Его собеседник кашлянул.

– Мы могли бы поговорить в каком-нибудь укромном уголке, сэр?

Итэн оглянулся на игорный стол. Ему вовсе не хотелось прерывать партию и болтать с этим докучливым типом в комнате. Надо отделаться от него побыстрее.

– Эй ты! – поманил он к себе Стикли, хозяина «Золотого пистолета», деловито сновавшего по залу, наблюдая за официантками, пианистом и крупье. – У тебя есть комната, где МЫ с другом могли бы уединиться?

Итэн слегка усмехнулся, заметив, как Стикли мысленно уже подсчитывает свои денежки. Он пробыл в этом городе всего несколько дней, но успел поглотить невероятное количество спиртного и много времени проводил за игрой. Играл он хладнокровно, глаз у него был ястребиный, и карты сами шли ему в руки. А это привлекало в салун массу зевак. Конечно, Стикли был рад угодить такому клиенту.

– Поднимайтесь наверх, дружище. Мой кабинет в конце коридора. Последняя дверь направо.

Кивком поблагодарив хозяина, Итэн двинулся к задней лестнице, чувствуя, что англичанин идет за ним следом, но даже не потрудился повернуть головы.

Одолев узенькую лестницу, они оказались в скудно освещенном коридоре, застланном тощим ковром. Дверь комнаты под номером 202 была приоткрыта, и оттуда отчетливо доносился женский голос:

– Джо, Стикли полез на стенку из-за того, что ты сегодня пропустила танцы. Он не поверил, будто ты больна. Сказал, что завтра утром тебя уволит. Но я думаю, он больше всего расстроен из-за Пенни. Наверное, подозревает, что это твоих рук дело.

– Рози, поверь: Стикли – не самое главное, что сейчас меня занимает, – ответил другой голос, нежный и мелодичный.

Итэн тут же остановился. Да, это она. Та самая воровка, что пыталась сегодня стянуть у него бумажник. Значит, она работает здесь танцовщицей.

Итэн остановился так резко, что англичанин только чудом избежал столкновения с ним. Не обратив на это никакого внимания, Сэвидж сдвинул шляпу набок и продолжал прислушиваться к разговору.

– Что же ты собираешься делать, Джо? – Первая девушка была явно расстроена и нервничала.

– Уеду отсюда с утренним поездом. Но, Рози, если кто-нибудь спросит обо мне, не рассказывай, куда я подевалась, пожалуйста. Солги что-нибудь…

– Не беспокойся, я тебя не выдам, Джо. Но где ты будешь жить, чем займешься? Даже страшно подумать… А если ты попадешь в беду? Давай мы поможем тебе – я и другие девушки. Сделаем то, что ты сделала для Пенни…

– У меня такие неприятности, что никто не поможет… Итэн приблизился к двери и заглянул в комнату. Да, конечно, это та самая девушка, воровка с огромными фиалковыми глазищами. На ней было то же синее платье, но теперь ее плечи окутывали медно-рыжей волной кудрявые непокорные волосы. Склонившись над саквояжем, она складывала туда вещи, а потому не замечала, что за ней подглядывают. Зато ее подруга, еще не успевшая снять свой розовый атласный костюм, увидев Итэна, охнула и быстро захлопнула дверь.

Итэн зашагал дальше. Какое ему дело до того, что станется с этой девчонкой? Она оказалась в беде, и поделом ей. Наверняка полиция гонится за ней по пятам. Черт, да какая ему разница?

Вспомнив о своих собственных делах, Итэн, нахмурившись, вошел в кабинет Стикли, находившийся в конце коридора, и занял там место у окна. Англичанин тихонько притворил за собой дверь и устроился напротив.

В комнате пахло сигарным дымом. К тому же из-за обилия мебели здесь было буквально негде повернуться. Дубовый стол, заваленный всяким хламом, бюро, несколько полок с бутылками виски, кресло, обтянутое ярко-красным, изрядно потертым бархатом, кушетка, на полу шерстяной, весь в пятнах, ковер. Стены, обитые красной тканью, были увешаны картинами в позолоченных рамах с изображениями нагих женщин, нарисованных довольно дерзко, с весьма пикантными подробностями.

Изнемогая от духоты, Итэн с трудом преодолел желание расстегнуть воротничок рубашки.

– Давайте выкладывайте! – резко бросил он, устремив на незнакомца пронизывающий взгляд. – Как, черт побери, вам удалось отыскать меня и чего хочет мой отец, будь он проклят?!

– Если позволите, сэр, я лучше начну с самого начала. Разговор предстоит нелегкий…

– Как вас зовут?

– Лэтерби, сэр. Люкас Лэтерби. Я младший компаньон мистера Эдмунда Гризмора, который является поверенным в делах вашего отца.

Гризмор. Итэн помнил его. Пренеприятнейший сукин сын, надутый как индюк. Но отцу именно такие типы и нравятся.

– Продолжайте.

Маленький человечек коротко кивнул и последовал приказу. Итэн слушал, не отрывая от его лица глаз.

– К сожалению, я привез дурные вести. Ваш отец – граф Стоунклиф – умер.

Итэн крепко вцепился в обивку кресла, но выражение его лица не изменилось. Увидев, что собеседник воспринял новость со стоическим спокойствием, Лэтерби откашлялся и пояснил:

– У вашего отца было вообще плохое здоровье, последнее время он слабел с каждым днем, а потом простудился и слег с лихорадкой. Его мучили спазмы и судороги… Через неделю граф, увы, скончался.

– Так что же?

Лэтерби удивленно вздернул брови, но тут же вернул себе достойный вид и продолжал:

– Мистер Гризмор поручил мне найти вас, сэр, – а это, позвольте заметить, оказалось делом нелегким – и сообщить новость, которую вы, возможно, найдете интересной и даже не лишенной для себя приятности.

Итэн подошел к полке, где стоял графин и несколько сверкающих хрустальных бокалов, плеснул себе немного темного бренди и вопросительно глянул на Лэтерби. Но тот отрицательно покачал головой.

– Скажите, что вы уже закончили, и уходите. Больше всего мне сейчас хочется вернуться к игре, – съязвил Итэн.