Итальянец с дурной репутацией - Кэрол Мортимер

— Понятия не имею, что мы должны выяснить, мистер Данти, — заявила Белла, как только они заняли кресла в пустой комнате для приемов.

— О, мы ведь старые знакомые, так что тебе, Белла, лучше избавиться от официального тона.

— Старые знакомые? — с деланым недоумением спросила она.

— Не ломай комедию, Белла! — процедил он.

Она бросила на него быстрый взгляд и отвела глаза.

— У меня не было уверенности, что ты помнишь о нашей встрече…

— Я помню, — произнес он каким-то надорванным голосом.

Она проглотила комок в горле, прежде чем отважилась на признание:

— Я тоже, Габриель.

Бесцветная улыбка скользнула по его губам.

— Ты не ожидала меня тут встретить, правда?

— Конечно нет, фамилия невесты — Фабрицци.

— Мать Далии — младшая сестра моего отца и, стало быть, моя тетя, — объяснил Габриель.

— Очень мило с твоей стороны примчаться из далекой Италии на свадьбу кузины, — попыталась уязвить его Белла.

Скептически хмыкнув, он изрек:

— Я не живу в Италии, Белла, — и, увидев ее изумление, добавил: — В часе езды отсюда раскинулись виноградники Данти, там я и провожу большую часть своего времени. Кстати, в Сан-Франциско, у меня есть дом.

— Тебе нравится жить в Америке? — полюбопытствовала она.

— В этом есть свои преимущества. — Он пожал плечами и предложил: — Однако оставим пустую болтовню и перейдем к делу!

Белла насторожилась:

— Что ты от меня хочешь?

Очень интересный вопрос, мрачно подумал Габриель. Он так надеялся, что ему удалось навсегда стереть из памяти ее образ и ту единственную безумную ночь… Но вот в толпе он вдруг увидел ее, мгновенно узнал, и все в нем перевернулось.

Изабелла Скотт держалась легко. Весь облик ее дышал спокойной силой и достоинством. Она была потрясающе красива: фиалковые глаза сияли дивным блеском, роскошные черные как ночь волосы каскадом ниспадали на спину, укороченные шелковистые пряди ласкали лицо и шею. Вечерний туалет фиолетового цвета подчеркивал стройность стана и пышность груди.

Что он хочет?

Не видеть, не чувствовать всего этого!

— Что же ты мне можешь дать, Белла? — Он с напряженной пытливостью впился в ее глаза.

Он знал, что сильно изменился за последние пять лет. По утрам во время бритья он видел в зеркале уродливый шрам и каждый раз испытывал гнетущее чувство вины и груз тех перемен, которые с ним произошли. Возможно, его обезображенное лицо внушает Белле отвращение?

— Что я могу тебе дать? — повторила она вопрос и тут же нашла ответ: — Ничего!

Габриель прикоснулся к искалеченной щеке и холодно буркнул:

— Гм, как обычно, ничего нового.

Почему же в его глазах столько презрения? — поразилась Белла. Ведь это он обидчик, соблазнитель, а она пострадавшая сторона. И не важно, что его тогда бросила Джанин Чайлд и ушла к другому пилоту «Формулы-1».

Звали гонщика Пауло Дескари. Он погиб в автокатастрофе. Через пару часов после того, как Габриель и Белла расстались.

В день трагедии Джанин Чайлд публично заявила, что Габриель из ревности умышленно спровоцировал аварию.

Обвинения экзальтированной Джанин Белла никогда не воспринимала всерьез. Однако уверенность в том, что Габриель затащил ее в постель, чтобы просто забыться, никогда не оставляла ее.

Да как он смеет теперь смотреть на нее с таким презрением?!

— Я изменилась, Габриель, — многозначительно заметила девушка.

— К лучшему?

Белла пришла в негодование, и воскликнула:

— Какого черта!

— Ты замужем, Белла? — резко перебил ее Габриель. Он метнул взгляд на ее руку и, не заметив на безымянном пальце обручального кольца, добавил: — Значит, нет. Что ж, тоже хорошо.

Белла чуть не лопнула от возмущения:

— С таким же успехом это можно сказать и про тебя!

— Возможно, — скривился он.

— Завтра у Брайана и Далии свадьба, давай не будем ссориться, — предложила она, понимая, какой пыткой может обернуться для нее предстоящий праздник.

Под маской смиренного спокойствия она пытается скрыть волнение и тревогу, догадался Габриель и спросил:

— Твои родители и брат тоже здесь?

— Да, — тихо подтвердила она. Сардоническая улыбка скользнула по его губам.

— Они, как и твоя сестра, даже не подозревают, что мы знакомы?

— Нет, — вздохнула она.

— И ты бы хотела, чтобы ситуация не менялась?

Белла прищурила глаза:

— Да!

— Они не поймут, как пять лет назад мы оказались в одной постели.

— Я сама не понимаю, куда уж им! — воскликнула Белла. — Подобное поведение совершенно мне несвойственно. Абсолютно! — твердо добавила она, проклиная свою былую наивность, открытость и доверчивость.

* * *

Трясущимися руками Белла судорожно сжала бокал с шампанским. Габриель заметил ее смятение, и в душе его шевельнулось невольное сострадание. Опять шампанское! Габриель вспомнил, как ручеек шампанского струился на женское тело, как он медленно слизывал сладкие капли с нежной теплой кожи, — и чувство жалости испарилось.

— Уверен, все люди совершают поступки, в которых потом раскаиваются, — изрек он, пожав плечами.

Видимо, ему покоя не дает автокатастрофа и обвинения Джанин, решила Белла. Но почему такой яростью пылает его взгляд и сведен судорогой брезгливости рот? Господи, ведь речь-то идет о ней, догадалась вдруг Белла. Он жалеет, что жизнь когда-то свела их вместе.

— Пожалуй, будет лучше забыть, что мы знакомы, — сказала она.

В его улыбке не было ни грана юмора.

— Если бы все было так просто, Белла… Ах, если бы!