Фиктивная жена - Слава Доронина

Нина

Со вчерашнего дня на улице моросил мелкий неприятный дождь, а зонт, как назло, я забыла дома. Подняла глаза к темному небу и поняла, что пока доберусь до остановки промокну до нитки и продрогну до костей за свою неосмотрительность. Конечно, после смены в больнице, я выглядела не лучшим образом, но перспектива выглядеть еще хуже не прельщала. Я натянула на голову капюшон почти до глаз, чтобы лицо от дождя спрятать и решила сократить путь, отправившись как раз через ту землю какую власти выставили на продажу и про которую показывали сегодня в местных новостях. Да, садик, школа или поликлиника — это хорошие и правильные вещи, как говорила Алевтина Михайловна, но куда выгоднее и проще ведь было продать эту землю какому-то денежному мешку и полученную сумму отправить в казну. Или куда там ее обычно отправляли? На счета за границу, любовницам, женам на шоппинг?

Скучно мне было думать о чужих благах, и думать об этом я бы перестала в следующую секунду, если бы не проезжающая мимо машина. В марках я разбиралась плохо, да и погода не располагала, чтобы рассматривать все вокруг, но когда черный внедорожник пролетел мимо на высокой скорости и окатил меня грязью из лужи с головы до ног я в ступоре застыла на месте и не могла вымолвить ни слова. Часть грязи попала мне на лицо, не говоря уже об испорченной одежде и настроении. А ведь синоптики обещали что сегодня не будет дождя!

Я резко обернулась, когда услышала звук сдававшего назад автомобиля и опустила глаза на номера этого недоумка, но те были заляпаны черной грязью. Да и что бы мне это дало? Машина поравнялась со мной и стекло медленно опустились вниз, а я увидела очертания мужского лица. Мужчина окинул меня примерно таким же высокомерным и холодным взглядом каким смотрел с экрана телевизора несколько минут назад. Тогда я полагала, что он еще ничего, а сейчас бы с радостью наклонилась к земле, схватила кусок грязи руками и бросила в его окно, чтобы вязкая жижа растеклась по его широкому носу и пухлым чувственным губам.

Переставляю, как я выглядела со стороны! Вот это сократила путь…

— Это огороженный участок и посторонним находиться здесь запрещено, — холодно произнес мужчина, отвернувшись от меня.

Конечно, лицезреть такую замухрышку, как я, не пристало светлому господину…

Я стояла, как истукан, а на языке вертелось много слов, но я молчала, потому что не знала с какого начать. Все они были бранные и весьма нехорошие.

— Да вы… Как так можно… Мне же… — я глотала обрывки слов от возмущения.

— Сергей, — мужчина повернул голову в сторону водителя, затем на секунду ко мне, окинул оценивающим взглядом мой внешний вид и снова к водителю: — Расплатись с девушкой, пять тысяч за глаза.

Хорошо хоть надела капюшон и брызги грязи не попали мне на чистые волосы. В «Сафари» переоденусь в форму, а свою грязную как-нибудь застираю над раковиной.

Огромный мужчина вышел из машины и поравнялся со мной, всунул в карман моей испачканной ветровки пятитысячную купюру, и не говоря ни слова, забрался обратно в машину.

— Надеюсь, умеренная плата за причиненные неудобства, — быстро проговорил мужчина и стекло так же медленно, как и опустилось несколько мгновений назад, поползло вверх.

Я не успела даже прийти в себя от вопиющей наглости, как машина незнакомца уже умчалась прочь. Словно бездомной собаке кинули маленькую кость с барского плеча. Нет, просто уму непостижимо!

Жаль, что он так быстро сорвался с места, а то бы я вымазала красную купюру номиналом в пять тысяч рублей в этой коричневой жиже под ногами и приклеила ему на лобовое стекло, а еще лучше на его лоб!

Ничего не оставалось как сцепить крепко челюсти и отправляться в таком виде на остановку. Быстрым шагом я добралась до пункта назначения, стараясь не смотреть в лица прохожих, чтобы не видеть их насмехающиеся или сочувствующие взгляды. Не спавшая с ночи, испачканная грязью, без намека на косметику, в затертых джинсах и старой ветровке я выглядела, как минимум, подружкой бомжа. А ведь, когда вчера собиралась на работу, достала красивый плащ и новые ботиночки из шкафа, но выглянув в окно, увидела, что погода разбушевалась и небо извергало капли дождя. В тот момент я пожалела обновки и, как теперь понимала, не зря. Добрые вещи лежали дома, а я вон еще и пять тысяч заработала, — я пыталась себя успокоить, но получалось, конечно, так себе успокоение.

А если вспомнить каким брезгливым взглядом окинул мой внешний вид этот мерзавец, чтобы прикинуть сколько дать мне наличности за испорченную одежду… Хотелось бы разыскать этого нахала и сказать ему, что его ценник, мягко говоря, был весьма и весьма занижен. Но что теперь переживать от пустом? Навряд ли мы еще когда-то с ним встретимся.