Завладеть сердцем шейха - Мэгги Кокс

А что мальчик… Сами… ему, наверно, сейчас четыре?

– Да.

Дарси увидела, как смягчился его взгляд. Зафир думал о ребенке. Ему нужно было время, чтобы снова прийти в себя. Он пробежал глазами по ее пшеничным волосам… Как он любил ее локоны, любил запускать в них пальцы, гладить…

К счастью для девушки, он быстро снова сделался надменным, как и ранее, что было хорошо, так как она уже начала теряться в воспоминаниях об их жаркой любви, и в сердце снова пробежали искры давно забытого чувства.

– Я все еще не могу тебе верить.

От его слов Дарси окатило холодным потом.

– Я никогда не лгала тебе. Знаю, ты мне не веришь, но ты не единственный, кто пострадал от того, что произошло. В то время, пока ты думал, что я обманщица и лгунья, я, в свою очередь, страдала от унижения, чувствуя себя никчемной, ведь ты просто взял и выгнал меня, как будто я ни на что не гожусь. Ты даже не представляешь, как сильно это ранило меня. Пожалуйста, можно я пойду домой, Зафир? Я обещаю, если ты захочешь обсудить что-то по поводу сына, я всегда готова это сделать.

Зафиру показалось, он слишком долго смотрел ей прямо в глаза. Однако Дарси не видела в них ни мягкости, ни сострадания. Она чувствовала, будто это не Зафир смотрит на нее, а незнающий жалости суд, который вот-вот вынесет ей приговор с пожизненным заточением. Неужели ее слова никак не тронули его?

– Не важно, что лично я чувствую, – заметил шейх, – однако я не могу приказать врачам отпустить тебя сегодня. Тебе придется остаться здесь до завтра. После этого, если меня удовлетворит его заключение, ты, без сомнения, сможешь пойти домой. Но не сомневайся, я буду очень внимателен ко всем деталям.

Ее глаза наполнились слезами.

Зафир взглянул на Дарси. Его взгляд был холоднее льда.

– Я хочу увидеть сына. Теперь, когда я знаю причину твоего поступка, я не намерен наказывать тебя за это.

Всхлипнув, Дарси вытерла слезы ладонью и закусила губу, чтобы не разрыдаться окончательно.

– Хорошо. Однако я не могу остаться здесь. Даже если бы я была при смерти, я бы не могла позволить себе провести даже одну ночь в этой шикарной клинике. Понимаешь, Зафир, не у всех есть деньги, чтобы вот так разбрасываться, как…

– Как я? – закончил за нее фразу шейх. – Ты это хотела сказать?

Пожав плечами, Зафир встал и пошел прочь. Однако в дверях остановился и сказал:

– Тебе не нужно платить, Дарси. Я заплачу. Но тебе придется вернуть мне этот долг тем или иным способом.

Как только дверь за ним закрылась, Дарси со вздохом откинулась на подушки и уставилась в потолок. Физическая боль отпустила ее, подействовали медикаменты, однако душа была не на месте. Она не знала, как объяснить своей маме появление шейха.

Из-за встречи с Дарси Зафир плохо спал в ту ночь. Эта женщина опутывала его какой-то непостижимой магией, завораживала, будто опиум, дурманила разум. Перед ней невозможно было устоять, и, когда находился рядом с ней, он ощущал себя наркозависимым на восстановлении.

Прошло четыре года с того момента, как они расстались, и Зафир думал, что он уже смирился и привык к мысли о том, что никогда больше ее не увидит. Однако у судьбы, видимо, были другие планы. Если это правда, что он оставил ее беременную, то, значит, теперь у него есть сын и наследник, а это меняет всю его жизнь.

Засыпая, шейх вспомнил ее слова, что она тоже пострадала в этой ситуации, больше, чем он мог бы представить. Теперь он понимал, к чему это было сказано. Он выгнал ее беременную. Зафир чувствовал себя самым жестоким тираном, которого можно было вообразить, и ему стало противно от самого себя.

Проснувшись пораньше, Зафир оделся, умылся и приказал своему шоферу отвезти его в госпиталь. Он надеялся, что за ночь Дарси не изобрела какой-нибудь хитроумный способ улизнуть из палаты. Конечно, он оставил Рашида под дверью, да и окна палаты были достаточно высоко от земли. Кроме того, когда он уходил вчера, она и ступить на ногу не могла. И все же Зафир был очень рад, когда вошел в палату и увидел Дарси, сидящей на больничной койке.

– А, это ты, – сказала она.

Зафир хотел улыбнуться, но сдержался. Ситуация была серьезной. Не до сантиментов.

– Да, это я. Выспалась? – спросил он.

– Тебе-то какое дело? – ответила девушка.

– Не будь ребенком, Дарси.

– Я просто хочу выбраться отсюда и попасть наконец домой.

Она напряженно убрала за ухо выбившуюся прядь волос.

Зафир отрицательно покачал головой.

– Ты никуда не идешь, пока я не поговорю с врачом, а ты мне не дашь свой телефон и адрес.

Это прозвучало больше как скрытая угроза, а не проявление заботы. Внутри Дарси все кипело. Разве ему мало того, что он разбил ей сердце, смешал с грязью, нанес душевные раны, которые никогда до конца не затянутся.

Дарси громко, раздраженно вздохнула. Она была готова на конфликт с ним.

– Я уже сказала тебе, что предоставлю любую важную информацию, касающуюся ребенка. Я хочу, чтобы ты взял на себя положенные тебе как отцу обязательства, принял эту ответственность, хотя бы по минимуму. Но самое важное, я хочу, чтобы мой сын знал своего отца и гордился им.

Зафир нахмурился.

– Я бы с радостью принял все это, – ответил он угрюмо, – если он действительно мой сын.

Внутри Дарси все сжалось при осознании того, что он ей до сих пор не верит.

– В любом случае, – продолжал он, – я бы не хотел терять с тобой связь, а сейчас я пойду и скажу медсестре, что желаю видеть врача.

Дарси ничего не оставалось, как остаться сидеть на койке. Однако она надеялась, когда придет время уходить, вызвать такси и отправиться домой. Она не хотела ехать с Зафиром, не хотела быть ему обязанной. Для нее важно было только одно: чтобы он участвовал в воспитании и жизни Сами. Если так оно и будет, то ее долг будет исполнен. Остальное не имеет значения.

Сможет ли она покинуть госпиталь без дополнительного участия со стороны Зафира? Предположить было сложно. Существовала вероятность, что нет.

Когда Зафир вернулся, она спросила с надеждой в голосе:

– Я смогу пойти домой после того, как мы поговорим с доктором?

– Скоро мы это узнаем, – ответил Зафир. – Сейчас придет медсестра, чтобы перевезти тебя в его кабинет для осмотра.

Через некоторое время Дарси была уже у врача. Он аккуратно и тщательно осматривал ее отекшую лодыжку. Дарси взглянула на шейха. Он наблюдал. Взгляд его был холодным, сосредоточенным.

Врач продолжал свое дело, а Дарси прокручивала в голове возможные варианты развития событий. Что, если ей придется остаться здесь еще на сутки? Тогда ее мама точно захочет прийти и навестить ее. Если придет она, то и Сами с собой приведет, сейчас суббота и школьная неделя окончена. Если Сами увидит ее такой, он расстроится, а этого Дарси совсем не хотелось.