Игра в семью - Ксения Каретникова

К нашему с Вадимом столику подошел официант. Вадим заказал себе виски со льдом. Тут официант заметив, что мой бокал пуст, собрался что-то спросить, но Вадим опередил его:

— Что будешь пить?

Мне жутко захотелось послать его далеко и надолго и тут же уйти, но, я сама от себя не ожидая, махнула рукой и ответила:

— Вино. Красное.

— Сухое или полусладкое? — уточнил официант.

— Любое, — равнодушно ответила я.

— Неси полусладкое, — сказал Вадим официанту довольно приказным тоном и тот кивнув, удалился.

— Значит — тебя зовут Кира, — начал он, я кивнула. — Красивое имя. Редкое.

— Мне самой очень нравится, — с усмешкой кивнула я.

— А чем занимаешься? — поинтересовался Вадим.

— Отдыхаю, — пожала я плечами. Вадик усмехнулся:

— А вне отдыха? В повседневной жизни.

Вроде бы начало разговора вполне обычное для встречи двух незнакомых людей. Но чувство у меня было какое-то странное — как буд-то внутри меня сидела маленькая такая Язвочка, которая очень хотела выбраться наружу. Ну или хотя бы отвечать на все вопросы наглого Вадима именно так — язвительно.

— Я занимаюсь общественно полезной работой.

— Это какой же? — приподнял он брови в удивлении.

Я широко улыбнулась и ответила:

— Никому не мешаю.

Вадим хохотнул.

Тут к нам вернулся официант и принес выпивку. Он поставил ее на стол, пожелал нам приятного вечера и вновь удалился. Я взяла свой бокал, Вадим свой и мы одновременно отпили.

— Значит ты нигде не работаешь? — спросил Вадим и отставил свой стакан. Подумав, что чем меньше он обо мне знает — тем лучше, я проргнорировала этот вопрос и отвернулась в сторону сцены. Музыканты, увы, решили сделать перерыв. — Ага. Но ты приехала отдыхать в самый дорогой отель на этом курорте. Взглянешь на тебя и понимаешь, что денег на себя любимую ты не жалеешь, следишь за собой: маникюр, педикюр там всякий… Грудь, кстати, настоящая?

Стремительно повернувшись обратно, я опустила лицо, посмотрела на свое декольте и выпрямив спинку, выпячила грудь вперед:

— А сам как думаешь?

Вадим тоже опустил свой взгляд на эту часть моего тела и ответил:

— С виду — вроде бы настоящая. А так ли это — одному Богу известно. Наша современная медицина творит прям таки чудеса, — он хмыкнул и добавил: — Бывает, знакомишься с красивой девушкой, а потом выясняется, что она совсем недавно была мужиком.

— И такое с тобой бывало? — хихикнув, поинтересовалась я. Вадим фыркнул, но не смутился и продолжил свою мысль:

— На тебе не дешевые шмотки и золотые украшения… Правда вот главного отличительного украшения нет — ты не замужем. Отсюда я делаю вывод — либо ты дочь богатых родителей либо у тебя богатенький покровитель.

Я улыбнулась и снова промолчала.

Иногда лучше ничего не отвечать и с интересом послушать до чего додумается твой собеседник.

— Значит — покровитель? — не унимался Вадим.

Что ж, он додумался до самого банального.

— А ты обо всем об этом с какой целью интересуешься? — задала я вопрос.

— Ну, предположим, с личной.

— С личной — не надо, — покачала я головой.

— Это почему? — с наглой улыбкой поинтересовался Вадим. — Ты здесь одна, я тоже один.

Опять покачав головой и, решив не ходить вокруг да около, я сообщила Вадиму о своих планах на счет него, а точнее об их отсутствии:

— Предупреждаю тебя сразу: спать с тобой я не буду… Так что тебе лучше осмотреться здесь повнимательней, или сходить в другое место, и поискать себе кого-нибудь… другого, — я кивнула на бокал в своих руках и добавила. — А за вино я заплачу сама.

Вадим усмехнулся:

— Нет уж, я угощаю. Я видишь ли, тоже не бедствую… А для спать, ты, значит, предпочитаешь слащавеньких блондинов? — я нахмурилась и с непониманием уставилась на Вадима. — Ну тот, миленький блондинистый мальчик, который неплохо поет и с которым ты отрывалась два вечера подряд.

Я засмеялась, но отвечать и на этот вопрос не стала. Пусть думает, как думает. О главном я его предупредила.

— А ты, кстати, знаешь что он женат? — спросил он вдруг. И я, признаться честно, удивилась его осведомленности.

— Знаю.

Вадим нахмурился, но потом, резко растянув улыбку до ушей, произнес:

— Вот блин, и тут не подхожу. Не женат я. Правда — был недавно.

— Тебя поздравить или посочувствовать? — ехидно спросила я.

Вадим поиграл жилваками. Явно разозлился. Наступила на больное, что ли? Мой неприятный собеседник схватил свой стакан и жадно начал пить его содержимое. Я последовала его примеру, глотнула вина и непроизвольно повернулась в сторону сцены.

Музыканты вернулись и принялись наигрывать красивую и медленную мелодию. Ребята за соседним столом вновь оказались в поле моего зрения — они уже прилично выпили и сейчас наблюдали за нашей с Вадимом беседой с особым интересом.

— Потанцевать не хочешь? — вдруг предложил Вадим.

— Нет, — замотала я головой. Вадим фыркнул и наклонившись ко мне через весь стол сказал:

— Очень жаль. Мне понравилось как ты двигаешься… — а потом тише добавил. — Очень бы хотелось прочувствовать это на себе.

Тут злиться начала я:

— Я же тебя вроде предупредила…

Вадим выпрямился и засмеялся:

— Кира, я про танец. А ты про что подумала? — спросил он насмешливо. — Или может — передумала и просто боишься в открытую об этом признаться?

Я закатила глаза. Яснее ясного что он ко мне подкатывает, но делает это очень уж открыто и нагло.

Не желая показывать ему свои истинные эмоции, я с наигранным спокойствием произнесла:

— Прекрати. Переключи свое внимание на другой объект. С этим тебе ничего не светит.

— Да ладно? У каждого объекта есть своя цена, — сказал он даже грубо, а его последующая ухмылка и наглая рожа вконец меня разозлили.

— Я не хочу с тобой даже рядом находиться… Приятно было пообщаться. Бывай, — сказала я и резко поднялась с места. Вадим остановил меня, схватив за руку. Я дернула руку, но Вадим держал меня довольно крепко. — Пусти! — рявкнула я и эта сценка не осталась незамеченной — в мужской компании по соседству сразу два парня поднялись и направились к нам.

— Все в порядке? — поинтересовался у меня один из них, весьма не трезвым и решительным голосом.

Ой, как мне это не понравилось. У парней однозначно читалось на лице не желание меня защитить, а желание просто помахать кулаками.