Отец сводной сестры - Валентина Кострова

Регина. Лика. Аааа. Хочется взвыть от случившегося.

— Зная тебя, подозреваю, что ты сейчас накручиваешь себе нервы, - Регина появляется в туалетной комнате спустя пять минут после того, как я сюда зашла. Мы одни, никто на нас не косится и не подслушивает разговор.

— Я в страшном сне не могла себе такое вообразить! – слишком громко и эмоционально восклицаю. Подруга усмехается, поворачивается к зеркалу. Смотрит не на себя, а на меня.

— Дин, чего ты паникуешь? Ну, подумаешь, твоя мачеха встречается с моим отцом. Это ненадолго, - Регина достает из клатча губную помаду, слегка подкрашивает губы.

Я хмурюсь, не понимая, о чем она сейчас говорит. Как это ненадолго? Я же своими глазами видела кольцо с бриллиантом. Тут меня озаряет догадка. Скорей всего, Лика и Роман Андреевич еще не сообщили Регине о своем решении пожениться. Наверное, Роман Андреевич не исключает того, что его дочь будет ревновать к новой жене.

— Хотя, такую сестру, как ты, я бы не отказалась иметь, - прячет помаду, поправляет прическу и поворачивается ко мне. – Но ты и так мне, как сестра.

— Ты тоже мне дорога, - протягиваю руку, Регина хватает мою ладошку и сжимает ее.

— Пойдем? – кивает в сторону двери.

— Я еще немного тут постою. Хорошо?

— Не накручивай себя по пустякам.

— Не буду.

Регина еще раз ободряюще мне улыбается, сжимает ладошку и тут же ее отпускает. Не спеша уходит, прикрыв за собой дверь. Я не успеваю и вздохнуть, как в туалетную комнату вновь кто-то заходит. Вскидываю голову, вымученно улыбаюсь. В этот раз пришла Лика. Словно она была неподалеку и ждала, когда уйдет Регина.

— Девочка моя, как ты? Выглядишь немного бледной. Тебе плохо? – Лика оказывается подле меня, достает из своей маленькой сумочки матирующие салфетки, протягивает их мне.

— Все хорошо.

— Что тебе наговорила эта маленькая стервочка? – вопрос странный, вызывает внутренний дискомфорт. В голосе Лики слышится неприязнь по отношению к Регине. В голосе подруги я ничего не слышала, кроме равнодушия. Она, похоже, не сомневается в том, что ее отец бросит Лику.

Неужели моя догадка по поводу ревности верна? Регина ревнует Лику к отцу? Вполне возможно, так как семнадцать лет его рядом с ней не было, и теперь она жаждет видеть отца всегда в своем распоряжении. И беспокойство о том, что Роман Андреевич один, рядом с ним нет любящей женщины – пустой треп.

— Ничего. Пришла спросить меня о моем самочувствии, - осторожно прикладываю салфетку к лицу, наблюдая за Ликой. Она поднимает руку, замечаю, что на безымянном пальце нет кольца.

— А где твое кольцо?

— Кольцо? – удивленно распахивает глаза. – А кольцо, - смеется, опуская глаза на свою руку.

— Да, кольцо.

— Понимаешь, Дина, мы с Ромой не хотим афишировать на публику это событие. Оно личное, между нами. Не все готовы к переменам, - на последних словах лицо Лики темнеет, и я догадываюсь, что сейчас она думает о Регине.

— Я понимаю.

— Поэтому сделаем вид, что никакого кольца нет. Пойдем уже в зал, сейчас начнется представление. Ты, кстати, за каким столиком?

— Я с Региной.

— Тогда мы все за одним столом, - Лика прекрасно себя держит в руках. Она улыбается, говорит доброжелательным тоном, и я уже думаю, что недовольство и неприязнь мачехи к подруге мне показалась. Вот то, что мы все за одним столом, меня совсем не радует, но выбирать не приходится.

К столу я подхожу вместе с Ликой, с другой стороны к нему идут Регина с Романом Андреевичем. Он выглядит собранным и уверенным в себе человеком. Встречаясь со мной глазами, не улыбается, но и не хмурится. Вежливое внимание, на которое может рассчитывать подруга дочери и падчерица его женщины. Я должна этому радоваться, но чувствую разочарование. И это разочарование мне не нравится, его не должно быть.

— Чудесный вечер, - Лика восторженно смотрит в сторону Романа Андреевича. Регина громко усмехается, получив от отца предупреждающий взгляд. Кажется, он в курсе антипатии дочери к своей невесте.

— Спасибо, Лика, моей заслуги в этом нет. Тут целиком вся работа организаторов и большой команды, - под его сдержанным взглядом Лика расцветает, как майская роза. Как ей, оказывается, мало нужно. Может, наедине Роман Андреевич не так холоден с мачехой, как на публике. Но мне сложно представить его, срывающим в порыве страсти с себя рубашку, швыряя Лику на большую кровать, чтобы.... Краснею от своих неприличных мыслей. Что за черт! О чем я только думаю!

— Вам плохо? – вздрагиваю и еще сильнее краснею, так как вопрос задал Роман Андреевич. Он наливает из графина воду в стакан и протягивает его мне. Когда наши пальцы соприкасаются, стакан в руке дрожит. Опускаю голову, шумно втягиваю в себя воздух.

— Динь-динь, все в порядке? – Регина с тревогой заглядывает в глаза, я выдавливаю из себя улыбку.

— Все хорошо. Я просто немного нервничаю в неизвестной обстановке. Слишком много людей, шумно. Ты же знаешь, как я не люблю подобные мероприятия, у меня сразу возникает желание куда-нибудь сбежать и спрятаться, - испуганная своей откровенностью, вскидываю глаза на подругу, потом перевожу взгляд на Лику с Романом Андреевичем. Мачеха ободряюще улыбается, а вот мужчина задумчиво меня разглядывает, словно видит в первый раз.

— Тебе стоит поесть. Уверена, ты с утра ничего не ела из-за учебы, а потом некогда было, - Регина тут же берет мою тарелку и накладывает всего по чуть-чуть. Я с ней не спорю. Внимание присуствующих с меня переключается на сцену, где выступает танцевальная группа. Чувствую, как волнение постепенно уходит.

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍Вечер набирает обороты. Выступают руководители других компаний и фирм, которые сотрудничают или будут сотрудничать с ООО «Голден Стар». После хвалебных од, на сцену поднимается сам Роман Андреевич Смойлов. В зале сразу становится тихо, все во внимании. Интересно, как ему так удается, одним своим видом заставить всех заткнуться? Его слушают не только женщины, но и мужчины. На него можно смотреть бесконечно и безотрывно. Голос Романа Андреевича ровный, без эмоциональных перепадов. Он зачаровывает своей интонацией, словно вводит в гипноз и заставляет идти за собой. И я бы пошла. Многие бы пошли.