Мы будем вместе, я знаю! - Надежда Волгина

– Я буду ждать тебя и писать тебе каждый день, – прошептала она парню в грудь, вдыхая его запах. – Обычные письма, шариковой ручкой… Буду рассказывать в них о себе все – как просыпаюсь утром без тебя, как проживаю день, скучая по тебе…

– Лучше пиши мне о том, как отлично учишься в универе, – рассмеялся парень. – И помни, что я люблю тебя больше жизни!..

Одинокая слеза скатилась по щеке, и я смахнула ее, испытав приступ злости. Я писала! Каждый день… Пока не поняла, что ответа не дождусь. Ни единой строчки я от него не получила. Нет, одно письмо получила, где он сообщал, что женится на дочке генерала…

Я смотрела на незаконченный эскиз костюма пастушки и осознавала, что сосредоточиться на работе не получается, что она словно вернулась в прошлое, перечеркнув все последние годы. Вернее, забросил ее туда Даниил!

Даниил

Дома царила тишина, и лишь из ванной доносился звук льющейся воды. Значит, группу свою дядя Саша уже распустил.

В квартиру эту мы переехали год назад. И выбирал я ее специально, чтобы в одной из комнат устроить мини-зал для занятий дыхательной гимнастикой и йогой. Вот уже пять лет, как друг мой и наставник не преподавал вольную борьбу по состоянию здоровья. А поскольку без дела сидеть не мог и не любил, увлекся йогой. Изучив ее досконально, переняв заморский опыт, дядя Саша начал преподавать ее на дому. Очень быстро приобрел популярность в узких кругах, и сейчас у него пять дней в неделю график был довольно плотный. Но сверх меры я ему нагружать себя не разрешал, все же, возраст был уже не тот.

– Что-то ты сегодня рано, – заглянул дядь Саша в гостиную, где я сидел на диване с отсутствующим видом.

Настроение было не очень – не хотелось даже раздеваться после улицы.

– Так получилось, – бросил я взгляд на дверной проем, где дядь Саша застыл в одном полотенце на бедрах. В свои шестьдесят выглядел он отлично, подтянуто. И водился за ним грешок – гарцевать по квартире оголенным по пояс. Но только не при посторонних.

– Так. Я – одеваться, а ты – раздеваться. Встречаемся на кухне – будем чай пить и разговаривать по душам.

Так и пришлось снимать верхнюю одежду и наведываться в ванную. К тому моменту, как вошел в кухню, дядь Саша уже хлопотал там вовсю, заваривая чай и готовя бутерброды.

– Обойдемся сегодня без ресторанной бурды, не против, – бросил он на меня косой взгляд.

Я же не был уверен, что и бутерброд получится в себя впихнуть. Готовить что-то серьезное ни он, ни я не умели. Да и времени у нас на это не было. Чаще заказывали ужины из ресторана. А по субботам нам готовила соседка – Зинаида Карповна. Взаимовыгодное сотрудничество такое. Она получала материальное вознаграждение, а мы – вкусную и горячую еду, а главное, домашнюю, а не из ресторана.

– Налетай! – поставил дядь Саша передо мной огромный бокал с чаем. – И рассказывай, почему кислый, как будто тебя уложили на лопатки.

– Я встретил девушку…

– И только-то? – усмехнулся дядя Саша. – По моему разумению, тебе уже давно пора ее встретить. Вернее, тебе уже давно пора начать встречаться с девушкой.

– У меня есть Света, – отчего-то стало обидно.

– Светлана – красивая женщина и отличный психолог, – кивнул дядя Саша. – Но она старше тебя, и у вас мало общего. Тебе же нужна ровесница, которую ты сможешь приглашать на свидания, а не приходить к ней домой и не проводить там, ночь раз в две недели, а то и в месяц. И съешь уже бутерброд, зря я что ли старался, – беззлобно проворчал он.

Я машинально взял с тарелки бутерброд и даже откусил от него, но вкуса не почувствовал.

– Так что за девушка, про которую ты начал рассказывать? Она какая-то особенная? Не такая, как все остальные? – с улыбкой смотрел на меня дядя Саша.

– Дело не в этом, – задумчиво проговорил я. – Мне кажется, что я знал ее раньше, – решился высказать мысль, что преследовала меня с того момента, как покинул кабинет Светы. – И не просто знал, а… очень хорошо был с ней знаком, – подобрал я более-менее подходящие слова, с трудом облекая в них мысли.

– Так-так, интересно… – протянул наставник, как я привык про себя называть дядю Сашу. Отцом он мне не был и даже дальним родственником, но его я считал единственным родным человеком на всем белом свете. Ведь именно он заставил меня хотеть жить. – И почему ты так решил?

– Сам не знаю, так чувствую, – признался я. – Да и она, кажется, на это мне намекала.

Дальше я рассказал в подробностях о встрече с Настей и почти слово в слово передал наш с ней разговор.

– Интересно, – подытожил дядя Саша. – Только… если она тебя узнала, то почему не сказала об этом прямо?

– В том-то и дело, – вдруг разволновался я. – Она как будто обиделась на меня, понимаешь?

– Не очень, если честно. О том времени, что ты забыл, я рассказал тебе все, что мог. Жаль только, я почти ничего не знаю, кроме наших с тобой тренировок. С девушками ты меня точно не знакомил, – грустно улыбнулся наставник. – Вот и с тетей твоей знаком не был. О твоей пропаже-то узнал случайно, когда из армии ты не вернулся…

Да. Тогда он меня разыскал, и с тех пор мы с ним не расстаемся. Знаю, что были у него на меня планы – хотел сделать из меня тренера по вольной борьбе. Но тогда об этом не могло быть и речи, а потом у меня появилась другая тяга, благодаря которой я и стал кондитером.

– Ты хоть телефон у нее догадался попросить? – спохватился дядя Саша.

– Она мне визитку вот дала, – достал я ту из кармана и положил на стол.

– Ух ты! Директор? А лет ей сколько? – подозрительно прищурился он.

– Как и мне – двадцать четыре.

– Ровесники, значит. Еще интереснее…