Босиком по осколкам - Яра Вольцева

Кирилл Соловьев

Очередная победа не приносит той радости, что на первых порах, но победить в гонке Дамира доставляет все же удовольствие.

— Спасибо, друг, — подбегает ко мне Семен и хлопает экспрессивно меня по плечу.

Приподнимаю брови, что-то не припоминаю, чтобы он так бурно реагировал на другие мои победы. Видимо, вопрос так отчетливо читается в моих глазах, что он поясняет причину радости.

— Я выиграл спор, так что завтра иду на свидание с Аидой, — пританцовывает от нетерпения на месте.

Хмурюсь, отчего-то недовольный таким раскладом.

— А Дым не против? — киваю на стоящего в отдалении поверженного соперника.

Сема прослеживает за моим взглядом и хмурится, нервно почесывая подбородок.

— Ничего, друг не стена, подвинется, — энтузиазма, как я погляжу, ему не занимать.

— Как знаешь, — пожимаю плечами и ухмыляюсь, — мы в клуб, ты с нами?

Тот не отвечает на мой вопрос, находится в какой-то прострации, смотрит то на ту девчонку, то на Дамира. Совсем кукушкой тронулся со своей влюбленностью.

— Забей, Сём, не прогоняй, ни одна девка такого не стоит, — кладу ладонь на заднюю часть его шеи и наклоняю к себе, упираюсь лбом ко лбу, — слышишь? Поедем и расслабимся.

Тот вздыхает только горестно, но качает головой.

— Мне домой, мать в ночную смену, за мелкой некому присмотреть, — говорит он и прощается с нами по очереди.

Нас остается трое — Хорт, я и Карина, вечная прилипала, но пока что я ей это позволяю. Неплохие омлеты делает по утрам.

— Куда поедем? — потягивается кошкой девчонка, выгодно демонстрируя стать, тонкую талию и выпуклости, за которые мне нравится держаться, — давайте в Лиссабон.

— Как обычно, короче, — ухмыляется Богдан, мой вечный соперник по гонкам.

При этом гонки не мешают нам тусоваться вместе после, так что я лишь киваю им и иду в сторону парковки. Мой черный глянцевый зверь уже заждался, так что пока моя компания рассаживается, разминаю плечи, напряженные после гонок, и сажусь сам. Только хочу закрыть дверь, но замираю на секунду, когда слышу желчный голос этой Аиды. Обо мне говорят. Только хочу победно улыбнуться, как ее последующие слова забивают гвозди в крупицы моей самоуверенности.

— Что ты прицепилась к этому мажору? Забудь уже о нем. Такие, как он, пустышки-однодневки. Только страдания и боль тебе принесут.

— Зато красивый, — слышу приятный голосок ее подружки.

— Пф, — мерзко фыркает, — ничего он из себя не представляет, только всяким профурсеткам и нравится, нормальная девчонка в его сторону даже и не взглянет. Так что не дури.

Резко закрываю дверь и жму на газ. На чистой злости выезжаю с парковки, слышу, как что-то говорит Карина, но из-за пелены перед глазами и бешенства до звона в ушах толком не слышу, что она там бормочет.

— Не слушай эту уродку, — фыркает сзади девчонка.

Встряхиваю головой и прихожу в себя, когда проезжаю на красный.

— Успокойся, — говорит Хорт, дергая руль чуть вправо, когда меня заносит.

— Я спокоен, — цежу сквозь зубы, ощущая, что кровь по венам течет быстрее, а мысли скачут яростнее и злее.

— Ага, видно по тебе, — усмехается друг по культурному, так сказать, отдыху, а затем подначивает меня, — что? Понравилась смуглянка? Поэтому бесишься так?

— Что? — раздается сзади возмущенный голос Карины, — эта Аида совсем не во вкусе нашего Кирилла. Ты видел ее и меня, а?

Как ни странно, но задето самолюбие этой девчонки сейчас мне на руку. Пока она пытается соревноваться с призрачной Аидой, демонстрируя свои преимущества Богдану, я привожу мысли и свое состояние в порядок. Холод разума и безразличие, вот моя главная фишка. Никому еще не удавалось и не удастся пошатнуть мои устои и принципы. Даже этой брюнетке языкастой.

— Ха, — доносится до меня язвительный голос парня, — я тебя, Карин, может удивлю, но на свете есть еще куча симпатичных девок. Вряд ли у тебя между… Кхм… В общем, не напрягайся, ты девчонка красивая, но не в моем вкусе.

С силой сжимаю руль, думая о своем. Не, ну вот же чертова девка, не по нраву я ей, видите ли? А кто ей нравится? Дамир? Этот неудачник? Бесит, как же бесит. Успокойся, Кир, говорю сам себе, у тебя куча поклонниц, самые красивые девчонки универа у твоих ног, не стоит злиться из-за слов какой-то ботанички.

— Да кому ты нужен, — прошибает меня током от этих слов, но тут я понимаю, что сказано это не Аидой и не мне, Карина до сих пор изгаляется, — на себя в зеркало давно смотрел?

Фыркает и как я вижу в зеркале, демонстративно скрещивает руки и отворачивается к окну.

— Да ладно, Карин, не обижайся, что ты, мы же не о тебе говорим, — поворачивается к ней Бодя, как мы его часто называем, — слушайте, ребят, раз такое дело, может, поспорим?

— Не неси чушь, что за детский сад, — капризно надувает губы девушка.

Я же сосредоточен на дороге. Недолго так с таким гневом и в аварию попасть. Еду привычной дорогой до клуба, надеясь конкретно так расслабиться и выбросить из головы всяких уродин.

— Ну, это же был вызов, разве нет? — веселится Бодя, щелкая шеей, — она назвала Кира чуть ли не моральным уродов, смешно будет, если он ее влюбит в себя и завалит, разве нет? Щелкнем ее по носу. Весело же.

— Ничего веселого, — бурчу, паркуясь у ночного заведения.

Резко выхожу из машины и подгоняю ребят. Мне срочно нужно что-то выше тридцати градусом. Отрезаю их разговоры на тему спора и соблазнения на корню, но чем больше от напитков у меня путается сознание, тем серьезнее я начинаю задумывать о том, что они правы. Почему бы не показать девчонке ее истинное место? У моих ног.