Ключ истины - Нора Робертс

— Ты спишь, Дана?

Она открыла глаза и встретила неодобрительный взгляд Джоан.

— Нет. Думаю.

— Если тебе больше нечем заняться, помоги Мэрилин в хранилище.

— С удовольствием. — Дана лучезарно улыбнулась. — Нужно попросить Сэнди, чтобы она заменила меня у справочной стойки?

— Кажется, ты не слишком перегружена вопросами и требованиями.

«А ты не слишком перегружена бумагами и административными делами, и у тебя остается время следить за мной», — подумала Дана.

— Я только что закончила обрабатывать один запрос о частном предпринимательстве и капитализме. Но если вы считаете…

— Прошу прощения… — К столу подошла женщина с мальчиком лет двенадцати.

Она крепко держала паренька за плечо, и Дана подумала, что так Флинн держит поводок Мо. Надеясь, что сможет ему воспрепятствовать, и прекрасно понимая, что тот вырвется при первой же возможности.

— Вы не могли бы нам помочь? Моему сыну нужен доклад… на завтра. — Последнее слово женщина произнесла с нажимом, и плечи мальчика поникли. — О Первом континентальном конгрессе. Подскажите, пожалуйста, какие книги нам следует выбрать.

— Разумеется. — Бесстрастное лицо Джоан мгновенно расплылось в доброжелательной улыбке. — С удовольствием покажу вам несколько подходящих книг в разделе американской истории.

— Прошу прощения! — Дана ничего не могла с собой поделать. Она подмигнула угрюмому мальчишке: — Седьмой класс? Миссис Джейнсбург, история США?

Оттопыренная нижняя губа мальчика опустилась еще ниже.

— Да.

— Я знаю, что ей нужно. Посидишь пару часов за книгами и станешь настоящим специалистом.

— Правда? — Мать ухватилась за руку Даны, как утопающий за спасательный круг. — Это будет настоящее чудо.

— Миссис Джейнсбург и мне преподавала американскую и всемирную историю. — Дана сделала страшные глаза. — Я знаю ее как свои пять пальцев.

— Оставляю вас в надежных руках мисс Стил, — сквозь зубы процедила Джоан, но улыбка с ее лица не сошла.

Дана наклонилась вперед и заговорщически зашептала:

— У миссис Джейнсбург по прежнему выступают слезы на глазах, когда она читает речь Патрика Генри «Дайте мне волю…»?

Мальчик явно приободрился:

— Да. Ей приходится останавливаться, чтобы высморкаться.

— Ничего не изменилось. Ладно, вот все, что тебе нужно.

Через пятнадцать минут, пока паренек ставил отметку в новеньком читательском билете, его мать подошла к столу Даны:

— Я хочу еще раз вас поблагодарить. Меня зовут Джоанна Рирдон, и вы только что спасли жизнь моему сыну.

— Миссис Джейнсбург, конечно, строга, но она бы его не убила.

— Его бы убила я. Вам удалось заинтересовать Мэтта докладом — хотя бы ради того, чтобы утереть нос учительнице.

— Главное — результат.

— Согласна с вами. В любом случае спасибо. Вы чудесно справляетесь со своей работой.

— Спасибо. Удачи.

«Справлялась», — мысленно поправила женщину Дана. Злобная Джоан и ее вечно улыбающаяся племянница скоро пожалеют, что у них больше нет возможности подпустить шпильку Дане Стил.

Когда закончились отведенные ей часы, Дана убрала свое рабочее место, взяла пару книг, которые намеревалась пролистать дома, и подхватила портфель. Потом подумала, что будет скучать и по этому ежедневному ритуалу: перед уходом навести порядок на стойке, бросить последний взгляд на стеллажи и столы — этот маленький храм книги.

А еще она будет скучать по короткой приятной прогулке от библиотеки до дома. Это была одна из причин ее отказа переехать к Флинну, когда брат купил дом.

Дана напомнила себе, что ведь и в «Каприз» можно будет ходить пешком. Если ей придется по душе двухмильная прогулка. Она решила, что сие маловероятно, и подумала, что должна получать удовольствие от того, что у нее есть. Пока есть.

Ей нравилась предсказуемость привычной дороги домой, которую она видела перед глазами месяц за месяцем, год за годом. Сейчас, когда осень вступила в свои права, улицы были наполнены золотистым светом, просачивавшимся сквозь пламенеющие кроны деревьев. Окружавшие долину горы казались волшебным ковром, сотканным богами.

Дана слышала детские голоса — в школе не так давно закончились занятия. Ученики еще не успели сесть за домашние задания и с криками носились по небольшому парку, тянувшемуся от библиотеки до ее дома. Воздух был прохладным и свежим, и в нем чувствовался аромат хризантем, высаженных на клумбе у здания муниципалитета.

Большие круглые часы на площади показывали 4.05.

Дана пожала плечами, прогоняя нахлынувшую волну жалости к себе, — до появления Джоан часы по дороге домой обычно свидетельствовали о том, что уже 6.35.

Наплевать. Нужно просто радоваться свободному времени, получать удовольствие от приятной прогулки и солнечного дня.

На крыльце многих домов уже лежали тыквы, на ветках деревьев были развешаны гоблины, хотя до Хэллоуина оставалось несколько недель. Дана подумала, что в маленьких городках всегда радуются праздникам. Дни становились короче и холоднее, но было еще достаточно светло и тепло, чтобы наслаждаться прогулкой.

Девушка решила, что красивее всего Вэлли именно осенью. Почти идеальный образ американской глубинки.

— Привет, Дылда! Давай помогу.

Окутывавший ее хрустальный колокол умиротворения мгновенно разлетелся на тысячу осколков. Не успела она огрызнуться, как Джордан уже выхватил у нее книги и сунул себе под мышку.

— Отдай!

— Я уже взял. Отличный день, правда? Вэлли особенно хорош в октябре.

Слова Хоука на сто процентов совпали с тем, что думала она сама, и Дане это очень не понравилось.

— Кажется, твоя любимая песенка называется «Осень в Нью Йорке»?

— Да, неплохая вещица. — Джордан повернул книги и прочитал названия. Кельтский фольклор, йога, Стивен Кинг, последний роман. — Йога?

В этом он весь — умеет вогнать в краску.

— А что?

— Ничего. Просто с трудом представляю, как ты принимаешь позу стрекозы или что-то в этом роде. — Джордан прищурился, и в его глазах блеснули озорные искорки. — Хотя, если подумать…

— Тебе больше нечем заняться, кроме как болтаться около библиотеки и ждать, пока не представится возможность пристать ко мне?

— Я не болтался около библиотеки, и помочь нести книги не значит приставать. — Джордан с привычной легкостью подстроился под ее шаг. — Кстати, я не в первый раз провожаю тебя домой.

— Последние несколько лет мне удавалось найти дорогу и без тебя.

— Тебе многое удавалось. Как отец?