Отомстить демону, или Ведьма выходит на тропу войны - Валентина Гордова

Паника была столь сильной, что я натурально начала задыхаться! Хватала ртом воздух и не чувствовала его!

Лишь когда начала пятиться, запуталась в ногах и едва не упала, внезапно поняла: это не я. Не мои ощущения, не мои желания и мысли. Это магия! Кого-то чужого, кого-то тёмного и опасного – того, кто был в этом доме, проводил кровавые ритуалы и использовал магию сильную настолько, что она продолжала воздействовать и сейчас – на меня, ведьму, а мы сильнее прочих защищены от чужого влияния.

Я вылетела из подвала, магическим потоком захлопнула дверцу люка, запечатала её собственной магией и даже не сразу это поняла.

Короткий забег до ванной комнаты – вырвало меня уже там.

А это уже даже хуже, чем просто плохо, потому что означало, что оказанное на меня воздействие было сильнее и агрессивнее, чем я изначально подумала.

Там, в подвале моего дома, не просто чей-то заброшенный алтарь – там проклятая Тьма! Не сама, конечно, хотя я уже не уверена.

Полностью функционирующая, агрессивно настроенная энергия, которой совершенно не понравилось моё вмешательство.

Что же это такое, если даже мои родители ничего не почувствовали? Мама – чистокровная чёрная ведьма, переквалифицированная в боевую, папа далеко не слабый маг, и оба они очень ответственно подошли к делу выбора дома для единственной дочери. Я даже не сомневаюсь: они оба, вместе и по отдельности, ни один раз проверили весь дом сверху донизу.

Так как же так вышло, что они пропустили вот такое? Такую мощную энергию?

Всё просто: магия сама скрывалась от них. А разве может магия быть сама по себе? Сама принимать решения, сама себя скрывать? Очевидно, что не может.

И мне просто до мурашек по всему телу и вставших дыбом волос страшно даже думать о том, что в моём подвале может находиться и скрываться от посторонних глаз.

И тут раздался стук! Подпрыгнув от неожиданности, я на пару мгновений поддалась панике, успела попрощаться с жизнью, затем торопливо вспомнила парочку действенных защитных заклинаний, а уже потом, прислушавшись, поняла, что стучат в входную дверь.

Громко, требовательно, зло и напрочь отбивая желание идти и проверять, кого там среди ночи нелёгкая принесла.

Я, в целом, и так догадывалась, но почему-то всё равно торопливо умылась и пошла открывать.

И шла я ровно до того момента, как громкий грубый стук вдруг не стих, а затем через пару секунд не сменился другим – деликатным, вежливым на грани издевательства.

Желание идти и открывать исчезло напрочь. Я и остановилась, кисло глядя на запертую дверь, и уже почти развернулась и ушла в спальню, но тут раздалось издевательское:

– Мне очень не хочется выламывать твою дверь, а потом тратить время на установку новой. Открывай, ведьмочка, сама открывай, а то хуже будет.

Нет, ну это уже наглость невообразимая! Ни в какие ворота уже!

И открывать я пошла исключительно из чувства справедливости – в смысле, надеялась в процессе придумать что-нибудь такое очень мстительное во имя справедливости. Но, увы.

Взявшись за ручку, я решительно дверь распахнула и встала на пороге, воинственно сложив руки на груди и всем своим видом показывая, что ночным гостям тут не рады и вряд ли когда-либо обрадуются.

Маг на пороге обнаружился всего один, и я честно не могу решить, успокоило меня это или, наоборот, только больше испугало. С одной стороны, лучше один, чем четверо, но с другой – этот один был крайне жутким, и чем дольше я всматривалась в его чуть прищуренные чёрные глаза, тем больше уверялась: передо мной не человек. Совсем не человек.

Что ты такое, Айзек?

– Привет, – мурлыкнул парень, растягивая губы в совсем не жуткой, а очень даже ничего такой улыбке – широкой, светлой, почти доброй. Это всё ямочки на щеках виноваты были, именно они такой эффект и производили.

Но ведьма не купилась.

– Виделись, – бросила грубо, – очень хочется, чтобы это была наша последняя встреча.

Мне казалось, что я выгляжу очень серьёзно и внушительно, и что мой ледяной тон заставит мага задуматься хоть о чём-нибудь, но он лишь шире улыбнулся и поинтересовался:

– Предлагаешь мне остаться с тобой до конца жизни и никогда никуда не уходить?

Какая же у него улыбка притягательная… если бы ещё всякие глупости не говорил, было бы куда замечательнее. А если бы он и вовсе молчал всё время, то вообще цены бы ему не было!

– Предлагаю тебе уйти и больше никогда мне на глаза не попадаться, – опровергла его предположение.

Губы мага растянулись в лучезарной улыбке, лицо осветилось, не смотря на поздний час и окутывающую улицы города ночную тьму. Я уж думала, опять какую-нибудь глупость несусветную выдаст, но парень удивил.

– Ты что с домом сделала? – Продолжая улыбаться, абсолютно наплевательским тоном спросил он, словно ничего важного, так просто, фраза для поддержания разговора.

Но ведьма не купилась. Она, в смысле я, с магами была хорошо знакома, у меня по этой скользкой дорожке пошёл и папа, и дядя, так что я точно знала: если маг улыбается и пытается делать вид, что не происходит ничего серьёзного, значит, всё с точностью наоборот.

– А что с домом? – Захотелось выйти за порог и со стороны на него посмотреть, ну или хотя бы голову высунуть, но я интуитивно подавила этот порыв, оставшись на месте.

И, как выяснилось, не зря!

Маг безразлично пожал плечами, а потом вдруг неуловимым движением приблизился вплотную ко мне, упёр руки в дверной проём по обе стороны от меня, окинул отшатнувшуюся ведьму насмешливым взглядом сверху вниз и, нагло заглядывая в дом, просто сказал:

– Я зайти не могу.

И я поняла: можжевельник!

Очищающий от негатива можжевельник и другие растения, защищающие и оберегающие! Магически усиленный дым по всему дому прошёлся, ища чужеродную магию, видимо, весь дом теперь защищён и был!