Я (не)вернусь - Надежда Скай

И если это он мог спокойно пережить, даже испытав облегчение от того, что постоянное давление со стороны отца наконец-то закончилось, то вот на личном фронте тучи сгущались. Ещё на четвертом курсе АГУ он баловался постоянными секс-встречами с Маринкой, первой красавицей с параллельного потока, пока случай не столкнул с её младшей сестрой. Тихая мышка с большими глазами это всё, что тогда привлекло внимание, но чем больше они общались, тем больше Даша открывалась ему с другой стороны.

Дёрнув головой, парень открыл ключом входную дверь, втягивая в себя безумно вкусные ароматы с кухни. Скинув обувь, не снимая куртку, он пошёл на запахи и остановился в дверном проёме, с улыбкой наблюдая, как Даша накрывает на стол.

– Привет.

– Привет, ты вовремя, ужин почти готов.

– Как по-семейному.

– Не надо, Богдан.

Даша вытерла руки о полотенце и отвернулась, пряча в глазах боль и сожаление. Было и так не просто эмоционально находиться рядом с ним, а слышать «такое» просто невыносимо. Она смирилась с мыслью, что уже ничего с ним у неё не будет, запретила себе мечтать и решила просто жить дальше.

– Как скажешь… Что это так вкусно пахнет?

– Ничего особенного, быстрый пирог, выбор был так себе – омлет или он.

Даша пожала плечами и поставила в центр стола большую тарелку с дымящимся кулинарным изделием. Богдан нервно сглотнул слюну и выскочил в коридор, на ходу снимая куртку, чтобы быстрее помыть руки и сесть за стол.

– Мм…как вкусно! А я уже хотел доставку заказывать. Спасибо.

Рахметов поглощал уже четвёртый кусок, запивая свежезаваренным чаем с лимоном. Даша же съела один и лениво пила свой чай, любуясь довольным мужчиной.

– Что ты узнал о квартире бабушки.

– Пока немного, подал ориентировку на эту женщину, от тебя мне теперь нужно заявление.

– Какое?

– Самое обычное, я помогу написать, так что завтра утром вместе едем в участок.

Богдан залпом допил чай, отставил кружку и задал тот самый вопрос, который задавал ранее и который до сих пор его мучил.

– Почему ты сбежала и где была всё это время?

– Бодь…

– Нет, Даша, мы должны поговорить и сейчас самый подходящий момент.

Тесно сжав ладонями кружку с чаем, девушка посмотрела на окно, отмечая крупные снежинки и мерцание гирлянд в окнах домов напротив. Люди готовились к новому году, украшая свои квартиры, и наверняка в каждой стояла пушистая ёлка. Предновогоднее время было её самое любимое когда-то, а теперь…

– Не хотела вам мешать.

– Кому нам?! Не говори загадками!

– Тебе и Марине. Она мне всё подробно объяснила.

Совершенно не хотелось вспоминать ехидную улыбку сестры и её надменный голос, когда она, как маленькому ребёнку втолковывала, как ей с Богданом хорошо и всё идёт к свадьбе, а Даша для него лишь временное удовольствие.

– И ты поверила? Господи, Даша, сколько тебе лет! А со мной поговорить не судьба была?

– Судьба! Я звонила тебе, но то ты недоступен, то не можешь говорить…или вообще отдыхаешь с друзьями!

– Допустим, и ты ничего лучше не придумала, как опустить руки и сбежать! Я приезжаю в Майкоп, а тебя след простыл! Весь город на уши поднял, и никто не знает где ты, а твой номер не обслуживается. Можешь представить моё волнение?

– Уже поздно…

– Поздно, когда человек лежит под двухметровым слоем земли.

– Пожалуйста, давай не будем!?

Девушка не смогла вынести тяжёлый взгляд Богдана и отошла к окну, сдерживая слёзы и болезненные удары сердца в груди. Он не понимал и сейчас не понимает, а снова испытывать боль было невыносимо.

– А когда? Скажи, когда мы сможем всё выяснить и понять? Даша! Не игнорируй меня!

Не выдержав, Богдан резко подошёл к ней и развернул к себе, удерживая за предплечья. Он был настроен решительно, и не собирался отступать. Она ответит сейчас, и загадка прошлого решится сегодня раз и навсегда.

– Ты всё решила за нас, а я должен по первой твоей просьбе замолчать в тряпочку и дальше ломать голову? – Даша дёрнулась в его руках, обжигаясь о пламенный взгляд.

– Не кричи! Ты предал нас! Ты променял меня на Марину!

Вся злость, ревность и боль разрушенной любви вылились в обвинения, а голос дрогнул на имени ненавистной сестры.

– Да о чём ты говоришь?

– Помнишь тот новый год, который мы планировали встречать вместе? Он должен был быть нашим первым.

– Помню, – Богдан помнил, как готовилась Даша и до сих пор ругал себя, что ничем тогда не мог помочь, не было возможности. А сейчас не понимал к чему она ведёт.

– И я помню. Помню каждую минуту, – Даша высвободила одну руку и провела по щеке мужчины, чувствуя жёсткие волоски бороды, вниз по шее и остановила на груди, там, где громко билось его сердце, – как хотела тебя порадовать и, как мечтала, что этот новый год будет самым лучшим в моей жизни. Но…

– Говори.

Но вместо ответа, Даша прижалась всем телом к большому и когда-то до сумасшествия любимому телу Богдана и провела язычком по его губам, уже не сдерживая слёзы, текущие по щекам.

– Но…но новый год я встретила одна у мерцающей ёлки, а к обеду первого января она прислала сообщение о том, что ей срочно нужна помощь. Никогда не думала, что люди могут быть настолько жестоки, продолжая верить в лучшее.

– Даш…

– Ты крепко спал в её кровати. Рассказывать дальше?

– Не стоит. Теперь всё понятно.

Богдан отпустил девушку и провёл рукой по волосам, лохмача их ещё больше. Тогда, именно под самую новогоднюю ночь, всё покатилось к чёрту. Брат с отцом решили в последний раз надавить на него, заявив, что его дальнейшее обучение закончено, а ему предстоит жениться на дочери компаньона отца, на той, которую он знал с самого детства и воспринимал далеко не как женщину. Разговор вылился в скандал, драку со старшим братом и всё на глазах у матери и маленькой сестры.

Его как щенка выкинули на улицу с условием, если не одумается, то родительский дом для него закрыт. Плюнув под ноги гордому главе семейства, парень ушёл не оборачиваясь, напился до бессознательного состояния со своим лучшим другом, а на утро не понимал, как оказался у бывшей подруги