Город драконов. Книга шестая - Елена Звездная

– Благополучия! – как воспитанная леди я обязана была попрощаться.

И у меня даже хватило сил покинуть поле боя, гордо расправив плечи и ни разу не оглянувшись. Но едва я вышла в холл просторного городского особняка Арнелов, с трудом удержалась от того, чтобы не разбить внушительную вазу, возвышающуюся на столике для корреспонденции.

* * *

В состоянии ярости, выражающемся в сжатых ладонях и глубоком дыхании, меня и застали миссис Макстон и доктор Эньо. И если моя почтенная домоправительница поняла все сразу, то доктор лишь поинтересовался, проходя мимо:

– Опять с магией перестарались?

– Да, – непозволительно краткий ответ.

– Мистеру Онеру лучше, – спускаясь в подвальное помещение сообщил доктор Эньо, – однако, должен заметить, не замотай он голову шарфом, у вас был бы теперь на редкость лысый повар.

Когда врач ушел, я была вынуждена искренне признаться миссис Макстон:

– Мне нужно с вами поговорить.

И признаться я собиралась во многом.

Но прежде мы навестили мистера Онера, и я с радостью обнаружила, что он практически не пострадал, поистине очень правильно использовав шарф, от которого теперь мало что осталось.

– Да хорошо все со мной, мисс Ваерти, – переворачиваясь на другой бок, проворчал мистер Онер, – шли бы вы спать.

Это была хорошая идея, но прежде я должна была убедиться, что все действительно хорошо.

– Как ваши глаза? – вопросила, призвав «Quaerere».

Заклинание поиска обнаружило повреждения на руках, и я порадовалась тому, что мы не в Вестернадане, потому как несколько дней мистер Онер едва ли мог бы что-то делать руками, а с его неуемной тягой постоянно быть чем-то занятым… в общем, в какой-то степени нам повезло оказаться сейчас в столице.

– Глаза не пострадали, – мистер Онер ответил с явной неохотой, – только руки, но вы и сами уже это явно обнаружили.

– Можно было бы догадаться и без магии, вы же отвернулись, едва обнаружили наше присутствие, – несколько язвительно заметила миссис Макстон.

И мистер Онер повернулся обратно.

Что ж, все было не так уж и радужно – лицо явно носило следы слишком близкого общения с огнем, глаза были покрасневшими, но доктор Эньо обо всем этом позаботился, и к утру повреждения исчезнут. С ладонями так просто не выйдет.

– Боль существенная? – спросила я, присев на край кровати.

– Терпимая, – нехотя ответил мистер Онер.

– Defectu doloris! – прошептала я, касаясь его плеча.

И проинструктировала:

– Если боль будет усиливаться, или же мешать сну, прикоснитесь к этому месту.

Мистер Онер тут же последовал совету, и судорожно выдохнул, едва боль совершенно покинула его. Ненадолго, срок около получаса, но заснуть теперь будет определенно проще.

– А почему доктор Эньо подобного не сделал? – поинтересовалась миссис Макстон.

Пожав плечами, предположила:

– Возможно потому, что боль станет тем фактором, который убережет мистера Онера от излишних движений – ладоням на восстановление потребуется время и бережное отношение.

– Но так намного лучше, моя искренняя благодарность, мисс Ваерти, – произнес мистер Онер. – Но еще больше я буду благодарен, если вы сообщите, как прошел прием у императора.

– Я тоже, – со своей кровати заметил мистер Илнер.

– И я, – мистер Уоллан так же находился здесь, и тоже проснулся с нашим приходом.

Что ж, сказала, как есть:

– Лорд Арнел объявил меня своей женой. Император порадовался, в его глазах я куда как более «резвая кобылка» нежели леди Елизавета Энсан-Карио. Сам герцог Карио был унижен на глазах у всего двора, и в целом крайне раздосадован тем, что мы появились, а два взорванных экипажа не сумели нас остановить. И потому, к тому моменту как мы покинули императорский дворец, в толпе журналистов нас уже поджидали убийцы. У некоторых из них оказалось весьма примечательное оружие, лорд Давернетти сейчас разбирается с этим.

Секундное молчание и:

– М-да, – произнес мистер Уоллан.

– Дела, – добавил мистер Илнер.

– Гаденыш на все пошел, чтобы избежать вашего появления во дворце, – вздохнул мистер Онер, и тут же перешел к делу: – Что будем делать?

Возможно, я действительно напрасно убрала его боль.

– Мы подумаем об этом завтра, – решила за всех миссис Макстон.

Спорить с ней никто не стал.

* * *

Попрощавшись с джентльменами, мы покинули их просторную спальню, чтобы, миновав половину дома, вернуться в спальню миссис Макстон. Лично я собиралась спать здесь, и Бетсалин, проявив поистине неимоверную тактичность, уговорила двух лакеев принести сюда дополнительную кровать, и когда мы пришли, застилала ее.

– Бетси, спасибо, – я была бесконечно благодарна.

– Даже не переживайте, мисс Ваерти, после слов лорда Арнела, здешняя прислуга готова на все, только бы угодить вам, ну и мне, как вашей личной горничной.

– Хм, – произнесла миссис Макстон, – у них тут гардины пыльноваты, я видела плесень в углу в кладовой, завтра займусь этим особняком на правах почетной домоправительницы.

Бетси рассмеялась первая, осознав, что теперь ждет прислугу Арнелов, я не сдержала полуистерического смеха так же, и только миссис Макстон хранила невозмутимое молчание. Она же и распорядилась:

– Бетсалин, принеси чаю и сандвичи мисс Ваерти. Пирог и пудинг нести не стоит, они меня не впечатлили за ужином.

– Так вы ж ничего не ели! – воскликнула простодушная Бетси. – Вам кусок в горло не шел от нервов, все от окна не отходили.

– Бетсалин! – почти прошипела миссис Макстон.

И горничная все мгновенно осознав, торопливо нас покинула.

Едва за ней закрылась дверь, суровая женщина обратила суровый взор на меня, и ей даже не пришлось ничего спрашивать. Обессилено опустившись на край постели, я сильнее закуталась в теплый платок, и призналась:

– Весь полет сюда, что-то около трех или четырех часов, я провела в объятиях лорда Арнела, и… практически не заметила этого, совершенно утратив как возможность рассуждать здраво, так и счет времени.

Выговорив все это, я ожидала негодования, осуждения, признания моей вины, а моя вина во всем этом несомненно присутствовала, и даже лекции о морали и нравственности. Но ничего из вышеперечисленного не последовало. Тяжелый вздох и миссис Макстон села на постель рядом со мной. Затем накрыла теплой ладонью мои дрожащие и ледяные руки, еще несколько мгновений молчала, а после произнесла:

– Мисс Ваерти, в этой борьбе вы, без сомнений, проиграете. На стороне лорда Арнела поистине дьявольское обаяние, опыт, желание быть с вами, и влюбленность, которую этот дракон вовсе не считает слабостью, а потому даже не пытается скрывать. Напротив – он демонстрирует чувства открыто, тем самым уверенно и без колебаний загоняя вас в ловушку ваших собственных чувств.

Вздрогнув, я недоуменно посмотрела на мою домоправительницу, вовсе не ожидая услышать ничего подобного.

– Мое милое невинное и наивное по сути дитя, – миссис