Хочу видеть тебя - Татьяна Адриевская

Сверкнул глазами и, не сдержавшись, проговорил:

— При всем уважении, это, дядь Дим, ваша прерогатива.

Тот поджал губы и раздулся еще сильнее. Но смолчал, потому что тут и возразить нечем, только зубами скрежетнул в очередной раз и отстранился.

— Ну а ты, Илья, — переключился на сына. — Сам-то в больничку звонил? Узнавал, как там девушка поживает?

— Так ты ж сказал, что все уладишь… — просипел тот, нервно бегая глазами.

— Сказал, но на тот момент я правдивой информацией не обладал, сына жертвой считал, а он, оказывается, самый настоящий преступник. Сын депутата, что выдвигается в мэры — уголовник! И светит ему тюремная камера!

— Бать…

— Не бать, блять! — взревел Загороднев, сжав кулаки. — Ты хоть понимаешь, что ты нас двоих утопишь, кусок ты собачьего дерьма?!

— Я ж не думал, что так выйдет, бать…

— А потому что тебе нечем думать! Считаешь, я любой твой косяк по щелчку пальцев могу закрыть?! Нет, дорогой, в этот раз ты подставил меня так, что я и не знаю, чью задницу целовать первой, и сколько денег готовить, чтобы тебя выгородить!

— Так может не докажут, а? — с надеждой просипел Илья, а я закатил глаза.

У этого дебила реально мозг с коробок, причем в его содержании лишь одна обугленная спичка.

— В общем так, герой будущих криминальных заголовков. Делай что хочешь, но эта девка не должна к тебе лично иметь никаких претензий. Ясно?

— Так как я…

— Плевать мне, хоть в жены ее бери и на руках носи до конца жизни! — проорал дядя Дима, брызгая слюной. — Как только Женя вернется с ее медицинской картой, я тебе подробно покажу и расскажу, что ты с ней сделал! А сейчас свободны! Оба!

Глава 5

Как только я перешагнул порог дома, я услышал очередную ругань родителей. Мать снова пыталась «вразумить» отца не продавать коттедж, только вот о том, сколько денег уходит на его содержание она не задумывалась. Сейчас наша семья переживала не лучшие времена, и решение отца мне вполне было понятно. Быстрее бы и мать осознала, что так роскошно как раньше мы уже жить не будем.

— С тобой невозможно разговаривать, — раздался рокот отца, а за ним последовал громкий хлопок дверью.

Положил ключи на тумбочку и пошел к себе, лишь бы не пересекаться с раздраконенным отцом. Но не успел ровно пару шагов — меня остановил его оклик:

— Александр! Ты где был? — спросил недовольно отец.

— У Загородневых.

— А где должен был быть? — с нажимом уточнил он.

Я сжал челюсти, без труда поняв намек. Пытаясь зацепиться за новую сферу бизнеса, отец подмазывался к нужным людям. Связей у него было предостаточно, а вот возможностей… В общем, сейчас ему нужны были инвестиции от крупных партнеров, чтобы продвинуться на рынок, а в кризисные времена не так то много знакомых готовы рискнуть. К моему несчастью один все же нашелся. Этим человеком оказался Леонид Поджаров. Мужчина владел сетью ресторанов в нескольких городах, и сейчас осваивал рынок коммерческой недвижимости. Туда же теперь пытается пролезть мой отец.

У Поджарова есть дочка Лена, мы учимся с ней в параллельных потоках, и изредка пересекаемся на совмещенных парах, но толком не общаемся. Было дело, мы как-то зажигали на новогоднем студенческом вечере, но дальше поцелуев у нас не зашло. И сейчас я рад этому до невозможности. Потому что отец, одержимый идеей, что нам обязательно нужно «подружиться», тыкал бы меня носом в это, как котенка в собственное дерьмо, при каждом удобном случае.

— Я уже говорил, что не пойду.

— Что значит «не пойду»? Тебя попросили помочь Лене с английским! Она два часа тебя прождала, а мне пришлось выдумывать небылицы!

— Я уже говорил, что репетитор из меня никакой. Пусть наймут профессионала.

— Леонид просил тебя, намек понимаешь?

— Понимаю, именно поэтому не пойду. Ведь в противном случае тебе точно придется искать нового инвестора для своих гениальных идей.

Я толкнул дверь в свою комнату.

— Александр! Я еще не закончил! — громыхнул отец, останавливая меня.

Я вновь повернулся к отцу и, скрестив руки на груди, ждал, когда он закончит.

— Давай я попробую объяснить по-другому. Всю жизнь я пахал как проклятый, чтобы обеспечить твое будущее и будущее твоей сестры. Подстраивался под обстоятельства, как мог, чтобы чего-то достичь. Ради вас. И никогда не воротил нос, чтобы делать то, что мне не хочется, как делаешь сейчас ты. Может вам со стороны и не понятно до конца, в каком мы положении, но я скажу так — если я не заключу сделку с Поджаровым, мне придется не только этот дом продать, но и себя заодно на органы раздать, чтобы с долгами расплатиться.

— Я все прекрасно понимаю, — выдохнул я. — И если ты не заметил, уже два года сам обеспечиваю и себя и свою сестру. От тебя не прошу ни копейки.

— А я прошу о небольшой услуге! Я ведь не жениться на ней предлагаю. Просто удели девушке внимание, пока я решаю свои вопросы. Все просто.

— Ну да, очень просто. Ладно, я тебя услышал, — буркнул я и ушел в комнату.

— Позвони ей и извинись! — полетело мне вдогонку, а я, оказавшись внутри комнаты, устало уперся лбом в дверь.

Нет у меня сейчас времени на Ленку, мне бы Загороднева вытерпеть. Только отец вряд ли так просто отстанет, надо с этой девчонкой что-то делать. Сел за компьютер и посмотрел расписание зачетной недели. Завтра будем сдаваться Алексеечу, значит, увидимся и поговорим.

В кармане завибрировал телефон. С легким раздражением посмотрел от кого вызов — ну конечно это был Илья. Видимо поймал оставшиеся звезделя от папочки-депутата и решил поделиться со мной впечатлениями.

— Алло.

— Короче, я вляпался, — пробасил Загороднев.

— Я уже это понял.

— Нет, реально. Все гораздо хуже, чем я представлял.

— Да ну? — закатил я глаза. Неужели дошло?

— Не ерничай, Астров! — рыкнул Илья. — С девчонкой, которую я сбил, есть проблема.

— Уверен, твой отец тебя и здесь вытащит, — ответил как можно спокойнее, но внутри все жгло от злости и чувства несправедливости.

— Не все так просто. У нее пропало зрение из-за травмы, нужна операция.

— Твою мать! — перебил я, сжав телефон в руке до хруста.

Этот чертов ублюдок из молодой девчонки инвалида сделал, а вместо элементарного чувства вины и угрызения совести он продолжает переживать за свою позолоченную задницу.

— Да! Отец меня чуть не прибил, когда узнал. Ты же слышал, как он орал! У него выборы на носу, и если об