Овертайм - Ава Хоуп

Отлично. Надеюсь, теперь вы меня понимаете.

Так что, кажется, я и в самом деле спятил, раз хотел затащить в постель девушку, которую впервые вижу.

Матерь Божья, мне нужно выпить. Сейчас же.

Вспоминаю, что Эштон, мой товарищ по хоккейной сборной Канады, звал меня в бар, но я отказался, сославшись на другие планы. Ну, раз уж эти планы благополучно канули в никуда, беру телефон, чтобы сообщить ему об этом.

Я: Ты в баре?

Ответ приходит сразу же:

Эштон Уильямс: Буду через пятнадцать минут.

Я: Встретимся там.

Я основательно подготовился к приходу Эбигейл: принял душ, почистил зубы, закинул в рот пару ментоловых леденцов, надушился туалетной водой, уложил волосы. Так что я практически готов к походу в бар. Осталось только одеться.

Следующие пятнадцать минут я решаю провести там же, где предыдущие полтора часа — на кровати, за просмотром какого-то тупого телешоу. Стрелка на часах двигается со скоростью долбаной морской звезды и невероятно раздражает меня. Наконец, спустя десять минут я подрываюсь с кровати и надеваю темные джинсы и белую футболку, обуваю белые «Найки» и выхожу из номера.

Поднимаюсь в бар и осматриваюсь в поисках Эштона, как вдруг мой взгляд находит роскошную блондинку, отходящую от барной стойки. На ней блестящее золотое платье, едва прикрывающее ее упругую задницу, на которую сложно не обратить внимание с моего ракурса. На ее длинных ногах — черные босоножки на высоком каблуке. А ее волосы идеального золотистого оттенка спадают на плечи локонами.

Понятия не имею, куда направляется Эбигейл, но я следую за ней. Мне, черт возьми, нужны объяснения.

Пройдя через весь зал, она останавливается у окна и подносит коктейль к губам. Подхожу к ней ближе и кладу ладонь на ее задницу.

— Секс на пляже? — задаю с ходу свой вопрос.

Она резко поворачивает голову и таращится на меня своими большими кристально-голубыми глазами.

— Мы в Турине, идиот, за окном девять градусов.

— Я о коктейле в твоих руках, Блонди, — издаю смешок я.

— Гребаный бармен. — Эбигейл поворачивается в сторону барной стойки и шумно вздыхает. — Попросила сделать коктейль на его вкус. Парню повезло, что я совершенно не разбираюсь в коктейлях, иначе бы плеснула этот в его милую мордашку.

— Считаешь его мордашку милой? — Смотрю на бармена, невысокого парня с темными кудрявыми волосами, похожего на Арона Пайпера30, а затем перевожу взгляд на Эбигейл и подхожу к ней еще ближе, становясь вплотную.

— Да, — не отрывая взгляда от бармена, отвечает она, а затем поворачивается ко мне и поднимает на меня свои глаза. Черт, она такая маленькая, что даже на таких высоких каблуках едва достает мне до подбородка. — Почему твоя рука до сих пор на моей заднице?

— Тебе не нравится? — ухмыляюсь я.

— Нет.

— Иногда нет означает да.

— Но мы не в Болгарии31.

— Отлично. Рад, что у тебя нет проблем с географией, — широко улыбаясь, произношу я.

О, Господи, я в восторге от этой игры.

— Знаешь, почему я не убираю твою руку со своей задницы?

— Потому что хочешь меня также сильно, как и я тебя.

Блонди фыркает, а затем неожиданно заявляет:

— Нет, глупый, просто я больна и чертовски заразна. Вот жду, когда болезнь фруктовых летучих мышей теперь настигнет и тебя.

Едва я открываю рот, чтобы задать вопрос «Какого хрена?», как над нами громыхает знакомый голос, опережая меня.

— Какого хрена, Эбс?

Поворачиваю голову и встречаюсь глазами с Эштоном.

Эштон Уильямс — лучший защитник НХЛ. Чувак с широкими плечами, ростом под два метра, эдакий Дуэйн Джонсон32, только с немного кудрявыми волосами. Несмотря на всю его суровую внешность, Эштон добрый парень. Ага, такой добрый, что сейчас, кажется, убьет Эбигейл одним лишь взглядом.

Вот черт, я же понятия не имел, что они вместе!

Пристально смотрю на него и понимаю, что моя ладонь до сих пор находится на ягодице блондинки. Медленно, стараясь не привлекать внимания Эштона, опускаю свою руку и отхожу от Эбигейл на шаг в сторону. Шестеренки в моей голове крутятся с невероятной скоростью. Нужно успеть придумать, как уйти отсюда и остаться в живых. Пытаюсь вспомнить, когда именно он позвал меня в бар… это было до или после встречи с Блонди?

Господи Иисусе!

А вдруг он узнал, что я жду Эбигейл в своем номере, и позвал меня в бар, чтобы подсыпать цианистый калий в стакан виски?

Напомните мне, чтобы я перестал смотреть детективные сериалы!

— Чемпион, рад тебя видеть! — неожиданно заявляет Эштон, хлопая меня по плечу.

Блонди смотрит на него, затем переводит взгляд на меня, а затем снова смотрит на него и вдруг начинает смеяться, обращаясь к Эштону:

— Это и есть обещанный сюрприз?

Уголки губ здоровяка едва заметно ползут вверх, пока я по-прежнему ничего не понимаю. Он подходит к блондинке и чмокает ее в макушку:

— Я подумал, что тебе понравится идея провести свой день рождения с любимым хоккеистом.

— Ты ужасный брат! — Эбигейл тяжело вздыхает и поджимает губы. — Напомни, чтобы я вычеркнула тебя из завещания и отдала все свое состояние какому-нибудь фонду борьбы с импотенцией!

Эштон громко смеется, пока я неподвижно стою, пытаясь переварить полученную информацию.

Брат?!

Итак, судя по всему, Эбигейл — сестра Эштона, что, конечно, кажется чушью, потому что они совершенно не похожи. Наверное, кто-то из них приемный.

Да, я мог бы сложить два и два и понять, что у них одна фамилия, но всем известно, что Уильямс — вторая по популярности фамилия в Канаде. Так что оставьте свои комментарии по поводу моей смышлености при себе.

Странно, что на странице Блонди в википедии нет информации о том, что ее брат играет за хоккейный клуб «Монреаль Пингвинз». И этот болван позвал меня, чтобы познакомить со своей сестрой, у которой сегодня день рождения?

Что ж, я совсем не против хорошенько поздравить ее.

Если вы понимаете, о чем я.

Пф, конечно, понимаете.

— Значит, я твой любимый хоккеист? — ухмыльнувшись, интересуюсь я.

Блонди протягивает мне свой коктейль:

— Можешь подержать? Пожалуйста.

Она действительно сказала мне слово «пожалуйста»? И почему из ее уст оно прозвучало словно ругательство?

Когда я беру из ее рук бокал, Эбигейл начинает что-то искать в сумочке.

— Вот черт. Где же он? Нашла! — Она вытаскивает свой средний палец и демонстрирует его мне.

По моему лицу расползается широкая улыбка.

Блонди берет обратно свой коктейль и сверлит меня взглядом.

— Что ж, не буду вам мешать. — Эштон целует сестру в висок, намереваясь