Проект «Ода» - Илья Воробьев

– Экспроприируем!

В семнадцать-ноль-ноль наша машина плыла по Московскому шоссе. Дворники качались неспешно и ритмично, сгоняя снег. В городе с последнего раза прибавилось высоток. Здания пестрили огнями, дорогу заливал свет фар. Я смотрела на тротуар, пытаясь разглядеть прохожих, но они мелькали слишком быстро. Поэтому я смотрела в зеркало. И я приметила одну чёрную чужую машину, которая в отдалении следовала за нами от самого аэропорта.

– Дорогой?..

– Ага, – кивает Ханебо.

– Петляем? Отправляем стражей? – спрашиваю я, глядя на задние сидения. Там недвижимо лежат наши роботы, белый и чёрный.

– Как-то банально…

Я вскинула брови от удивления и поглядела на него в упор.

А он лишь таинственно улыбнулся.

Мы свернули с шоссе и, проехав ещё километр, припарковались у торгового центра «Заря». Раньше его не было. Высокая круглая башня возвышалась среди высоток, окружённая складскими помещениями и забитой парковкой. Мы направились внутрь, мельком взглянув на наших преследователей. Они припарковались неподалёку и отправились за нами. Обычные люди в обычных цветастых куртках. Вот только собралось их уже на два добрых десятка.

Нам на четвёртый этаж. Вместо лифта Ханебо подошёл к эскалатору и галантным жестом пропустил меня вперёд – он знает, что мне больше нравятся эскалаторы. Я улыбалась, а он ещё счастливее улыбался в ответ. Несмотря на преследование, мы были спокойны и расслаблены. Всё под контролем.

Мне нравится, как одеты местные люди. Под куртками, пуховиками и пальто – удобные футболки и рубашки, джинсы, сапоги и ботинки. Просто, открыто и со вкусом. Видимо, мода на вычурность и открытые щиколотки здесь прошла. Девчонок можно было отличить по причёскам, макияжу и откровенным блузкам. Я никогда не любила ни макияж, ни платки на голову. Платки на женщинах исчезли, а вот макияжа стало только больше.

Практически у каждого я вижу умные часы и летающего дрона – самых популярных сегодня интеллектуальных помощников. Часы при помощи голоса предлагают решения самых надоедливых бытовых задач: что приготовить на ужин, купить в магазине, когда идти в спортзал, как платить налоги, как получить справку, куда обратиться за ремонтом машины, где продаётся одежда нужного бренда и в какой точке дешевле… А дрон – это своего рода летающий «третий глаз», способный снимать фото и видео, распознавать объекты, а также самостоятельно заниматься доставкой всякой ерунды. Всё это – по большей части наши изобретения, то есть нашей корпорации. Они изменили людей. Научили их сосредотачивать внимание и не тратить свои силы на посторонние незначительные вещи. Хорошо ли это – покажет лишь время.

Краем глаза я заметила в отдалении две наши группки – по два инженера и два хакера в каждой. Они тоже были без роботов. Как и мы, они знали, что делают. Я мельком глянула в телефон. На экране – изображение с камер в глазах стражей. «Наша» машина никому не приглянулась.

Ханебо взял меня за руку и повёл в местный ресторан. Здесь очень ярко от света десятков люстр, за столами сидят джентльмены и дамы в дорогих костюмах, официанты ходят в безупречных фраках. Простаки вроде нас обычно садятся в углах. Мы же, напротив, сели ближе к выходу, прямо у стеклянной перегородки, за которой открывался весь четвёртый этаж.

– Что будете заказывать? – спрашивает официант с ноткой брезгливости. – Кофе и круассан? Чай с мелиссой и пирожок с картошкой?

– Два супа из лобстера, креветки в томатном соусе и две пасты карбонара, – говорит Ханебо, достаёт из кармана купюру, утирает ею лоб и сминает. Якобы случайно. – А ещё зелёный чай на двоих и какое-нибудь мороженое.

Официант кланяется и уходит с приподнятыми бровями.

– Делай как я, – говорит Ханебо, быстро надевает две перчатки на правую руку, и я повторяю за ним. Его пальцы двигаются легко и играючи, а я стараюсь скопировать все его движения.

Играет лёгкая музыка. Джаз. Лиричные песни.

Через десять минут официант принёс наш заказ. Ханебо взялся за приборы, особым образом держа пальцами нож. Я делала всё так же.

– Мадмуазель, не изволите рассказать о себе? – улыбается Ханебо.

Меня распирает смех, но я держусь.

– Прошу меня простить, но я слишком таинственна, чтобы рассказывать о себе каждому знакомому.

Ханебо поперхнулся смешком.

– Как же мне тогда покорить ваше сердце?

– Расскажите о себе.

Ханебо протягивает мне руку, играя пальцами. Я кладу свою ладонь на его.

– Прошу меня простить, но я слишком горделив.

Он легко касается пальцами моей ладони, и я делаю то же самое. Он выворачивает свою кисть, и я повторяю. Мы прикасаемся палец к пальцу. Зал заливает скрипка. За стеклом падают наши преследователи. Стражи душат их до потери сознания. А на том конце этажа ещё трое бегут в ужасе от роботов наших инженеров.

– Вы не смеете открывать мне своё сердце, – говорит Ханебо. – Но вы слишком прекрасны, чтобы я вас мог забыть.

– Я не смею изливать вам свои чувства, – отвечаю я. – Но вы слишком умны, чтобы я вас могла отпустить.

– Вы подобны паучихе, расплетающей клейкие сети.

– А вы подобны лиане – оплетаете всё, до чего можете дотянуться.

Ханебо играет своими пальцами между моими. И я повторяю за ним.

Роботы выворачивают врагам руки, осколки зубов летят во все стороны.

На этаже люди разбегаются с криками, но в ресторане это не слышат. Слишком громкая музыка. И люди слишком увлечены друг другом.

– Позвольте пригласить вас на танец, – улыбается Ханебо и протягивает вторую руку.

– С удовольствием, – смеюсь я.

Держась левыми руками и играя правыми, мы выходим в центр зала, где уже танцуют десятки весёлых людей. Музыка заводная и дерзкая – скрипки, трубы, хлопки. Испанские мотивы.

Мы танцуем танго. Ханебо держит меня, владеет мной. Я кружусь и делаю резкие па. Его лицо страстно и напряжено. Я вырываюсь и отбегаю, кружась и наслаждаясь свободой. Он догоняет и хватает мою руку, прижимает к себе. Мы держимся, как в медленном танце, и вытанцовываем. Его правая рука играет на моей талии. Моя правая рука играет его ладонью. Роботы отбивают удары ножей и мачете. Мы танцуем, кружимся и ходим. Роботы разбрасывают врагов стальными кулаками.

Ханебо, улыбаясь, отходит и берёт мою ладонь. Его пальцы двигают мои, а мы кружимся и кружимся. Наши стражи хватаются за руки и начинают кружить среди преследователей, огревая их локтями и танцуя вместе с нами танго.

Последние аккорды – Ханебо закручивает, ловит падающую меня и целует.

Финал.

Люди аплодируют и расходятся к столам, – а я горю. Я не знаю, что сказать, что сделать. Я смотрю на чёрную водолазку Ханебо, но хочу взглянуть