Эйя - Мирослава Мэй

Во вторую встречу он подал ей уже две золотые монеты. Каждый день он увеличивал подать на одну монету и все ждал, когда же девчонка перестанет попрошайничать, ведь на ту внушительную сумму золота, которую он тайком перетаскал для нее из отцовской казны, она могла бы скромно жить в добротном домике с кучей прислуги, где-нибудь в самом центре Санры, обеспечивая всем необходимым всю свою семью минимум полвека. И уж тем более не выпрашивать сейчас жалкие гроши у сердобольных горожан на кусок хлеба! Почти месяц юноша неизменно встречал девчонку около ступеней того же грязного, обшарканного порога, у которого увидел ее впервые. Она, как верный пёсь, не пропустила ни одного дня. В конце концов, Данте не выдержал и прямо спросил у нищенки, почему она продолжает попрошайничать, ведь он обеспечил ей сытую жизнь на годы вперед? Ее ответ обескуражил юношу. Она ответила, что часть денег отдает хозяину забегаловки за кусок хлеба и миску супа из стеблей аниса для себя и своей больной матери. Оставшиеся же монеты раздает таким же нищим детям, как и она, позволив прожить еще один день и не умереть от голода.

– Но почему? – Искренне недоумевал Данте. – Я подарил тебе возможность прожить эту жизнь, не задумываясь о том, что ты будешь есть завтра. Я не понимаю причин твоего поступка!

Пристально посмотрев на принца своими зелеными глазами, девочка тихо ответила:

– Так велит мне сердце.

У него тоже было сердце, и оно прекрасно поняло, о чем хотела сказать ему эта маленькая побирушка. Каждый день она спасала десятки жизней, а он – принц, не мог спасти даже свою. Боль от этого осознания теперь постоянно ноюще саднила в груди. Больше Данталиан никогда не приходил к порогу той харчевни.

Два брата молча бродили по ночным лабиринтам Санры и каждый думал о своем. Первым прервал тягостное молчание Данталиан.

– Ответь мне Гал, будь ты первым по старшинству, то послушал бы отца с матерью? Связал бы свою душу с девушкой, которую для тебя выбрали? Принял ее дар, если бы твое сердце велело тебе поступить иначе?

Вопрос озадачил Галариана всего на секунду.

– Мой долг связать себя с дочерью одной из подходящих мне по статусу домов королевства, Данте. Как и твой. Это предрешенная судьба. Мы не вправе ее изменить.

– Разве, брат? Кто решил, что я не могу выбирать по велению сердца?

– Ты переживаешь, что у леди Фрейи редкие волосы и косые глаза? – Попытался пошутить Галариан. – Я мельком видел ее две зимы назад, будучи на охоте вместе с отцом в провинции Глия. Премиленькая особа, скажу я тебе. Она…

Юноша уже было открыл рот, чтобы расписать прелести леди Фрейи во всей красе, но хмурый взгляд брата заставил замолчать его на полуслове.

– Она никогда не будет со мной счастлива. Все, что я могу для нее сделать – это через пару лет оставить вдовой.

– Не говори так! Вдруг мама окажется права, Данте? Вдруг в праздник Возрождения жизни Сайя благословит и тебя?

– Я не верю в эту чепуху.

– Ты богохульствуешь?!

– Нет. Но я уверен, что ни одна девушка не сможет сделать для меня то, что задумала мать. И ты тоже об этом знаешь, – тихо прошептал Данте.

Галу нечего было на это возразить. Он и сам с трудом верил матери.

Спустя некоторое время, Данте снова спросил его:

– Что ты слышал о Запретных землях, Гал?

– Я знаю не больше твоего, – хмыкнул юноша. – А почему ты спрашиваешь?

Галариан ухватил брата за плечо и медленно развернул к себе.

– Ты думал о том, о чем думаю сейчас я?!

– Ты читаешь меня, как раскрытую книгу, – улыбнулся Данте.

– Нет!.. – тихо воскликнул Гал.

– Да… – также тихо не согласился с ним тот.

– Ты не в себе! Там доживают свои последние зимы дуаги, нарушившие Священный закон Шайях. Они прокляты и наказаны за связь с аннерийцами и не смеют возвращаться в родные земли. Никто не рискнет даже заговорить с ними!

– Но, может быть, кто-то из них знает, как мне помочь? Они обменивались душами…

– Да ты просто свихнулся, брат! – Неверящим голосом перебил второй принц. – Начитался сказок перед сном? Здесь никто уже достоверно не помнит, что они в действительности делали со своими душами. Может и вовсе ничего.

Данте понизил голос до шепота.

– В библиотеке магистра Ангра я нашел весьма занимательный манускрипт. В нем было написано, что с только с аннерийской душой дуага составляет гармоничное целое…

– Все, хватит! То, о чем ты говоришь – безумие! Я не могу это больше слышать! Прошу тебя, одумайся. Мы привыкли к твоим выходкам. Отец с матерью спускают тебе с рук почти все, но это уже слишком!