Узы вечности - Екатерина Владимировна Флат

В глазах Руслана мелькнуло изумление, словно он тоже почувствовал что-то странное. Но ничего по этому поводу не сказал, лишь насмешливо пояснил:

— Мне так спокойней. Пока держу тебя за руку, ты под контролем. Так что хоть на это время я уверен, что не придется вытаскивать тебя из очередной ямы.

— А как ты меня нашел, кстати? — я невольно улыбнулась.

— Элементарно. Кто еще в Гай-Кодзоре мог настолько фальшиво петь? — демонстративно ужаснулся он. — Хотя сначала я думал, что это какому-то арцефалу лапу придавило. Даже хотел милосердно добить, чтобы он не мучился сам и не мучил других этим предсмертным воем.

— Полянский! — возмутилась я, пытаясь забрать свою руку.

— Да-да, Лагинова, молодец, что запомнила мою фамилию, — парировал он, не разжимая пальцев и немилосердно таща меня за собой через бурелом.

— Зуб даю, если выберемся, я тебе выскажу все, что думаю. Чем-нибудь очень тяжелым, — обиженно сопела я, едва за ним успевая.

— Все, что захочешь, Карина, — мило улыбаясь, Руслан обернулся ко мне, — но сначала ты выполнишь свою часть договора.

Я тут же почувствовала, что краснею. Предпочла молчать весь остаток пути.

Мы шли всю ночь, и лишь когда уже занимался рассвет, остановились на вершине холма. В полумраке толком нельзя было оглядеться, но вроде бы вокруг во все стороны простирался лес без каких-либо ориентиров. Лишь на западе обрисовывался горный кряж. Очень хотелось верить, что это тот самый, отделяющий пустыню, где и расположен Храм Огня. Но пока я смотрела исключительно на небо.

— Ну что, звездочет ты наш, долго еще? — Руслан зевнул.

— Не успели, нужных звезд уже не видно, — с досадой пробормотала я. — Нужно ждать ночи, и тогда уже найдем ориентир, как идти к Храму Огня. Я знаю, как именно определить направление.

— Рад за тебя. Прямо горжусь, — Руслан даже похлопал меня по плечу. — Но еще больше буду рад, когда высплюсь. Тем более здесь в дневное время как раз спать безопасней. Хоть арцефалы при солнечном свете не рыскают в поисках добычи.

— Зато ирбейцы не спят. Никогда, — мрачно добавила я. — И найдут нас в любое время дня и ночи.

— Карин, защитный круг никто не отменял, — снисходительно напомнил мне Руслан.

— И что? Сидеть внутри круга всю жизнь? — скептически поинтересовалась я.

— Я же тебе не прямо здесь ночевать предлагаю.

— А прямо где?

— У основания холма я видел вход в пещеру, — деловито пояснил Руслан. — Пойдем, пока окончательно не рассвело, — он первым направился по склону вниз, я поспешила следом.

Упомянутая пещера оказалась заброшенной берлогой неизвестного зверя. Круглая, небольшая, метров двух в диаметре.

— А если хозяин вернется? — опасливо поинтересовалась я, раскладывая на покрытом мхом земляном полу нарванные мною мягкие ветки. В воздухе роились крохотные огненные сполохи, разгоняя темноту.

— Не вернется, — уверенно ответил Руслан, загораживая вход выдранным в лесу густым кустом.

Пока он чертил талисманом по периметру защитный круг, я хмуро поинтересовалась:

— А как мы тут вдвоем поместимся?

Вместо ответа Руслан растянулся на ветках, насколько позволяли это сделать размеры берлоги. Насмешливо из-под прикрытых глаз наблюдал за сидящей на коленках мной.

— Я тебе не доверяю, Полянский, — мрачно добавила я.

— Поздно спохватилась, Лагинова, — он зевнул, — ты мне должна.

Я даже покраснела.

— Да не трону я тебя, не бойся, — он снисходительно на меня смотрел, но коварно добавил, — пока не трону. Во-первых, потому что просто спать хочу. Ну а во-вторых, тебя сначала надо в нормальный вид привести, а то так ты меня не впечатляешь вообще.

— Знаешь что… — гневно начала я. Но он не дал мне договорить, буквально сгреб в охапку и не отпускал. А я чуть не плакала. Слишком много скопилось эмоций, жаждущих выхода: отчаянный страх за родных мне людей, безмерное чувство вины и все та же неведомая выматывающая тоска, преследующая меня с того момента, как я потеряла память… И на фоне всего этого странное нелогичное умиротворение, даже на грани робкого счастья… Просто от того, что Руслан рядом…

— Карин, ну что ты? — успокаивающе прошептал он, по-прежнему не отпуская меня из объятий. — Я же несерьезно, я не хотел тебя обидеть.

А я все-таки не выдержала, разревелась. Уткнулась ему в рубашку и не могла остановиться. Руслан молча обнимал меня и гладил по волосам. Не насмехался, не укорял, что раскисла, а просто терпеливо ждал, пока моя непонятная истерика сойдет на нет.

И ведь вправду я потихоньку уже успокаивалась. Странно так… Страх и отчаяние душили нещадно. Но в объятиях Руслана было так тепло и умиротворенно…

Я подняла голову, очень хотелось увидеть на лице Руслана хоть какие-то эмоции. Вот только я сама не понимала, чего же именно я с такой надеждой ждала. Его дымчато-синие глаза смотрели на меня пристально и серьезно. Даже изучающе. Словно и сам Руслан сейчас пытался найти ответы на какие-то свои вопросы.

— Мне очень страшно… — признание вырвалось у меня само собой.

— Карин, я ведь с тобой. А я рыженьких вредин в беде никогда не бросаю, — он улыбнулся. Без тени насмешливости, даже ласково. И от одной его улыбки страх отступил. Каким бы Руслан ни был, но ведь он и вправду всегда поможет и защитит, почему-то я ни мгновения в этом не сомневалась.

— Руслан, и все же, что с тобой? — я не сводила с него внимательного взгляда. — Когда я пришла к тебе в твой мир, ты был настолько мрачный и злой, что едва меня не выгнал. А теперь, когда мы в такой ужасной ситуации, у тебя явно замечательное настроение.

— Спи уже давай и не взрывай мне мозг, — лениво отмахнулся он, не жаждал откровенничать.

— Полянский, ты невыносим, — я зевнула, устраиваясь в его объятиях поудобнее.

— Взаимно, Лагинова, взаимно, — сонно отозвался Руслан, обнимая меня крепче.

Как же все-таки странно… Я поймала себя на том, что непроизвольно улыбаюсь. Но с чего вдруг? Только сонливость не способствовала дотошным размышлениям. Уже засыпая я думала лишь о том, насколько же это все-таки приятно и даже волшебно — теплые надежные объятия того, с кем рядом совсем не страшно. Того, кто… Мысль оборвалась, сон все-таки победил.

ГЛАВА ТРЕТЬЯ,

В КОТОРОЙ СТРАННЫЙ РИТУАЛ ПОРОЖДАЕТ МНОЖЕСТВО ВОПРОСОВ

Когда я проснулась, Руслана рядом не было. Сонно потянувшись и