Огнеслава - Марина Гамаюн

— А что сказал княжич Аскольд?

— Когда наш подлог вскрылся, княжич разозлился. Отец предложил им дары, чтобы загладить вину. Он не ожидал, что потребуют ларец Огневицы. Попытка отказать ещё больше разозлила их. Княжич уехал в гневе. Вот так всё обернулось, придется тебе отправляться в Зеяжск одной. Свадьба будет там и нас, как позднее сообщили, на ней видеть не хотят, — смахнув слезу, проговорила княгиня.

Мать поискала что-то в сумочке, что была одета на ее поясе, и обернулась к Огнеславе. Она протянула дочке кольцо.

— На вот, надень. Теперь ты невеста, — тихо прошептала она.

Княгиня заплакала и Огнеслава, обняв мать, тоже залилась слезами. Княжич — видный жених, но из-за обмана родителей он может её возненавидеть. Как она будет жить, одна одинешенька, в чужом государстве, в чужом доме и никого из родных не будет рядом. Это лишь малая часть мрачных мыслей, что гнездились сейчас в красивой головушке Огнеславы. Они с матерью проплакали почти весь вечер, а после княгиня отправилась домой, собирать дочь в дорогу. Огнеслава же уговорила мать, что явится завтра утром, а эту ночь проведет с сестрой здесь. Ей не хотелось сейчас ехать в дом, где все будут её жалеть, хотелось побыть одной и самой пережить это неожиданно свалившееся горе. Горе или радость, попробуй, разбери…

Когда мать ушла, Огнеслава еще долго сидела одна, прежде чем в дверь тихонечко постучали.

— Войди — отозвалась княжна.

В комнату проскользнула Зоряница.

— Ты как? — поинтересовалась сестра.

— Лучше не спрашивать, — ответила Огнеслава и продемонстрировала колечко на своей руке — Видишь, всё решилось само, теперь я невеста Аскольда. Если по чести ответить, мне ужасно страшно. Это постыдно да?

— Нет. Люди всегда боятся того, о чем не ведают, — пожала плечами Зоряница.

— Скажи, а эта гадалка, о которой ты говорила, она здесь?

— Её отвезли домой. Я думала ты уедешь с матерью.

— Далеко она живет? — подняв на Зоряницу горящий взгляд, поинтересовалась Огнеслава.

— Да не так уж и далеко, если верхом, только ночь на дворе…

— Поедем! — взяв сестру за руку, пылко произнесла княжна. — Поедем к ней сами, прошу.

— Огнеслава, как ты это себе представляешь? — удивилась Зоряница.

— Давай что-то придумаем. Давай тайком, — умоляла Огнеслава. — Хоть малость о грядущем узнать, хоть что-то да расскажет…

— Ладно. Жди здесь. Я постараюсь устроить, — сказала Зоряница и вышла за дверь.

Она вернулась спустя почти час, но с довольным лицом. Подав Огнеславе в руки длинный плотный плащ, просияла довольной улыбкой.

— Я все сделала. Едем, — заговорщицки сообщила она.

— Ты самая лучшая! Благодарю! — воодушевилась княжна, облачаясь в неприметные одежды.

В дверном проеме показалось круглое личико всё той же челядинки.

— Никого? — кивнула ей Зоряница.

— Да. Можно идти, — прошептала в ответ девчушка.

Сестры покинули светлицу и темными коридорами, да переходами добрались до конюшни. Молодой парнишка-конюх воровато озираясь вывел им подседланных лошадей. Обе девицы отлично ездили верхом, поэтому тут же оказались в седлах. Вдруг со стороны амбаров раздалось мерное постукивание подков еще двух лошадей, княжна испуганно обернулась.

— Успокойся, это с нами, — пояснила Зоряница. — Люди брата будут нас сопровождать.

— Им можно доверять? — шепотом спросила Огнеслава, поглядывая на хмурых молчаливых мужиков.

— Этим можно, — подмигнула сестрица — Я и письмо выпросила, чтобы нас на заставе не задержали. За братиком должок, вот и расстарался. Только он не знает, что со мной ты, а не прислуга поехала, поэтому помалкивай.

Спустя некоторое время, четыре всадника, выехав из города, уже мчались по пыльной дороге, освещаемые полной луной. Синяя ночь окутывала тишиной округу. Проехали засыпающую деревню, где в приземистых окнах тускло мерцал свет от лучин. Несколько дворовых псов возвестили о всадниках, но никто не вышел на их зов. Деревенские ложились рано, в ночи лишний раз за околицу не ходили. Опасно.

Вот и маленькая избушка на самой окраине деревни. Зоряница дала знак охране ожидать у забора, а сама спешилась и привязала лошадь. Огнеслава последовала её примеру. Мимо пролетела сова. Княжна охнула, отскочив. Зоряница приложила палец к губам, призывая молчать. Сестры поднялись на крылечко. Постучали. Дверь отворилась.

— Входите, — услышали они голос старой ведьмы.

Следом за Зоряницей Огнеслава робко переступила порог. Старуха сидела на лавке, поглаживая лежавшего на коленях черного кота.

— Здравствуй, бабушка. Уж прости, что беспокоим тебя сегодня. Мы пришли… — начала говорить Зоряница.

— Знаю я зачем вы пришли, — проворчала старуха. — Точнее она пришла, а ты подожди за дверью.

Зоряница глянула на Огнеславу, та кивнула. Сестра вышла вон. Княжна осталась одна.

— Ну, говори, княгиня, так не терпится будущее знать, что тайком ночью в лес сбежала? — спросила старуха.

— Я ещё не княгиня, — оробела Огнеслава.

— Вскорости будешь, какая разница, — буркнула ведьма. — Зачем тебе знать будущее?

— Чтобы сердце успокоить? — ответила девица.

— Успокоить? А почему ты думаешь, что успокоишь его? — засмеялась старуха и в её глазах сверкнули устрашающие зеленые искорки — Знание будущего скорее омрачает жизнь, чем приносит спокойствие. Живи тем, что у тебя есть.

— Не могу я. Боюсь, что стану причиной большой беды, — простонала Огнеслава.

— Станешь. И что? Это судьба, деточка, — усмехнулась ведьма.

— Но как, как мне спасти себя и других? — дрожащим голосом спросила княжна.

— Глупое дитя, кого ты собралась спасать? Ты сначала определись, кого спасать будешь, потом вопросы задавай, — отмахнулась от нее ведьма.

— Ты не хочешь отвечать мне?

— Чтобы получить ответы, научись задавать вопросы, — прошипела старуха.

— Хорошо. Как сложится моя жизнь с Аскольдом? — взяв себя в руки, уверенно произнесла Огнеслава.

— Никак. С Аскольдом ты жить не будешь, — зевнула ведьма — Я думала, тебя что другое интересует. А ты как все девицы!

— Никак? Но я ведь должна выйти за него замуж.

— И выйдешь. Но настоящим мужем тебе он так и не станет, — скривилась ведьма. — Предашь ты его и погубишь в итоге! Может, у тебя есть действительно важный вопрос?

— Какой?

— Ну я не знаю, вопросы ты должна задавать, — весело оскалилась бабка. — Говори, чем томишься.

Огнеслава стояла посреди избы, судорожно пытаясь сформулировать свои страхи, но молодой княжич никак не шел у нее из головы.

— Деточка, мне надоело ждать. Спрашивай или уходи, — вывела её из оцепенения ведьма.

— Будет ли в моей жизни любовь? — Огнеслава хотела спросить что-то про ларец и проклятье, но вылетело из уст то, что было на уме.

— Будет. И из-за нее, из-за любви, будут все твои терзания и страдания.

— Как это?

— Станешь ты причиной большой беды, много жизней погубишь.

— Я