Врагу не пожелаешь - Надежда Швец

Дитмар, возможно, мертв.

Косвенно, из-за меня. Из-за того, что отказался отдать свою невесту, решил сражаться, заведомо предвидя поражение. Он знал, что вряд ли сможет противостоять Лютову. Я поняла это в тот момент, когда любимый подошел ко мне перед боем, мазнул ласковым поцелуем похолодевшие пальцы и бросил последний взгляд. Глаза его были потухшие, как у мертвеца.

Он прощался.

Под мощным потоком воды было хорошо, как в коконе. Можно было даже представить, что здесь меня не найдет ни один Лютов. Будто я сбежала и спряталась по ту сторону водопада.

Я ожесточенно терла тело грубой мочалкой, да так, что кожа покраснела. Остановилась лишь когда почувствовала сильное жжение, судорожно всхлипнула, роняя скупые слезинки.

Никакой душ не поможет мне смыть с себя грязь.

Дверца душевой кабины резко отодвинулась в сторону, и в приоткрывшееся пространство нагло везла рожа Лютова.

— Что с тобой? — грубовато рявкнул он.

4 часть

Зажав рот ладонью, я глупо глядела на треклятого супруга, выпучив глаза.

Сволочь! И здесь влез! Вот куда, куда от него спрятаться? Нежели он не понимает, что своим появлением делает только хуже?

— Ну?

Мои плечи затряслись крупной дрожью, а из груди вырвался жалобный всхлип.

Прикусив губы, я попыталась взять себя в руки, не показать гребанному Святу свою слабость.

Но стоило украдкой бросить на него взгляд, заприметив нахмуренные брови и грозный вид, как лавину моего терпения прорвало.

Я уже не могла себя контролировать и залилась в уродливом, диком плаче.

— Блядь! Алиса, какого хуя?!

Плечом Лютов оттолкнул дверцу, открывая себе проход и ступил внутрь кабины.

Забившись в угол, я затряслась еще сильнее, попыталась оттолкнуть его руки со своих плеч. Безуспешно.

— Отойди! — с трудом выдохнула, сглатывая вязкую слюну. Дико мутило от его присутствия.

Тошнота подступила к самому горлу, я опрометью выскользнула из душа, сбивая по пути Свята, кинулась к унитазу.

Сзади послышались ругательства, после чего треклятый муж подошел поближе, собрал мои волосы в кулак.

Замечательное начало совместной жизни!

Пока меня выворачивало наизнанку, Свят смиренно ждал.

Очень хотелось верить, что после увиденной картины я стану ему до колик отвратительна. Тогда можно попытаться вновь уговорить его, чтобы отпустил.

Когда все закончилось, меня нагло затолкнули в душ и насильно вымыли до скрипа. Я даже не сопротивлялась, сил совсем не было.

— Завтра отвезу тебя к врачу, — промолвил Лютов, бережно укладывая меня на кровать.

— Лучше избавь меня от своего общества, — слабо огрызнулась я, прикрыв глаза.

— Только в твоих мечтах.

Ответить я уже не успела — уснула. За прошедший месяц у меня было столько стресса, что здоровье оставляло желать лучшего.

***

Пробуждение было не из приятных — тело ломило, а голова раскалывалась. Состояние было такое, словно меня несколько раз прокрутили в стиральной машинке.

И я не сомневаюсь, что виноват в этом гадкий Лютов!

С трудом поднявшись, я подкралась к двери, приоткрыла.

Свят, развалившись в кресле и прикуривая сигарету, разговаривал по телефону.

— … нормально с ним… давай без воплей, сам виноват в этом, мы договаривались о другой цене… я тебе говорю, что жив! О, — заметил он мое присутствие, — иди сюда, поворкуй с папашей.

Я метнулась к мужу, судорожно выхватила телефон и прижала к уху.

С семьей я не общалась весь месяц, когда у меня изъяли все средства связи. Сглатывая слезы, просипела в трубку:

— Алло, пап.

— Лисава? — гаркнул отец. — Куда ушел этот ублюдок?!

«Ублюдок» растянул губы в кривой усмешке, не скрывая, что слышит каждое слово.

— Пап…

— Лиса, где Милош?! — заорал отец. — Что твой блядский муженек сделал с моим сыном? Где он?! Скажи, блядь, Лиса, где мой сын? Если Свят хоть что-то сделал Милошу, то я вырежу нахуй всю семейку Лютовых!

Я опасливо откинула телефон на диван, будто ядовитую змею держала. Отец продолжал изрыгать угрозы и ругательства, когда Свят поднял мобильный и сбросил вызов.

— Милый у тебя папаша, — ехидно заметил он.

Я тяжело сглотнула.

— Ты убил Милоша?

— А ты переживаешь за братца?

Не сказать, что брат волновал меня хоть немного, но сама ситуация вызывала опасения.

— Ты убил его, — уже уверенно заявила.

Свят недовольно поморщился, с преувеличенным интересом уставился на свои руки, похрустел пальцами.

— Ты очень хреново обо мне думаешь, Лис.

— Ты уже убил одного моего брата. Что я могу думать о тебе?

Лютов хищно оскалился, скользнул взглядом по моему лицу.

— О Ратмире ты долго горевала?

Я промолчала, пряча глаза. В мои планы не входило раскрывать действительное положение дел внутри семьи.

Свят поднялся с дивана, шумно выдохнул и, прошелся по комнате.

Обхватив руками плечи, я зябко поежилась и кинула на него опасливый взгляд.

— Что с Милошем?

— Да ничего, блядь. Жив, я чуток задницу ему надрал и отпустил. Хотя, Лис, такой мешок дерьма заслуживает больших пыток.

С характеристикой Милоша я была абсолютно согласна, но причин конфликта не знала совершенно.

— Что он сделал?

Вряд ли Лютов посвятит меня в детали, но попробовать стоило.

— Охренел.

Свят хохотнул.

— Самое смешное, — развеселился он, — что твой братец решил подгадить Лисогорскому. Можно сказать, что я даже спас задницу Милоша.

Я встрепенулась, нетерпеливо вскликнула:

— О чем ты? Милошу нечего делить с Лисогорским. Брат излишне самонадеян, но не глуп.

— Я бы тоже не поверил, что этот кретин решил на рыжего скалиться, но вот… Милош его бабу похитил, убить вроде собирался. Ее я и привез, кстати.

— Леду? Моя сестра здесь?

Лютов одарил меня лукавой улыбкой.

— Твоя сестра — Лисогорскому жена. А я привез его девку.

Я задохнулась от возмущения, пораженно глядя на мужа.

Желудок вновь скрутило, пришлось сделать глубокий вдох, чтобы подавить тошнотворные позывы.

Отвратительно. Лисогорский женился на моей сестре менее полугода назад, а уже таскается с непонятными шлюхами. Леда далеко не ангел. Честно говоря, она та еще дрянь. Но чисто по-женски сестру было жаль.

Очень надеюсь, что Лисогорский лишь держит на стороне любовницу, а не собрался тащить в дом и назвать младшей женой, как сделал наш папаша.

Страх быть не единственной женой преследовал всех дочерей моего отца, я была в этом уверена. Постоянные склоки и козни, царящие в доме, не способствовали благоприятному впечатлению от многоженства.

— Значит, — робко подала голос, — это шлюха Велимира, а не твоя?

Свят выглядел довольным, как сытый кот. Еще бы! Я такую истерию устроила, высказывая ему за месяц в чужой постели. И даже не потрудился уведомить о том, что девка к нему отношения не имеет!

— Да.