Путь на восток - Соло

— Уэнсдэй Аддамс, — я так давно не произносила вслух собственное имя, что привычное сочетание букв кажется чертовски странным.

— Ну точно! — он хлопает ладонью по лбу, и его лицо вдруг проясняется. — Ты же та известная писательница! Моя жена обожала твои книги, даже затащила меня на презентацию одной из последних.

Я не утруждаю себя ответом на эмоциональную речь — и не только потому, что не испытываю желания с ним разговаривать. Просто я стараюсь не вспоминать о прежней жизни, навсегда оставшейся в прошлом.

Всё это безвозвратно кануло в Лету.

Словно я никогда не писала книги, раз за разом взрывавшие топы среди бестселлеров, и никогда не жила в блаженном уединении в шикарном доме на верхнем Ист-Сайде. Тройная порция эспрессо по утрам, просторная гардеробная с обилием дизайнерской одежды в чёрно-белых тонах, антикварная печатная машинка, огромная ванна, в которой было так приятно лежать после напряжённого трудового дня — все эти незначительные мелочи, важность которых я оценила только сейчас, никогда уже не вернуть.

Отныне весь мой мир — тяжёлый автомат МР5 за спиной, наглухо тонированный чёрный джип с металлическим усилителем бампера, на который я собственноручно приварила острые шипы, и лохматая дворняга по кличке Вещь.

И так будет до самой смерти.

Нет смысла предаваться ностальгическим воспоминаниям об утерянном.

— Что случилось с твоей женой? — зачем-то спрашиваю я, хоть мне это и неинтересно.

— Самоубийство, — Тайлер тяжело вздыхает, понуро опустив взгляд на собственные пыльные кроссовки. — У нас с Лорел была дочь… Всего четыре года. Я успел спасти только жену. Но она… не смогла справиться. Застрелилась спустя неделю.

— Ясно, — равнодушно киваю, не считая нужным выражать бессмысленные соболезнования. Какой в этом толк? Мы все кого-то потеряли в этой безумной вакханалии.

Негромкий хлопок входной двери прекращает наш натянутый диалог — на пороге дома появляется темнокожая девица с небольшим белым пакетом в руках. Кажется, её зовут Бьянка. Ума не приложу, зачем мне эта информация, но в голове почему-то отложилось.

Она внимательно оглядывается по сторонам — типичная реакция в нашем мире, твари могут появиться отовсюду в любой момент — а затем быстро спускается по ступенькам и направляется к нам.

Я уже протягиваю руку к драгоценным медикаментам, но Бьянка подозрительно прищуривается и проворно прячет пакет за спину. Вполне разумный поступок — похоже, она не совсем идиотка, в отличие от всех прочих.

— Сначала оружие, — деловито заявляет девица, сохраняя безопасную дистанцию.

— Уговор дороже денег, — вворачивает Тайлер с наигранно небрежной усмешкой.

Не удостоив их ответом, я молча обхожу джип и открываю багажник, демонстрируя собственный внушительный арсенал. Две антикварных винтовки Бердана, четыре пистолета модели Беретта 92, один автомат Калашникова, один крупнокалиберный пулемёт Браунинг М2 и моя особенная гордость — ручной противотанковый гранатомёт, на который я смогла отыскать только один снаряд. Парочка Кольтов без патронов и набор клинков разной длины.

— Ого… Обалдеть, — кудрявый миротворец восхищённо присвистывает и тянется к Браунингу, но я грубо отталкиваю его руку.

— Выбирайте что-нибудь одно, — заявляю я безапелляционным тоном. — Кроме базуки.

— Где ты всё это достала? — в голосе Бьянки слышится нечто похожее на уважение. — Мы нашли военную базу в пятнадцати километрах отсюда, но успели разжиться только автоматом, пока не набежали мертвяки.

Ну разумеется.

Вы ведь непроходимые кретины.

Но свои мысли я предпочитаю оставить при себе — как ни крути, а сделка важна не только им. Возможность обзавестись медикаментами слишком привлекательна, чтобы так легко всё испоганить.

— Советую взять автомат Калашникова, — предлагаю я, смерив их обоих бесстрастным прохладным взглядом. — На него есть четыре обоймы. Можете забрать все.

— Идёт, — с готовностью соглашается Тайлер и извлекает из багажника выбранное оружие и патроны.

Вещь, сидящий на заднем сиденье, расценивает его действия как наглое вторжение на охраняемую территорию — и издаёт угрожающий глухой рык. Но кудрявый миротворец и бровью не ведёт, ничем не выказывая страха перед ощетинившимся огромным псом. Бьянка же, напротив, испуганно отшатывается назад, торопливо бросив в багажник белый пакет, из которого выпадает несколько коробок с лекарствами.

— Классная собака, Аддамс, — одобрительно кивает Тайлер, внимательно осматривая полученный автомат.

Я захлопываю багажник и решительно направляюсь к водительской двери — прощаться со случайными знакомыми нет смысла. Я продолжу своё бесцельное странствие, а они останутся здесь — будут выращивать овощи на собственном дерьме и лелеять бесплодные надежды на лучшую жизнь, пока на захолустное ранчо не нагрянут кровожадные полумёртвые твари и не прикончат всю их компанию скудоумных идиотов.

Я уже поворачиваю ключ в зажигании, как вдруг со стороны дома доносится звук открываемой двери, а затем — взволнованный звонкий голос беременной блондинки.

— Эй, подожди! — кричит она и почти бегом мчится к моей машине. — Не уезжай!

— Ниди, не надо! — следом за девчонкой выскакивает её благоверный в идиотской шапке и пытается поймать её за руку, но та с неожиданной ловкостью уворачивается.

— Останься хотя бы переночевать! — Энид подскакивает к джипу и принимается настойчиво барабанить кулаком в боковое окно.

Закатив глаза от неуклонно нарастающего раздражения, я нехотя опускаю стекло — и блондинка мгновенно просовывает руку в салон, вцепившись в моё запястье мёртвой хваткой.

Я впиваюсь в неё самым уничижительным взглядом, на который только способна, но бестолковая девчонка словно вовсе не замечает моего недовольства. Похоже, гормональный всплеск благополучно отшиб ей последние мозги.

— Не уезжай, — почти умоляюще повторяет она, изогнув брови домиком и взирая на меня своими небесно-голубыми глазами. — У нас есть еда и даже душ… Правда, вода холодная, но это лучше, чем ничего. И мы найдём для тебя спальное место.

— Ниди, перестань, — Аякс или как там его безуспешно пытается урезонить буйную благоверную и оттащить её от машины, но она не поддаётся. — Детка, у нас самих мало продуктов, мы не можем делиться ими с кем попало.

— Блонди, он дело говорит… — поспешно вставляет Тайлер откуда-то сзади.

— Да что с вами такое?! — экспрессивно восклицает Энид с драматизмом, достойным Оскара. — Посмотрите, в кого мы превратились! Готовы грызть друг другу глотки за лишний кусок хлеба! Если мы так себя ведём, то чем мы отличаемся от тех тварей?! Мы и так по уши в дерьме, нельзя терять остатки человечности!

Парень в шапке принимается горячо спорить, то и дело импульсивно всплескивая руками.

Я наблюдаю за бурной сценой без особого энтузиазма — и хотя перспектива принять нормальный душ впервые за почти три года кажется невероятно манящей, у меня нет ни