Одна жизнь на двоих - Айрис Оллби

Билл пристально смотрел ей в лицо, и где-то в самой глубине серо-зеленых глаз загорелся недобрый огонек.

— Если вы собираетесь сказать, как плохо я обошелся с Бет, то я слушаю…

Джейн вновь засомневалась, но зачем молчать? Он сам вызывает ее на откровенный разговор!

— Вам не кажется, что вы поступили с девушкой весьма сурово? — спросила она, надеясь получить для Бет хотя бы еще один шанс. — Неужели вы не видели, в каком она была отчаянии? А вы оскорбили и унизили ее, не постеснявшись присутствия врачей.

— Она это заслужила. — Он раздраженно воткнул вилку в картофелину. — Я ей доверил своего ребенка, а Бет не оправдала моего доверия. Чему же ее учили, если она позволила маленькой девочке качаться так высоко, что та упала и ушиблась? А могло случиться и нечто худшее.

Медсестра помолчала, но ради Бет осмелилась сказать еще несколько слов в ее защиту.

— Мистер Форстер, Бет усвоила горький урок на всю жизнь и впредь будет осторожнее. Мне кажется, она полюбила вашу дочь и вы простите совсем юную девушку. Неужели вы никогда не делаете ошибок? На них мы все и учимся.

И тут она поняла, что переступила дозволенную черту. Глаза Билла вспыхнули зеленым огнем, он был неумолим и разгневан. Джейн, далеко не робкая от природы, замерла, не рискуя ни говорить, ни даже пошевелиться под его тяжелым непримиримым взглядом.

— Я сказал Бет, что она может зайти и попрощаться с Барби, — высокомерно заявил он. — Но я не приму ее назад. Сумма, которую она получила, не даст ей умереть с голоду, пока не она найдет себе другую, более подходящую работу.

Джейн исчерпала все доводы. С ним было трудно спорить. Возможно, опрометчивая Бет была наказана справедливо? Ведь он ей доверил самое для него дорогое! А ее рассуждения о нравственности и доброте потерпели полное фиаско!

Наступило неловкое молчание. Джейн склонилась над своей тарелкой. Вдруг Билл Форстер обратился к ней:

— Я ведь еще не поблагодарил вас. — Девушка подняла голову и встретила ледяной взгляд полуприкрытых глаз. Его красивый низкий голос звучал отстраненно.

Понятно. Боится, что она вообразит невесть что, если он проявит хотя бы подобие симпатии. «Лакомый кусочек» — метко назвала его Пола. И вправду, за ним, наверное, увивается столько красоток, что он не рискует обнадеживать своих почитательниц небрежно оброненной любезностью.

Думает ли он спустя два года о своей погибшей жене? Скорбит ли о ней? Джейн переполняли мысли об этом загадочном человеке.

— Не поблагодарили меня? За что? — недоуменно переспросила она.

— В отделении экстренной терапии мне сказали, как много вы сделали для моей дочери. Вы ведь оставались с ней, пока ее не осмотрели врачи и не сделали рентген. Своей выдержкой вы помешали Бет наделать глупостей. Не сомневаюсь, что бывшая няня Барби только на это и способна.

— Вам не за что благодарить меня, это моя работа. Несчастная Бет была сама в состоянии стресса. Ее испуг был настолько велик, что она тоже могла угодить в больницу.

— Неужели? Испугана за Барби, или от одной мысли о встрече со мной?

Господи! До чего же самоуверен отец Барби! Лишен всякого сострадания! — негодовала Джейн.

Форстер ждал, что она ответит.

— Но ведь это был несчастный случай…

— Несчастный случай, последствия которого могли оказаться непоправимыми. Это не в первый раз. Бет и раньше вела себя необдуманно, легкомысленно. Мне постоянно приходилось следить за ней.

— А как же ее рекомендации?

— Рекомендации? — Он презрительно ухмыльнулся. — Конечно, безупречные. Как и у всех остальных.

— У всех остальных? — Бедная девочка не успевала привыкнуть к одной няне, как ту устраняли, и на ее месте появлялась другая.

— Одни никуда не годятся, и я их увольняю, а другие сами уходят. — Билл разозлился. — Как правило, прекрасный пол избегает ответственности.

Джейн мысленно продолжала спор с мистером Форстером. На ребенке плохо сказывается, когда его, словно мячик, кидают то одной няне, то другой.

— А у вас в семье нет женщины, которая могла бы помочь вам с Барби? Тети, бабушки или старинного друга семьи?

— Моя мать иногда остается с Барби, — ответил он, помолчав, — но не часто. — Мужчина смотрел прямо в глаза Джейн. В его взгляде сквозила неподдельная симпатия.

Джейн смутилась, но продолжала думать о Барби. Бедное дитя, даже собственная бабушка не способна позаботиться о ней.

— Моя мать не создана для домашнего очага, — заметил он, как будто угадав ее мысли. — Ей слишком дороги работа и свобода. Пусть живет как ей хочется. За Барби отвечаю я.

— А нет ли у вас братьев или сестер?

— Только брат. Он дипломат и постоянно в разъездах.

— А родственники… жены?

После долгой неловкой паузы он резко спросил:

— Что вам известно о моей жене?

— Очень мало. Я знаю, что мать Барби погибла в автокатастрофе. — Пусть думает, что она узнала о трагедии из газет. — Мне очень жаль вашу молодую жену, — сказала Джейн, подчиняясь порыву искреннего сострадания.

— Я предпочитаю не говорить о своей жене, — прозвучал холодный ответ, напоминающий скорее отповедь.

— Простите, — извинилась Джейн, опуская глаза. Наверное, Билл боготворил ее, если воспоминания о ней до сих пор ранят его душу и сердце. — Но ее семья? Они помогают вам с Барби?

— Родственники жены — итальянцы и живут не в Австралии, а в Милане.

Она отставила тарелку и взглянула на часы.

— Мне пора возвращаться. Мой перерыв уже закончился.

— Я пойду с вами, — сказал он, вставая.

Джейн вдруг почувствовала себя такой маленькой, когда он посмотрел на нее с высоты своего богатырского роста. Она ничего не могла с собой поделать — ее влекло к Биллу. Запретные чувства, которые она пыталась подавить в себе, рвались наружу. Идя вверх по лестнице, она старалась забыть об отце и думать лишь о его больной дочери.

— С Барби все будет отлично, обещаю вам.

Бедная малышка. У нее никого нет, кроме отца, который, будучи занятым человеком, мало уделяет ей внимания. Да, он бережет ее, волнуется, задаривает дорогими игрушками; сам того не ведая, превращает девочку в избалованное, безвольное существо.

Она-то хорошо знала, как губительна для ребенка собственническая, эгоистичная любовь родителей. Постижение детской психологии было призванием Джейн.

Когда они вернулись в палату, то нашли Барби крепко спящей. «Слишком крепко», наверное, решил Билл. Проверив приборы жизнедеятельности, она поспешила сообщить отцу, что с девочкой все в порядке.

— Ваша смена заканчивается в одиннадцать? — спросил он, взяв ее за руку.