Бывшие. Верни мое сердце - Диана Лазари

Я аж задохнулась от возмущения. Да как она смеет?! Обвинять меня, не зная всех обстоятельств!

— Вы ошибаетесь, — твердо сказала я, сжимая кулаки. — Я люблю вашего сына. Всегда любила, даже когда мы расстались. И буду любить, что бы ни случилось. При чем тут его положение и деньги?

— Ах, оставьте! — презрительно фыркнула свекровь. — Все вы так говорите, пока не получите желаемое. А потом вытираете ноги о мужчину. Я знаю ваш типаж. Охотницы за богатыми женихами!

Я вскочила на ноги, не в силах больше это выслушивать. Да будь она трижды Игорю матерью, не позволю оскорблять себя в своем же доме!

— Вы зашли слишком далеко, Вера Павловна, — процедила я. — И переходите все границы. Уж не знаю, что вам наговорили обо мне, но клянусь — между нами с Игорем все серьезно. И на этот раз я не позволю никому встать на нашем пути. Даже вам!

Я круто развернулась и пошла к двери, на ходу доставая телефон. Нужно срочно поговорить с Игорем! Рассказать об этом ужасном разговоре. Пусть примет меры, пусть скажет матери, чтобы не лезла в наши отношения!

— Марина Александровна, подождите! — вдруг окликнула меня свекровь. Ее голос дрогнул, в нем послышались незнакомые нотки.

Я застыла на пороге, не оборачиваясь. Ну что еще? Очередные упреки и оскорбления?

— Я… я прошу у вас прощения, — глухо произнесла Вера Павловна. — За свои слова, за резкий тон. Не знаю, что на меня нашло. Наверное, стресс от всех этих новостей…

Я медленно обернулась. Гордая и неприступная свекровь сидела, низко опустив голову. Ее плечи поникли, руки дрожали.

— Я ведь и правда хочу для Игоря только счастья, — тихо продолжала она. — Просто боюсь, что снова потеряю сына. Когда вы расстались, он места себе не находил. Я думала, с ума сойдет от горя.

Я стояла, пораженная этим внезапным откровением. Надо же, а я и не подозревала, насколько Игорь тогда переживал…

— Вера Павловна, — мягко сказала я, подходя ближе. — Поверьте, я понимаю ваши чувства. Вы мать, вы желаете сыну только добра. Но он уже взрослый мужчина. И вправе сам решать, с кем ему быть. А я… я клянусь, что больше никогда не сделаю ему больно. Потому что люблю его. Очень сильно люблю.

Вера Павловна наконец подняла глаза, в которых стояли слезы. Кивнула и тяжело вздохнула.

— Что ж… надеюсь, ваша любовь и правда окажется сильнее всех обстоятельств. Только, умоляю, берегите моего мальчика! Он ведь у меня один-единственный.

Я улыбнулась сквозь подступившие слезы. Никогда еще я не видела свекровь такой ранимой и искренней. Мое сердце дрогнуло.

— Обещаю, — твердо сказала я. — Сделаю все, чтобы Игорь был счастлив. Спасибо вам за понимание, Вера Павловна. И за доверие.

7

У подъезда уже ждет знакомая машина. Едва я сажусь в салон, Игорь тревожно заглядывает мне в лицо.

— Ну как? Что хотела мать? Она тебя сильно доняла?

— Нет, что ты, — спешу успокоить его я. — Просто поговорили по душам. Кажется, мы пришли к взаимопониманию.

— Да ты что?! — изумленно восклицает Игорь. — Вот уж не думал, что такое возможно!

Он расплывается в счастливой улыбке и крепко обнимает меня. Я прильнула к нему, вдыхая родной запах. Сердце колотится как сумасшедшее. Неужели все угрозы нашему счастью остались позади?

Следующие дни сливаются для нас, влюбленных, в один прекрасный сон. Мы почти не расстаемся, все свободное время проводим вместе. Гуляем в парке, ходим в кино, ужинаем в уютных ресторанчиках. А вечерами засиживаемся у Игоря допоздна, болтая обо всем на свете за бокалом вина.

Я чувствую себя до неприличия счастливой. Буквально свечусь изнутри, излучая любовь и нежность. Коллеги на работе уже откровенно перешептываются, строя догадки, кто же стал причиной моего преображения. А Светка подмигивает и показывает большой палец.

Игорь тоже сама галантность и обходительность. Задаривает меня цветами, дорогими подарками, окружает заботой и вниманием. Словно пытается наверстать упущенное за все годы разлуки.

Остается лишь одна проблема — наша неутоленная страсть. Напряжение растет с каждым днем, грозя вырваться наружу. Игорь уже с трудом сдерживается, когда я оказываюсь слишком близко. А я сама еле держусь, чтобы не наброситься на него прямо в подъезде.

"Так больше нельзя, — твержу себе я. — Надо что-то решать. Я же живая женщина, в конце концов! Имею право на любовь не только духовную, но и физическую. Тем более, речь об Игоре — мужчине моей мечты!"

Я уже почти набираюсь храбрости поговорить с ним начистоту. Сказать, что готова сделать следующий шаг. Но тут случается неожиданное.

В очередной романтический вечер, когда мы допиваем вино на балконе его квартиры, Игорь вдруг нежно берет мое лицо в ладони. Заглядывает в глаза с такой любовью, что у меня подкашиваются ноги.

— Солнышко мое, — шепчет он. — Я безумно хочу тебя. Ты такая красивая, такая желанная. Но знаю, что нам пока нельзя торопиться. Ты должна быть полностью уверена в моих чувствах…

Я растерянно моргаю. Надо же, он и сам все понимает! Берет на себя ответственность, ждет первого шага от меня.

— Игорь, милый…

— Подожди, — он прикладывает палец к моим губам. — Дай мне сказать. Прошу, поезжай со мной на море. На целую неделю, только ты и я. Я хочу побыть с тобой наедине, вдали от всех. Чтобы никто не мешал. Чтобы ничто нас не отвлекало от любви. Если ты согласишься, это будет значить, что ты мне веришь. Что ты готова рискнуть и довериться мне полностью. Поедешь?

У меня кружится голова. Вот оно! Тот самый судьбоносный момент! Ответ, который решит все!

— Да, — шепчу я, глядя Игорю в глаза. — Да, любимый. Я согласна. Поедем куда скажешь. Хоть на край света.

Игорь сжимает меня в объятиях так, что трещат кости. Смеясь и плача, покрывает лицо жаркими поцелуями. А я обнимаю его за шею и думаю — господи, за что мне такое счастье? Чем я заслужила эту сказку?

Теперь нужно как-то дотерпеть несколько дней до отпуска. И не сойти с ума от предвкушения.

Мы решаем никому не говорить о своих планах. Это будет наша тайна, наш личный медовый месяц. Начальству я сказываюсь больной, а родителям сообщаю, что уезжаю в экспедицию. Не хочется лишних вопросов и пересудов.

Перед отъездом Игорь вдруг спохватывается, что не купил для нас билеты. Ужасно расстраивается, ругает