Попаданец и Огонек: Иные в академии - Нина Море

Вздыхаю… Хотела бы я так… Или нет… Вот как себя понять.

Доделываю быстро задания к завтрашней паре. Рада, что у меня иногда получается сосредоточиться и завершить начатое, потому что всегда очень тревожна и не могу сконцентрировать внимание.

— Идем, Мел, сейчас у нас приготовление лекарств, — Тео накидывает свою серую кофту. Тео всегда в сером, а мне так хочется ее нарядить во что-то иное, но моя подруга против.

На занятиях у профессора Сплайти всегда очень комфортно. Мы с Теоной часто справляемся первыми, работаем в таком классном тандеме. И даже успеваем обсудить делишки.

— … и мне сегодня должны подселить новую соседку, — говорю шепотом Теоне, размешивая порошок от корня Кровохлебки в миниатюрном котелке. — Жаль, что это не ты. — Теона живет одна в отдаленной комнате. Она ценит тишину и уединение.

Пар сегодня немного, все остальное время дано для подготовки к скорой сессии. Бегу в свою комнату, нужно навести порядок. Чтобы не ударить в грязь лицом перед новой соседкой. В комнате быстро убираюсь, привожу себя в порядок. И дверь открывается.

Я замираю, потому что на пороге вижу Кристину. И я, виверна раздери, рада этому.

— Привет, Кристина! — говорю, не имея возможности скрыть радость… — Как я рада, что ты будешь моей соседкой. Мне было так грустно, что моя прежняя соседка оставила академию, она так неожиданно бросила учебу и вышла замуж. Я боялась, что буду одна!

Ура! Я могу выдохнуть. Только вот Кристина почему-то так опасливо смотрит на меня…

* * *

Глава 3

Свет Огонька

Марк

Стараюсь выдавить подобие улыбки, но выходит как-то криво, потому что я опять намечаю план организации своего нахождения рядом с… Огоньком.

Огонек…

Не знаю, такое определение приходит мгновенно, и как кстати подходит Мелани. Которая поправляет свои огненно-рыжие локоны и заметно переживает.

Осматриваю нашу комнату. Высокие потолки, широкое окно, напротив которого длинный письменный стол с двумя стульями, и две кровати по обе стороны от него возле стены.

— Это твоя кровать, — Мелани отходит от шкафа так быстро, указывая на кровать слева от стола, и едва не касается меня.

А я, как последний идиот, выдаю слишком яркую реакцию отпрыгивая в сторону. На что Мелани озадаченно и так, виверна меня раздери, искренне и взволновано на меня смотрит и, Боже, я кажется чувствую, что она уже винит себя в чем-то. Я напугал ее…

— Прости, Мел, я не хотел-ла, — ставлю свою сумку возле кровати. — Просто у меня… — смотрю в ее каре-зеленые глаза (интересный цвет), которые сейчас блестят. — У меня социофобное расстройство… — мда, прикусываю щеку изнутри от своего вранья. — И я не могу прикасаться к людям… эм… просто так… — смотрю, как Мелани ловит каждое мое слово замерев, присаживаясь на кровать и складывая ладони на коленях. А мне хочется вмазать себе за то, что мямлю, и что только что напугал соседку. — И я… в общем, не люблю, когда ко мне прикасаются… — жму плечами, улыбаясь. — Это некое легкое ментальное растройство.

— Вот это да… — Мелани так искренне вздыхает, — Бедняжка, — смотрит на меня так по-детски… Она же лет на пять младше меня…

— Да ничего, я привык-ла, — отворачиваюсь и жмурю глаза, закусывая губы. Как я жалко сейчас себя чувствую. Почему врать теперь намного неприятнее.

— Это же и не обнять никого… — вздыхает Мелани, а я киваю, поддерживая свое звание «недотроги».

— Кристина, ты можешь повесить свои платья сюда в шкаф, — Огонек переводит тему, думая, что я, то есть Кристина, переживает от своего откровения. — Я освободила для тебя половину, — Огонек быстро подрывается с кровати и возникает уже возле шкафа, распахивая створки.

— Э-э-э. Спасибо. Я привык-ла складывать вещи в сумку, — выдавливаю улыбку из себя, видя свое отражение в зеркале: выгляжу, как идиот-ка. А сам вспоминаю, что нужно забрать ночью свои брюки рубашку и прочие мелочи из мужской прачечной.

— Как знаешь, — улыбается Огонек, а потом ахает, — Ой, забыла! — Мелани подбегает к ширме и стягивает с него свой… эмм… корсет… Отворачиваюсь, не позволяя себе рассматривать кружевной предмет женского гардероба…

Мелани

Ой, как стыдно. Хватаю свой корсет, который утром забыла в спешке сложить в шкаф, выбрав другой. Складываю все, поворачиваюсь к Кристине, которая расставляет свои книги на полки и стол. У нее так много книг. Она очень интересная… И ловлю себя на мысли, что мне с ней спокойно. Я словно эмоционально выдохнула.

— Ничего себе! — восклицаю, подхожу к столу ближе, наклоняясь и рассматривая книги, но потом, вспоминаю, что у Кристины расстройство… Бежняжка, это, наверное, очень страшно… И отхожу подальше, чтобы не пугать соседку. — Ты изучаешь древние языки? Здесь столько литературы… — я просто в восхищении от нее! Перевожу взгляд на Кристину и… эмм… Не пойму, что со мной, но у меня внутри такое странное чувство… Неловкость? Стеснение? Чувствую, как щеки начинают немного гореть.

Отхожу подальше, закусывая губы. Я, наверное, перенервничала…

— Э-э-э… Да, я раньше изучал-ла, потому что надо, — Кристина говорит и заикается немного. Бедняжка. Но я не буду заострять внимание на этом. — А теперь, не могу остановиться, — улыбается, а мне становится теплее от ее улыбки.

Кристина переводит взгляд на мою часть стола, где стоит моя фотография с мамой и сестрой, сделанной еще в мои школьные годы.

— Это ты? Можно? — Кристина показывает на фото.

— Да! — улыбаюсь, вспоминая тот хороший день. Беру в руки рамку с фото и даю Кристине, которая так сосредоточенно осматривает фотокарточку. — Это я, моя мама и сестренка Мерианна.

— Мел… — смотрит на меня склонив голову на бок. — Ты из Варлайта?

— Эмм, да! — пожимаю плечами, немного тушуясь. — Я знаю, что это странно, что я, будучи жительницей Варлайта, где у женщин нет магии… учусь в Академии Ансгард… — мну ленту от своего платья… Я много раз отвечала на этот вопрос и объясняла однокурсникам, почему я здесь. — Просто мой отец… Он отсюда… Из королевства Ансгард… Огненный маг… Но я его не видела ни разу. Он умер, когда мама была беременна мной…

— Прости, Мел. Я не хотел-ла, ни дать понять, что тебе тут не место, и напомнить про… — Кристина смотрит на меня так искренне.

— Ничего страшного, — улыбаюсь, не позволяя своим глазам образовать слезы. Все же, эта тема очень тяжелая для