Загадай желание - Татьяна Веденская

Нонна огляделась вокруг в растерянности, но ни лицо расслабленного Ванюшки, ни бледная и явно чем-то потрясенная Олеся, ни Женька ничего не знали. Да что там, не знала даже свекровь Анны, Полина Дмитриевна (в народе иногда называемая Бабушкой Ниндзя за исключительное умение бесшумно появляться в самый неожиданный момент), – она стояла на кухне в стареньком халате и с нескрываемым подозрением рассматривала содержимое холодильника.

– Ее нет? Как это? А где она? – спросила Нонна, – она не могла припомнить, чтобы Анна хоть раз пропустила их встречу.

– Понятия не имеем! – ответил хор голосов. Ванюшка зевнул.

– Но она хоть звонила? Может быть, что-то случилось? Куда она уехала? А где дети?

– Дети на месте, у компьютера, – фыркнула Бабушка Ниндзя. – Не понимаю, чего они там все смотрят в этом Интернете? Прямо как заговоренные, все трое сидят и пялятся. Выкину я его.

– Кого? Сашку или Володю? – хихикнул Ванюшка.

– Сдурел? – Полина Дмитриевна вынырнула из холодильника. – Я не о детях же, я об этом вашем говорящем ящике! И, кстати, – свекровь Анны прищурилась и пристально взглянула на Ванюшку, – не ты ли, мил-человек, слопал вишневый пирог, который я детям собиралась после ужина давать?

– Он-он, Полина Дмитриевна! – кивнула Женька, чтобы хоть как-то отомстить Ваньке. Она забыла, что ела пирог вместе с ним, так что немедленно поплатилась за стукачество, была сдана на растерзание тоже.

– Я вот не понимаю, чего вас дома-то родители не кормят? – заворчала свекровь, доставая с полки пакет муки, чтобы напечь блинков деткам. Конечно, была угроза, что и блинки пострадают от Ванькиного нашествия, но что ж теперь, не кормить внуков и внучку?

– А я же одна живу, – напомнила Женька. – Снимаю квартиру. Некому меня кормить.

– Это да. Мужика-то у тебя все равно нет, – подметил Ванюшка, доставая с полки венчик – взбивать тесто. – Хочешь, я тебя пригрею? Нет? Ну, наше дело – предложить. Так что взбивать? Я готов!

– Я сама, иди уж, – фыркнула Полина Дмитриевна, но Ванюшка настоял. Он всегда помогал ей по мелочам, что примиряло свекровь с фактом постоянного присутствия в доме невесткиного брата.

– Так где же она? – беспокоилась Олеся.

Бабушка Ниндзя только пожала плечами и еще пуще сосредоточилась на сковородках, делая вид, что не слушает разговоров. Анны не было уже с обеда, но и до обеда она вела себя как-то странно. Встала позже обычного, на вопросы отвечала как-то пространно и рассеянно, не стала завтракать. Все металась, раскладывала посреди гостиной какие-то вещи, потом ушла в ванную, и Полина Дмитриевна могла поклясться, что она там плакала. Она как раз в тот момент «совершенно случайно» стояла около двери… минут десять стояла и слушала. Определенно, невестка издавала характерные звуки, хотя решительно ничего плохого у них не случилось. Детки были здоровы, Сашка с Вовкой в садике, Машенька в школе, все в порядке. Потом Анна попросила свекровь забрать детей из сада, а сама улетела быстрее, чем ее успели хоть о чем-то спросить.

– Может, в поликлинике? Или в собесе? Может, дали какое-то внеочередное пособие по многодетности? – предположила она, потому что, как ни старалась, никаких других вариантов придумать не могла. Чтобы невестка вот так уехала и ничего никому не сказала – такое случилось впервые за все четыре года, что они жили тут, в этой квартире, без Володи.

– А не могла она поехать к клиенту? Вдруг кто-то срочно позвонил? – предположила Женька.

Нонна хмыкнула.

– Да, ее срочно вызвали сделать кому-то маникюр или стрижку. Буквально выслали за ней вертолет, так что теперь она спасает внешний вид какому-нибудь министру. Ты хоть сама-то подумай!

– Я просто предположила, – обиделась Женя, которой уже давно порядком поднадоел покровительственный и насмешливый тон Нонны. Учитель – это не профессия, это образ жизни.