Под одним небом - Валентина Мельникова

Вот такой он и есть: милый и искренний. Этим и притягивает к себе, как магнитом. И как я могла подумать при первой встрече, что это самовлюбленный выскочка и вечно недовольный всем грубиян? Теперь при мысли об этом смешно. Кто б мог подумать!

Какая-то наиболее голосистая поклонница, вероятно, из первых рядов, ухитрилась прокричать на весь зал:

– Я люблю тебя, Ларри!

– Я тоже люблю – всех вас. И сегодняшний концерт будет тому подтверждением. Вы готовы?

Зал зашумел в предвкушении долгожданного шоу.

– Вы готовы? – продолжал заводить толпу Ларри.

Он махнул рукой, посылая воздушный поцелуй и улыбаясь, кажется, каждой, и из динамиков полилась легко узнаваемая мелодия – кто только не слышал этот хит! Когда я скучала по Ларри в России, слушала его по сто раз на дню и могла воспроизвести слова без подсказки с любой строчки.

Фанаты кричат так, что я готова поддаться этому массовому безумству и начать подпевать прямо здесь.

Тысячи глаз направлены на одного человека. Легко ведь с ума сойти!

А он поёт грустную лирическую песню, которую написал в разлуке. В мерцании одного-единственного софита, направленного на него, сидя на небольшом парапете в форме раскрытого настежь окна, на высоте около двадцати метров. Невероятно!

Экран позади Ларри усиливает эффект «до мурашек», изображая луну и звёздное небо. И призрачный силуэт девушки, всплывающий то тут, то там. Это было так красиво и романтично, что дух захватывало.

Ещё один фрагмент концерта, который также потряс воображение – песня, написанная в «год друг без друга» и догорающая к концу песни огромная свеча на экране. Последний аккорд, и весь зал погружается во тьму. А затем освещается, подобно космосу, и Ларри продолжает петь акапелла.

После – несколько драйвовых песен. Смонтированные фрагменты концерта вмещаются минут в двадцать. Удивительно, как в этой огромной толпе Ларри ухитряется видеть каждого! Заметил где-то девочку с бразильским флагом и не мог не прокомментировать:

– Ты приехала из Бразилии? Правда? Это невероятно! Спасибо!

И вот – последние аккорды, заключительные слова, и бегом за кулисы. Пот течёт в три ручья, отирает ладонью. Но невооружённым взглядом видно, как он счастлив в эту минуту. Новый рубеж покорён.

Он пожимает руку каждому музыканту и всем причастным, благодарит. Заходит в гримёрку, жадно пьёт из бутылки, а потом машет рукой в сторону камеры:

– Ну ладно, хватит на сегодня. Уходите. Не заставляйте меня закрывать дверь у вас перед носом, – смеётся.

Я смеюсь вместе с ним. Уверена, этот фильм я пересмотрю ещё не раз. Он действительно получился живым и очень искренним.

Какой-то влиятельный музыкант на экране (я его знаю, но имя забыла), говорит о том, что он является большим фанатом Ларри:

– Это было круто. Его ждет оглушительный успех! Ещё больший, чем он имеет. Я не сомневаюсь. Он очень талантливый парень, который полностью посвящает себя своему делу.

– Ты придёшь на следующее шоу? – спрашивает чей-то голос за кадром. Явно не Ларри, но тоже мужской.

– Обязательно. Я буду сидеть в первом ряду. Такое нельзя пропускать, ребята, – заявляет он, тыча в камеру.

И снова Ларри сидит перед интервьюером, чьего лица мы не видим. Словно возвращаемся к началу фильма.

– Ты хотел бы что-нибудь изменить в своей жизни?

Он задумывается лишь на миг. В тот же самый миг я думаю о нас с ним. Могло бы всё сложиться гораздо проще и легче? Не знаю.

Но Ларри, вероятно, думает о другом.

– Нет, – говорит он.

– А что ты можешь посоветовать тем, кто хочет что-то изменить?

– Важно верить в себя. И в то, чем ты занимаешься. Верить в то, что ты сможешь достигнуть поставленной цели. Я был обычным парнем из Лондона, каких тысячи. Пел себе в небольших клубах, где меня даже никто не слушал. А что теперь? Если ты делаешь это с любовью – чем бы ты не занимался – у тебя всё получится.

– Значит, любовь и вера в себя – самое важное в жизни?

– Конечно.

– А что ещё? Третье.

Он задумывается на мгновение.

– Быть человеком.

– И оставаться самим собой?

По его лицу расплывается улыбка.

– Точно.

Титры. Фрагмент выступления и бегущие справа имена и благодарности.

Как быстро пролетело это время! Я хочу посмотреть ещё раз. Или нет, больше всего я хочу сейчас оказаться рядом с Ларри подальше от этой шумихи. Пусть даже мы будем просто молчать, главное – вместе.

Ларри неспеша поднимается со своего места. Я не спешу. Слежу за ним, не зная, как поступить.

Его глаза находят мои, и по губам скользит таинственная улыбка. Он демонстративно достает телефон и набирает сообщение. Я уже знаю, кому.

«Встретимся у кафе Trade через сорок минут. Это через две улицы. Я подхвачу тебя там».

Мы обмениваемся многозначительными взглядами, и я решительно отправляюсь в сторону выхода, чтобы найти укромное место и узнать в Интернете точный адрес места нашей встречи. Кажется, самая интересная часть вечера только начинается.

Глава 4

Когда он наконец появился в дверях, я невольно расправила плечи и улыбнулась. Услужливый официант поспешил к нему навстречу, и уже через пару секунд наши с Ларри глаза встретились и… Это происходит каждый раз. Я не знаю, есть ли этому какое-то определение. Но так бывает: есть люди – твои ровесники, с которыми ты не можешь найти общего языка, а потом встречается человек гораздо старше или моложе, и у вас столько общего! Есть русские парни, с которыми мы словно с разных планет, а есть Ларри, выросший и воспитывавшийся в Великобритании, но мне с ним гораздо интереснее и уютнее во всех смыслах. Может, когда ты встречаешь своего человека, все условности вроде возраста, национальности и прочих общепринятых границ вдруг стираются, и говорят уже не люди, а души?

Я слегка мотнула головой. Слишком романтичная натура, привыкла всё мелодрамматизировать.

Ларри пожал мне руку и бросил одно лишь короткое:

– Пойдём.

Я без вопросов последовала за ним.

Через пару мгновений мне всё стало ясно. Ну конечно, ужинать в обычном зале не слишком удобно, потому что рано или поздно кто-нибудь обратит на нас внимание, и тогда нам просто не удастся поесть и пообщаться по-человечески.

В маленькой приватной комнате с тяжёлыми бордовыми шторами было очень уютно. Два мягких дивана с высокими спинками и россыпью подушек горчичного цвета напротив друг друга, стол из красного дерева с резными ножками, искусно сложенные салфетки в вазе и горящая свеча в колбе. Свет здесь был гораздо мягче, чем в общем зале, так что я в шутку бросила:

– Слишком хорошо. Боюсь, что я здесь усну.

– Я не дам тебе этого сделать, – произнёс Ларри, целуя меня в шею.

Я позволила себе расслабиться лишь на секунду, а потом он выпустил меня из объятий и помог присесть за стол.

– У тебя такие сладкие духи, – с игривой улыбкой протянул он, присаживаясь напротив.

– М-м-м, – только и сказала я.

А в голове в это время неистово билось: «Это может произойти сегодня».

Не может. Я всегда хотела иначе.

Это может его обидеть.

Он любит меня и должен понять.

Ты знаешь, что другая девушка на твоём месте…

Я знаю! Но выбрал-то он всё равно меня!

И ты думаешь, что все три года он цвёл для тебя ненюханным цветочком, и продержится ещё столько же?

Я помотала головой, стараясь избавиться от этих внутренних споров, и это не укрылось от взора Ларри.

– Всё в порядке?

– Да. Просто устала немного. И как ты справляешься с этим изо дня в день? – добавила с виноватой улыбкой.

– Привычка, – пожал он плечами, как будто это было чем-то самим собой разумеющимся. – Как тебе фильм?

– Классный. Я уже хочу пересмотреть его снова.

Ларри улыбнулся и принял меню от вошедшего официанта.

– Что будешь?

Теперь настала моя очередь пожимать плечами.

– Ты был здесь когда-нибудь?

– Да, пару раз с друзьями.

– Тогда закажи что-нибудь на свой вкус.