Не Барби для босса - Аня Истомина

Вечер уже поздний, остаётся всего несколько часов до Нового года. Гости устали, атмосфера стала расслабленней. Дети бегают, но уже меньше шумят, гости пьют и беседуют.

Слышу, как открывается входная дверь. Выхожу и вижу, как в холле снимает шубу бывшая жена. Появляется как раз в разгар веселья.

— Что-то ты быстро, — смотрю на часы.

— Нам еще нужно успеть до дома добраться, — холодно бросает она. — Нас ждет мой жених.

Закатываю глаза. ОЧень вжная для меня информация.

Она проходит в комнату и Аленка тут же бежит к ней с радостными криками:

— Мама! Смотри! Папа нашёл Барби! — и дергает ее за руку, показывая на замученную игрищами Смирнову.

Бывшая жена окидывает Женю оценивающим, даже слегка высокомерным взглядом. За несколько лет совместной жизни я прекрасно знаю это выражение лица. Взгляд, как у королевы, которой не угодили.

— Да уж, Рома, вкус у тебя, как всегда, отменный. Как с трассы. Где ты её нашёл? — бросает она с усмешкой.

Вижу, что всегда бойкая Смирнова теряется. Наверное, тк чувствуют себя любовницы, которых не поставили в известность о наличии жены. Подхожу, добродушно обнимаю бывшую жену за плечо и говорю с широкой улыбкой:

— Там же, где и тебя, дорогая. Или ты уже забыла своё происхождение?

Её взгляд тут же меняется, становясь ледяным. Она отстраняется, скидывая мою руку и видно, что злится.

— Пойдём, Алена. — говорит резко, поворачиваясь к дочке. — Нам пора.

— Нет, мама, я хочу остаться с Барби! — канючит дочь и обнимает Женю за талию, не хочет отпускать. — Я не наигралась. Папа, можно Барби завтра снова с нами поиграет?

Смотрю на дочь, потом на Женю, которая улыбается неловко, и обещаю:

— Придумаем что-нибудь, крошка.

Провожаю бывшую с дочкой до выхода, помогаю Аленке одеться. Бывшая всё ещё злая, но не говорит ничего, и я рад этому. Когда дверь закрывается, возвращаюсь в гостиную и вижу Женю, которая стоит у окна, глядя им вслед. Подхожу ближе.

— Не бери на свой счёт. Её иногда заносит.

Всегда. Поэтому и развелись. Не заметил сразу, что скрывалось за напускной кротостью. Зато потом она решила, что раз она "шея", то и быть должно все по ее. Не учла только, что вертеть человеком, у которого тысячи человек в подчинении, не так-то просто. Переломилась. Начались скандалы. ИСтерики. И вот итог.

Женя поворачивается ко мне, на её лице появляется улыбка:

— Ну, некоторым корона поджимает бывает. Ничего, я не в обиде.

Усмехаюсь. Некоторым она вростает в мозг, мне кажется.

— Слушай, можешь остаться на ночь? Завтра ещё поиграешь с дочерью, уже не так долго и без суеты. Тариф тот же, — прошу, стараясь говорить легко, чтобы Женька не заподозрила никакого злого умысла.

Я люблю свою дочь. Хочется ее порадовать.

Она смотрит на меня с удивлением, но затем кивает:

— Ну, ладно, останусь, — пожимает Смирнова своими острыми плечами. Получается довольно женственно.

Друзья тоже начинают постепенно собираться, забирают своих детей, и в доме остаётся всего пара человек. Я зову Женю за стол, чтобы она поела. Она кивает, но говорит, что придёт позже.

Проходит минут двадцать, и я начинаю беспокоиться. Понимаю, что она, скорее всего, голодная, и иду её искать. Нахожу в гостиной, она как раз приводит в порядок комнату. Собирет игрушки, обёртки от конфет.

— Зачем? Завтра бы пришла уборщица и всё убрала, — говорю, качая головой.

Смирнова поднимает на меня глаза и фыркает:

— Фига се вы фраер. Может, у вас ещё и повар есть?

Улыбаюсь, слегка приподнимая бровь:

— Ну, вообще-то, есть. Пошли.

Женя заканчивает уборку, и мы идём на кухню. Галантно пододвигаю ей стул, ухаживаю, накладывая еду, пока она стягивает с себя дурацкий огромный бант и стонет с облегчением.

Вижу, как она ест с аппетитом, и понимаю, что надо было ей положить больше, чем просто салат. Хороший аппетит у Жени. И метаболизм, видимо, тоже.

Мои оставшиеся друзья начинают выпендриваться перед дамой, сыпать шутками. Пашка подмигивает Жене:

— Давай выпьем шампанского! Новый год как-никак.

Женя мотает головой, улыбается:

— Я не пью шампанское. Меня от него уносит. Давайте водки, что ли.

— О, наш человек! — хлопает в ладоши Игорь.

У меня глаза округляются, когда она чокается с нами и выпивает, не морщась. Друзья продолжают поддерживать весёлую атмосферу, смеются, а я просто наблюдаю за Женей и думаю — что за удивительная девчонка?

Спустя время, оставшиеся друзья тоже начинают собираться домой, к своим семьям. И вот, когда они уходят, мы с Женей остаёмся вдвоём.

Смотрю на неё, расслабленную и немного захмелевшую, и чувствую странное тепло. Как будто она привнесла что-то светлое в этот вечер.

— Спасибо тебе, Жень, — улыбаюсь ей, когда повисает молчание.

— За что? — удивляется она.

— За позитив. За ощущение праздника. За то, что я встречу новый год в приятной компании. — перечисляю задумчиво.

— Вы что же, всегда Новый год в одиночестве празднуете? — спрашивает она, откинувшись на спинку стула.

Я пожимаю плечами, стараясь не показать, что этот вопрос задевает:

— Второй год. Как развёлся.

Она смотрит на меня, и в её взгляде нет ни насмешки, ни жалости. Только понимание.

Под речь президента достаю из холодильника шампанское.

— Я серьезно. Я не пью шампанское, — отнекивается Женька. — У меня крыша у домика сразу от него подтекает.

— Блин, Жень. Ну, традиция же. Желание загадать, например. По бокальчику.

— Ладно, — сдается она. — Но, если что, вы потом сами выноваты. Чур меня не увольнять.

— Сдурела что ли? — смеюсь.

Наступает полночь, слушаем бой курантов. Открываем шампанское, наливаем по бокалу и чокаемся.

— Желание загадала? — спрашиваю, глядя на неё.

— Ага. Жить в таком же доме, — отвечает Женька, усмехаясь и окидывая взглядом кухню.

— Глупая, нельзя рассказывать, иначе не сбудется, — замечаю, качая головой.

Она закатывает глаза и усмехается:

— А так, можно подумать, сбылось бы? А вы что загадали?

Я смотрю на неё, потом в сторону. Думаю о том, что загадал следующий Новый год встретить с любимой женщиной. Но вслух этого не говорю.

— Я не верю в чудеса. — усмехаюсь.

Она смотрит на меня, слегка прищурившись, и делает большой глоток шампанского.

— Еще скажите, что в Деда Мороза не верите.

Глава 8. Женя

Допиваем шампанское и открываем ещё одну бутылку. Вообще, меня от этих газировок уносит влет и я не чувствую момента, когда лучше остановиться. Вот и сейчас я чувствую, как накидываюсь, но останавливаться уже не хочется. В голове появляется легкость и мы весело болтаем с начальником без фильтров и притворства.

Смотрю на Романа Петровича, пока