Держи врага ближе - Хэйли Джейкобс

Подруга пару секунд растерянно разглядывает меня, а потом пожимает плечами.

- А почему бы и нет? Конец все равно у всех один.

Иногда она необыкновенно попадает в точку.

Сердце в груди заходится бешенным стуком о ребра, когда я замечаю, что компания в таких же серых, в цвете факультета боевых искусств, как у нас с Эйджем мундирах, направляется к одинокому студенту за столом.

- Это Гевин со своей свитой? – Элоди смотрит в ту же сторону, наблюдая с улыбкой за завязкой потасовки.

Она никогда не участвовала в моих «потехах», но никогда и не препятствовала.

- Ви, ты уже согласилась на его приглашение пойти вместе на выпускной бал?

Моя нога под столом выбивает чечетку, борясь с все не кончающимся стрессом.

Нет, не согласилась. И вообще, на этот бал я тогда так и не попала. Но не это сейчас важно.

Я поднимаюсь со своего места, не в силах больше терпеть.

- Ты куда?

3

Я встаю и игнорирую вопросительный взгляд Элоди, двигаюсь туда, куда сейчас ненароком и открыто бросает взгляды вся столовая.

Никудышное у меня терпение. И пяти минут с начала «потехи» не прошло. И вот она я, бегу, не зная зачем, к месту событий.

Идиот Гевин гогочет и выливает на голову Эйджа стакан с морсом, роняя вслух на всю столовую сочащиеся издевками насмешки. Что-то там про нищету и благотворительность, а еще нелестные оскорбления в адрес матери главного героя.

В этот период времени наследника дома Митчелл отец, естественно не интересуясь моим мнением, желал сделать женихом своей дочери, и Гевин следовал воле наших старших со всем рвением.

Не то, чтобы он раньше игнорировал Эйджа, но после того, как его и мой папаши стали вести разговоры о союзе двух семей, издевательства над Эштоном со стороны Гевина и его приятелей несомненно увеличились в геометрической прогрессии.

Конечно, вины в этом самого Эйджа нет и капли.

Видимо, так Гевин пытался проявить ко мне свои чувства. Вот он, ключ к моему сердечку получше всяких цветов и конфет, решил этот придурок, судя по всему.

Еще немного и меня стошнит.

- Вивиан! – восклицает, заметив мое приближение, рыжий и конопатый Гевин, закончив самодовольный монолог о том, в какой смрадной канаве Эйджу следует поселиться и сдохнуть.

Меряю взглядом несостоявшегося женишка.

Сутулый, худосочный, неприятный подросток.

Кроме фамилии больше ничего выдающегося в нем нет.

Ни таланта, ни внешности, ни характера. Он никогда мне в этом смысле не нравился, но раньше я считала его своим хорошим знакомым. Неплохим человеком.

Дурища прошлая я.

- Захотела насладиться представлением из первых рядов? – хохочет Гевин, пытаясь приобнять меня за талию, но я делаю пару шагов вперед, избегая прикосновения. – Или желаешь присоединиться?

Как будто на вечерний променад под луной зовет.

По спине пробегается табун мурашек, когда я опасливо опускаю глаза на замершего на месте Эйджа.

Мокрые черные волосы прилипли к голове, с челки капает красный морс. Серая форма вся в багровых пятнах. Тот Эштон, которого я запомнила, не стал бы терпеть подобное.

Навязчивые опасения и глубинный страх наконец покидают меня.

Единственная.

Я – единственная, кто перенесся в прошлое.

Хвала небесам!

Боюсь представить, что бы сейчас сделал со мной и остальными тот главный герой, для которого убийство стало делом привычным и незначительным, каковым он стал после участия в войне.

Но даже нынешний семнадцатилетний Эштон не выглядит поверженным.

Обычный человек на месте жертвы должен быть напуган, ожидая жестокого с собой обращения. Нормально в такой ситуации просить снисхождения и пощады, не чураясь самоунижением.

Однако…этот парень не кажется испытывающим страх, напротив, выглядит до ужаса спокойным и равнодушным к своим задирам. Благородство и стойкость, видимо, у Эштона в крови.

Я не могу подавить расцветающую на губах усмешку.

Вот как, да?

Спустя семь лет и опыт смерти я наконец разглядела то, что меня так неимоверно раздражало в нем с первой нашей встречи.

Несмотря на свое положение, на статус простолюдина, на бедность и сиротство, Эйдж не кажется человеком, обреченным на полную несчастья жизнь.

Его не ломают проигрышные по сравнению с теми, кому повезло больше, обстоятельства собственной жизни. Нет стыда и неловкости из-за скромного происхождения, нехватки денег и ресурсов; нет смирения с судьбой.

Кажется, что в мире просто не существует двери, которая осталась бы закрытой под напором такой не обделенной силой и собственным пониманием определенного ей пути личности.

В его присутствии я, зависимая от воли отца, сохраняющая фасад при гниющем содержимом, особенно чувствовала себя жалкой неудачницей. Сам вид Эйджа уже был для меня словно оплеуха, напоминание о собственной слабости и неполноценности.

Даже когда возвышалась над поверженным Эштоном, ощущала себя на самом деле проигравшей. Жажда повергнуть его в пучины отчаяния тогда становилась сильнее и издевки возобновлялись.

Сломать, искоренить, уничтожить – я так страстно этого желала сотворить с человеком, а по сути с совсем еще ребенком, не вышедшим из возраста, который лично мне не сделал ничего плохого.

Чем я отличаюсь от подростка передо мной? В его груди такое же сердце, он также чувствует боль и счастье, надеется на лучшее в грядущем будущем и о чем-то мечтает…

Боже, как мы могли провоцировать такого человека!

Что он сделает со всеми нами в будущем?!

Если уж Эйдж даже пришел в мою темницу, чтобы лично скормить яд, хотя и без того я была приговорена к казни…

Вспоминаю сюжет странной книги, которой достался мне в подарок вместе с новым шансом на жизнь. Ни Гевин, ни его друзья не кончат хорошо. То, что Эштон главный герой, не значит, что он добрый и пушистый.

Ха-ха!