Салочки с генеральным - Ярослава Бекетова

Я невольно насторожилась.

— Вы такая славная девочка, Кира. Был бы у меня сын, непременно сосватала.

В этот миг тяжёлая рука директора приземлилась на мою острую коленку, плотно обтянутую джинсами.

— Наверняка у вас уже есть парень, — продолжила опасную тему собеседница.

Я только собралась дать ответ, как над столом раздался резкий голос босса:

— Кира моя.

Сильная рука до боли сжала ногу и двинулась выше. Я настолько растерялась от этого жеста, что выронила вилку, запаниковав.

— Я подниму, — сказал мужчина и наклонился, одним ловким движением подняв упавший предмет.

При этом другой рукой успел облапать мои бедра, якобы опираясь на них для равновесия.

— Марк Григорьевич…

— Шатает немного, — устало выдохнул начальник, скрывая улыбку и поднялся с места, чтобы отнести вилку в раковину.

— Марк Григорьевич? — осторожно уточнила Любовь Алексеевна, с укором глядя на него.

Их безмолвная ничья длилась несколько секунд, после чего Любовь Алексеевна выкатила тяжёлую артиллерию.

— Не затягивай с внуками, Марк, — сталь в голосе этой женщины стала для меня когнитивным диссонансом с её ангельским образом.

Вот вам и божий одуванчик!

— Твоя мать спит и видит себя в роли бабушки.

Я ослышалась? Да, точно, слуховые галлюцинации. Нельзя при первой встрече (даже подозревая, что я подставная директорская утка) говорить о таком!

Руководство хмыкнуло, кинув на меня красноречивый взор, мол у нас всё ещё впереди. Не зная, что ответить, я опустила глаза в пол, сильно покраснев.

— Кирочка, ты поможешь мне убрать со стола? — милым голосом спросил единственный зритель этого домашнего театра.

Кивнула, послушно поднимаясь, беспрекословно начиная собирать пустые тарелки и складывая их в навороченную посудомоечную машину.

Ужин подошёл к концу. Первый подобный ужин с атмосферой родного дома за последние пять лет моей самостоятельной жизни в чужом городе. Держи себя в руках, Кира! Расклеиваться нельзя. Ты должна быть сильной, иначе зачем тебе быть?

Поблагодарив за тёплый домашний вечер Любовь Алексеевну, я строго-настрого приказала себе не лить слезы.

Взяв волю в кулак хотела было отправиться на поиски директора, поблагодарить за всё и попрощаться, только не успела сделать и шага, как из холла меня окликнул сам Марк Григорьевич.

— Кира, подойди ко мне.

Не беги от меня

Когда ты не видишь решения проблемы, возможно, это вовсе не проблема, а лишь истина, которую нужно принять

— Как тебе первый семейный ужин? — как ни в чем не бывало интересуется босс.

— Спасибо, было вкусно и сытно. Любовь Алексеевна прекрасно готовит. Я как будто побывала дома, — осторожно закидываю удочку, сматывая поплавки. — И все ж я сильно засиделась у вас.

— Как дома, говоришь? — вскинув бровь, мужчина нагло улыбнулся, словно довольный кот. — Хорошо.

Из кухни показалась моя новая знакомая. Женщина внимательным взором окинула наш с директором тет-а-тет и поспешила к выходу, бросая на ходу:

— Доброй ночи.

Появилось нестерпимое желание рвануть за ней.

Я должна уйти сейчас. Любовь Алексеевна ведь подождет чуть-чуть пока я быстро поднимусь наверх и заберу свою сумку? Стоит спросить у неё. К тому же вместе не так страшно добираться до города.

— Минуту. — Марк Григорьевич достал из кармана мобильный и бросил несколько распоряжений, не сводя с меня мрачного взора.

Понял, что готовлюсь к побегу? Но ведь ужин позади, я сыграла свою роль и теперь хочу уйти. Так почему он злится?

— Люба, тебя отвезёт Иван, — тоном не терпящим возражений сообщил Марк Григорьевич, заставив меня вздрогнуть.

— Мы с Кирой могли бы вместе… — начала было Любовь Алексеевна.

Кажется женщина хотела забрать меня с собой.

Да! ДА!!! Любушка, миленькая, я с вами!

— Нет! — коротко отрезал хозяин дома.

Большего разочарования я ещё не испытывала.

— Марк Григорьевич…

— Я сказал — нет. Ты остаёшься.

Любовь Алексеевна нахмурилась, но бесполезный спор затевать не стала. Напоследок она обняла меня и спринтером сиганула к выходу.

— Подождите! — сделала я несколько торопливых шагов за ней, но молниеносная реакция босса, контакт с его сильным телом застал меня врасплох.

Мужчина бережно, но крепко обхватил плечи ладонями, разворачивая моё дрожащее тело так, чтобы в следующий миг встретиться со мной лицом к лицу. Разница в росте была значительной и мне пришлось высоко задрать голову, чтобы увидеть в его глазах ничем не прикрытую страсть.

— Почему вы не позволили мне уйти? — С укором уставилась я на того, кто обжигал по-мужски заинтересованным взглядом.

— Была причина. Ты чего напряглась вся? Боишься меня?

— Нет, — поспешила ответить и набрала по — больше воздуха в грудь, намереваясь прояснить некоторые ситуации. Например, сказать, что сегодняшний ужин не станет предметом сплетен на работе. Что я не стану возмущаться поведением директора только из-за его просьбы подыграть за столом. К тому же я должна просить прощения за хлопоты с обмороком и все же указать на недопустимость таких ночевок.

- Кира, у тебя мужчина был? — Начальник впился в меня опасным взглядом, успев сделать собственные выводы.

Бестактный вопрос прозвучал столь неожиданно, что я растеряла весь боевой запал.

— Что вы сказали?

— Когда последний раз ты занималась сексом?

Он что, с ума сошёл? Вообще уже…

— Это личное! — выкрикнула, тут же прикрыв дрожащие губы тонкими пальцами. — Что вы за зверь такой, Марк Григорьевич? Зачем такое спрашивать?

— Твой партнёр удовлетворял тебя? — продолжил допрос генеральный директор Медфарма.

Ситуация накалялась. Чтобы осадить наглеца я решила спросить в лоб:

— Для каких целей интересуетесь?

— Для личных, — немедля оповестил босс, проходясь языком по нижней губе. Облизнулся, как зверь, перед которым положили кусок свежей вырезки. — Для себя.

Лучше ужасный конец, чем бесконечный ужас

— Я уезжаю домой! — холодно сообщаю отступая. — Доброй ночи.

Он ведь не специально задержал меня здесь, так?

— Интересная реакция, — насмешливо раздаётся вслед.

Босс стремительно догоняет, внезапно толкая меня к стене, от чего я чувствую волну неотвратимо поднимающейся внутри паники.

— Позвольте пройти.

— После того, как ответишь.

— Отойдите от меня! — Отбиваюсь, пытаясь выбраться из мужских рук, что словно тиски сковали моё тело.

— Ты — девочка? — спрашивает в лоб директор, впивается в меня пытливым взглядом.

На моем бледном лице отражается смесь испуга и стыда.

— Охренеть… — мужчина медленно расплывается в довольной улыбке, затем сокращает дистанцию, властно сграбастав меня в охапку. — Тебе конец, Савина, — в его голосе сквозит холод. — Я теперь тебя никому не отдам.

Ладони босса скользят вниз, больно обхватывая мягкую плоть ягодиц. Вскрикиваю, острыми локтями давлю в стальной живот начальника. Мужчина полностью игнорирует сопротивление, смазанным движением впивается в мой рот твёрдыми губами.

— Отпустите! — с ужасом понимаю, ЧТО упирается в живот.