Графиня на арене - Минерва Спенсер

— Серьезно? Поверишь, если я скажу, что не предавала?

— Поверю.

— Не могу сказать, что не продавала информацию людям в правительстве Франции.

Лицо Эллиота посуровело.

— Но могу тебя заверить, что это никак не повредило нашим солдатам.

В замешательстве Эллиот нахмурился, и Джо могла его понять. К сожалению, у нее не было возможности разрешить его сомнения.

— Почему ты именно сейчас об этом заговорил?

— Есть причины.

— Полагаю, главная причина в том, что ты собираешься передать своему начальству какую-то информацию, но опасаешься, что я тебе помешаю. Не доверяешь мне?

— Да, что-то вроде того.

Джо постаралась не обращать внимания на боль, которую причинили эти слова.

— Если ищешь посыльного, могу посоветовать кое-кого в Меце.

Эллиот приоткрыл рот и уставился на нее в полумраке, потом наконец кивнул:

— Спасибо, непременно воспользуюсь.

— Еще что-нибудь? — спросила Джо, поднимаясь на ноги.

— По правде говоря, да.

Никогда прежде Эллиоту не доводилось смотреть в глаза тому, кого он так мало понимал, как Джозефину Браун — или как там ее звали на самом деле, — самую загадочную личность из всех, что когда-нибудь знал.

Это должно было бы внушить ему серьезные подозрения в том, что она предала свою страну, но почему-то он ей верил, сколько бы доказательств обратного ни приводилось в ее досье. Конечно, всему причиной могло быть то, что он думал не головой, а кое-чем другим, потому что доверять Джо стал еще до того, как она дала ему слово, и даже до того, как спасла от пыток и неминуемой гибели.

Эллиот доверял ей и отчаянно нуждался в ее доверии.

— Я хочу знать, каков план.

— План? — повторила Джо.

Это был знакомый прием: притвориться озадаченной и повторить слова собеседника, чтобы заставить его сдаться и отступить или выдать информацию, которой не собирался делиться. Эллиот знал об этом: уже несколько раз видел, как Джо недооценивают и считают туповатой или слишком странной, чтобы понять.

— Да, план насчет Марианны, — объяснил Эллиот, хотя и знал, что Джо сразу поняла, о чем он. — Почему мы тащимся за остальными вот уже несколько дней, хотя давно могли их нагнать? Если твоя задача — ее защищать, то почему ты не с ней? Если известно, что Бруссар выслеживает Марианну, почему бы не предупредить ее и остальных? Син и Гай помогли бы нам захватить Бруссара.

На губах Джо мелькнула улыбка, но такая мимолетная, что Эллиот не был уверен, действительно ли видел ее.

— Думаю, я могу с тобой поделиться, по крайней мере той частью плана, которая касается тебя и твоих друзей. Может, расскажешь о них?

Эллиот фыркнул.

— Сдается мне, ты уже знаешь всю их подноготную.

— Я знаю, что Стонтон намерен встретиться с Домиником Стриклендом, потому что уверен, что барон держит в заложниках его брата.

— Да, так и есть, — кивнул Эллиот. — Это Марианна тебе рассказала?

— Нет.

Эллиот хотел было спросить, откуда она в таком случае все узнала, но сейчас это было не так уж и важно, поэтому спросил другое:

— Раз ты уже так много знаешь, скажи, Бенджамин правда в руках у Стрикленда?

На смену глумливому выражению ее лица пришло что-то похожее на сожаление.

— Как и сообщали власти, брат Стонтона погиб в той прошлогодней стычке, хотя тела так и не нашли.

— Как давно ты об этом знаешь? — спросил Эллиот с нотками недоверия в голосе.

— Какое-то время, — призналась Джо.

— И тебе не пришло в голову сказать Сину, что его брат мертв?

Джо пожала плечами.

— У меня нет доказательств. Ты ведь не думаешь, что он поверил бы на слово малознакомой женщине?

— Может, и поверил бы, будь ты достаточно убедительна. И тогда ему вообще не пришлось бы ехать во Францию, а Марианне встречаться с бывшим любовником.

— Насчет второго сомнительно. Стрикленд пустил бы в ход все возможные средства, чтобы наложить лапы на Марианну. Просто так случилось, что таким средством стал твой друг.

— Что возвращает нас к первому пункту, — упрямо сказал Эллиот. — Что тебе стоило удержать Сина от этого опасного путешествия и избавить от лишних терзаний?

— Прости, но мне за такое не платят.

— Это было бы милосердно.

Какое-то время Джо молча смотрела на него, и только когда он уже решил, что ответа не будет, она сказала:

— Если бы это не мешало моей работе, рассказала бы, но я не могла, не подставив нанимателя. Барон Стрикленд мог догадаться, что кому-то известно о его намерениях. Человек, который мне заплатил, хочет раздобыть компрометирующие документы, которые есть у Стрикленда. Если до него дойдут слухи о том, что мы делаем, он может залечь на дно, и тогда мы не доберемся до нужной информации.

— Что это за документы?

— Не беспокойся, они не имеют отношения к шпионажу или торговле секретной информацией. — Джо помолчала, прежде чем продолжить. — Ты работаешь на правительство в щекотливых ситуациях и знаешь, что порой приходится делать не самые приятные вещи, чтобы добиться результата.

— Цель оправдывает средства.

— Именно, — сказала Джо. — Ну а что касается нашего промедления… Стрикленд нанял Бруссара с его бандой не только для того, чтобы захватить тебя в плен, но и для охраны: ему зачем-то понадобилось личное войско. Похоже, платит он прилично, потому что Бруссар выбирает лучших из лучших в своем деле — и, конечно, самых жестоких и беспринципных.

— Так почему не остановить его сейчас, пока он не набрал головорезов?

— Остановим, не сомневайся, но если поспешим, о наших планах может узнать Стрикленд, и тогда…

— Заляжет на дно, и мы не доберемся до нужных нам документов, — закончил за нее Эллиот.

— Именно.

Он потушил сигару в ручье, так что в воздухе мелькнули искры и раздалось шипение.

— То есть мы наблюдаем и выжидаем, а тем временем бандит Бруссар набирает для охоты на наших друзей чуть ли не целое войско.

— Да.

Эллиот невесело рассмеялся.

— Стоит ли говорить, что ты затеяла опасную игру, Джо?

— Не стоит. — Она отлипла от дерева, к которому прислонялась спиной, и подошла ближе, прежде чем продолжить. — Во-первых, для меня это не игра: я этим зарабатываю на хлеб, — а во-вторых, — она ослепительно улыбнулась, показав все зубы, — я опаснее Бруссара и Стрикленда вместе взятых.

Глава 4

Эллиот, глядя, как припустила девушка в мужской одежде, с которой Джо только что его познакомила, заметил:

— Она же еще ребенок!

— Ей двадцать, — возразила Джо.

— У нее даже башмаков нет, да и одета в лохмотья.

Джо рассмеялась, и Эллиот ошеломленно уставился на нее.

— Ни разу не слышал, чтобы