Пламя в моем сердце - Рита Трофимова

Женщина демонстративно молчала, недовольно поглядывая на парня.

— Пойдёмте, прошу вас. — уговаривал тот. — А то ведь влетит и нам и вам. А вы не слушайте её, девушка, — с усмешкой кивнул он Лине. — Она немного не в себе. Шалит. Вот, не уследили.

— Да как ты смеешь, щенок⁈ — процедила женщина сквозь зубы и, обернувшись к Лине, быстро прошептала: — Не верь им, девочка, прошу! Это всё мой сын. С его подачи, а они, — пренебрежительно кивнула на парней, — все до единого пляшут под его дудку.

— Виноват, Светлана Васильевна, сболтнул лишнего. — Надзиратель смиренно склонил голову, однако во взгляде по-прежнему читалось лукавство и… насмешка?

Несмотря на внешний протест, женщина тут же засобиралась, пригладила волосы, поправила блузку и легко поднялась со скамьи.

— Я обязательно найду ту, которую ищу. И ты найдёшь, девочка. Только смотри, не ошибись! — напоследок сказала она, впиваясь взглядом в лицо Лины, будто хотела запечатлеть в памяти её черты. — Вот, возьми. — Она сняла с безымянного пальца колечко с голубым камешком и вложила его в ладонь Лины. — Может, когда-нибудь и увидимся, — с сожалением вздохнула она.

Неожиданно из-за тучи выбралось солнце, осветив полуденным золотом окрестности парка и площадку, на которой стояли Лина и теперь уже знакомая ей незнакомка. Мягкий солнечный свет заструился вокруг её головы, словно тёплый сияющий нимб. Янтарные блики, скользя по лицу, отражались в глазах цвета небесной лазури, отчего её взгляд показался пронзительно ясным и совершенно разумным.

«А солнце любит её», — невольно подумала Лина, любуясь зрелой красотой женщины, красотой, не сломленной временем. Разве может быть та, у которой такой удивительно добрый взгляд, — не в себе⁈ Нет, непозволительно грубо так отзываться о ней.

* * *

Вскоре все трое скрылись из виду, а Лина, не в силах тронуться с места смотрела им вслед, потом, вдруг опомнилась и зашагала к воротам парка.

— Надо же, как бывает, — улыбнулась она, изучая на пальце золотое колечко с голубоватым топазом и россыпью мелких сияющих камешков-«светлячков».

В голове внезапно возник план по «зачистке препятствий», и первым пунктом в нём был Ник. Ей нужно было убедить двоюродного брата в том, что встреча непременно состоится, но только немного позже.

Одна проблема: Ник предпочитал переписываться эсэмэсками, а когда случалось общаться с ним по телефону, терялся, перескакивал с темы на тему, замыкался и замолкал. Однако Лина всё же решила попытать счастья и набрала его номер. В трубке раздавались длинные гудки, и Лина уже было отчаялась услышать его голос, но в самый последний момент гудки прервались и тонкий слух Лины различил знакомое сопение.

— Халло, Ник, — заговорила Лина на немецком.

— Привет, — удивлённо протянул он и тут же начал с волнующей его темы. Он, несомненно, радовался Лине и спешил поделиться с ней новостями.

— Я не хотел ехать в лагерь, Лин. Новые люди и незнакомая обстановка меня напрягают. Я ждал тебя и хотел рисовать, но Эмма сказала, что там будут мастер-классы, и я…. — Ник шумно вздохнул. — В среду в пятнадцать сорок мы пришли на собеседование, я сильно волновался и ничего не хотел слышать, тем более, что собеседование задержали на шесть минут. Я смотрел в окно и не слушал, но фрау Мильх… она подсела ко мне и взяла за руку. Она сказала, что будет шефствовать надо мной. Я посмотрел на неё, и первое, что бросилось мне в глаза, был её нос. Я всегда обращаю внимание на нос… Она замечательная. И согласилась позировать мне. В мире нет симметрии, всё относительно, но я нашёл её. Я нашёл её. Я долго изучал её нос. У фрау Мильх идеальный нос. Я пробовал рисовать по памяти вид в три четверти, её форма носа идеальна… — Ник неожиданно завёлся, его монотонная речь была сбивчивой и звучала слишком взволнованно.

— Стоп, стоп, Ник, остановись! Давай всё по порядку, — попыталась вразумить его Лина. Он, как любой аспи, часами мог говорить о своих увлечениях, совершенно не к месту и не ко времени.

— Да… — Ник растерянно замолчал.

— Ты хочешь сказать, что мой нос далёк от совершенства? Ник, как же так? — шутя возмутилась Лина, но Ник совершенно не понял её иронии, он плохо распознавал эмоции и не мог уловить юмор даже в самом простом анекдоте.

— Лин, я говорю о пропорции. У фрау Мильх совершенно особенный нос, он идеален в золотом сечении. Я еду в лагерь и буду его рисовать, но я вернусь через три недели и…

— Фрау Мильх — это твой новый психолог?

— Да.

— Ник, я очень рада за тебя, надеюсь, ты классно проведёшь время, и у тебя появятся новые друзья.

— Да.

— Но я хотела сказать… В общем, я не смогу приехать с Мартой, быть может, позже.

Ник молчал, и Лина не на шутку забеспокоилась.

— Ник…

— Мне это не нравится, — ответил он после короткой паузы. — Я хотел рисовать тебя. Хотел сравнить. Вы очень похожи с фрау Мильх, она красивая. Те же волосы и глаза, вот только нос… На днях мы гуляли с ней по парку и говорили о картинах Рубенса.

— Ник, — улыбнулась Лина в трубку, — ты влюбился?

— Я… — замялся он. — Испытывал что-то похожее к тебе.

— О, Ник, это же здорово! Надеюсь, вы подружитесь с фрау Мильх.

Ник снова помолчал.

— Значит, ты не приедешь. Это из-за фрау Мильх?

— Нет, Ник, что ты. Я очень рада за тебя и хотела бы приехать, но у меня есть важное дело в Москве. Да и тебе будет совсем не до меня. К тому же мы сможем общаться по телефону хоть каждый день.

— Да, договорились, — коротко ответил Ник и повесил трубку.

Глава 2

Эла

Днём раньше.

Счастье было рядом — тихое, уютное и долгожданное. Счастье быть рядом с ним. Её единоличное счастье, которым ни с кем не хотелось делиться. Эла боялась спугнуть его. Сама до конца не осознавала случившееся, а потому держала в тайне свои любовные отношения с Полянским от Лары — лучшей подруги —