Утешительный приз - Джеки Браун

— Как в раю, — пробормотала Эмили, таща кипу книг со своими любимыми рецептами на кухню.

Но через секунду телефонному звонку удалось спустить ее с неба на землю. Голос матери помог в этом еще больше.

— Господи, до тебя просто невозможно дозвониться в последнее время! — вместо приветствия с упреком произнесла Миранда.

— Неужели?

— Ты прекрасно знаешь, что это так. Ты можешь пытаться избегать меня, но не сможешь игнорировать тот факт, что твоя сестра выходит замуж в августе.

После этих слов от хорошего настроения Эмили не осталось и следа.

— Я не избегаю разговора, мам, — отрезала она.

— Я знаю, как тебе трудно, но на самом деле все к лучшему. Он и Элли так подходят друг другу. Когда ты собираешься простить их, на серебряной свадьбе? — театрально произнесла ее мать.

— Звучит оптимистично, — пробормотала Эмили.

— Тебе следует быть выше этого. Твоя сестра так счастлива! Мы с твоим отцом никогда не видели Элли такой. Неужели ты не можешь порадоваться за нее?

Чувство вины охватило Эмили.

— Мне правда пора идти, мам.

— Элли устраивает девичник в следующее воскресенье.

— Ты знаешь, что я не могу прийти. У меня заказ на этот день.

Это была ложь. В то воскресенье Эмили была свободна.

— Пожалуйста, постарайся! Ради согласия в семье.

Эмили положила трубку, задумавшись, почему именно на нее возлагалась эта тяжкая ноша.

Дэн захлопнул свой мобильный телефон и выругался. Он сидел в «мерседесе», который Азим виртуозно вел по Манхэттену сквозь плотный поток машин. Пришедшее сообщение, как и предыдущее, было от его матери. Фадила, видимо, считала этот звонок жизненно важным.

— Что-то случилось? — спросил Азим. — С отцом?

— Он в порядке.

Фадила не стала бы говорить столь туманно, если бы причина была в этом.

— Мама говорит, что ей необходимо поговорить со мной, — криво усмехнулся Дэн.

Азим кивнул:

— Она единственная женщина из всех, кого я знаю, которая заставляет тебя чувствовать себя неловко. Но это ненадолго, дорогой. Если ты по-прежнему готов согласиться на эту свадьбу, Навор тоже с удовольствием воспользуется таким правом.

— Высади меня возле следующего светофора, — попросил Дэн.

— Но «Мэйхью» находится дальше, — напомнил ему Азим.

— Я знаю, но хочу пройти пешком оставшийся путь. — Увидев, что его друг нахмурился, Дэн добавил: — Это первый теплый солнечный день почти за целую неделю. Мне хочется насладиться теплом.

— Ну, как хочешь. — Судя по скептическому выражению лица Азима, он не поверил такому объяснению.

После того как «мерседес» уехал, Мадэни взглянул на свои часы. Полдень еще не наступил, а это означало, что у него еще оставалось сорок минут до назначенной встречи с агентом по продаже. Он пошел медленной и ленивой походкой. Ему доставляло удовольствие прогуляться пешком. В Кашакре, даже при всех тех благах, которые давали ему его богатство и положение, Мадэни тоже любил пройтись. Пешая прогулка всегда давала ему возможность подумать. А сейчас это было ему необходимо.

Вероятно, мать хотела обсудить объявление о предстоящей помолвке или даже его свадьбу. Одна только мысль об этой женитьбе заставила Мадэни на ходу расслабить узел галстука. Как постоянно напоминали ему родители, таков был следующий логический шаг в его жизни. Ему тридцать два года. Он был образован, успешен, имел хорошую репутацию. Наступило время жениться и обзавестись семьей. А поскольку Мадэни предстояло стать следующим правителем страны, это было к тому же и его долгом.

Итак, его бракосочетание превращалось в обязанность. Тем не менее Мадэни было грешно жаловаться. Навор, невеста, которую ему выбрали родители, была красива, умна и образованна — совсем недавно защитила кандидатскую диссертацию по экономике в Кашакрском университете. По ее просьбе все переговоры по поводу свадьбы были отложены до тех пор, пока она не закончит свое образование. Это заставило Мадэни задуматься о том, не было ли стремление Навор непременно получить кандидатскую степень отражением ее собственных сомнений в правильности их свадьбы? Здесь, на Западе, договорные браки считались архаичными и неромантичными. Даже в его собственной стране многие представители молодого поколения считали такие альянсы старомодными и отжившими.

Но дело сделано. Помолвка Мадэни с дочерью одного из ближайших политических союзников отца была заключена, когда он едва научился ходить. Таково было желание его отца. Разве у него была причина подвергать риску здоровье старика? К тому же из Навор могла получиться хорошая жена. Кроме того, жениться по любви казалось Мадэни чем-то призрачным. Он встречался со многими женщинами, но никогда его не посещали те страстные чувства, о которых он читал в книгах.

По каким-то непостижимым причинам его мысли устремились к Эмили Мерит.

— А я не думал, что ты знаешь кого-то в этой части Манхэттена, — сказал ему Азим, когда они подъехали к ее дому в это утро. — Должно быть, она невероятно хороша собой, раз заставила тебя подняться в такую рань после утомительной ночи.

— Это деловая встреча, — раздраженно бросил Мадэни. — Не более того.