Заклинатели снов - Эля Рин

— Я Малка, — сказала она. И сделала что-то среднее между реверансом, поклоном и танцевальным движением. — Ты Иви, да?

— Иви, — ответила я. — Прости, но откуда ты знаешь моё имя?

— Лейри Кигана, — улыбнулась Малка. — Она поведала о тебе, но сказала, что можно не просыпаться, я и не стала.

— Когда поведала? Перед моим приездом? После того, как получила письмо о том, что я направляюсь сюда? Или…

— Нет! — рассмеялась Малка. Смех у неё был мелкий и задорный, смешинки летели во все стороны, как будто зёрнышки кукурузы из початка или горошек из стручка. — Она мне сказала во сне. — А потом подумала и добавила. — Лейри Кигана проводник. Ходит по нашим снам. И рассказывает полезное. Или говорит, что сделать. Например, когда ведёт у нас практические занятия.

Малка сморщила нос, почесала его кончик и продолжила быстро тараторить:

— А ты кто? Тоже проводник?

— Нет. Я заклинательница.

— У-у-у! — протянула Малка. Чем-то её интонация походила на интонацию Тэмлин. — Заклинательница? Странно!

— Почему странно?

— Большинство заклинателей мужчины, так уж повелось. Ты же такая хрупкая — и как же ты с кошмарами будешь драться?

Я почувствовала, как у меня холодеют и снова начинают дрожать руки.

— Драться? По-настоящему?

— Прости, что я тебя напугала, — вздохнула Малка. — Лейри Кигана, и все остальные преподаватели тоже, они постоянно говорят, что я слишком много болтаю.

Она быстро развернулась на одной ноге, подбежала к окну и раздвинула шторы.

— Вот. Так тебе будет легче разложить вещи, подобрать обереги… Или подождешь до вечера?

—  Не знаю, —  я покачала головой, выудила из коробочки ловец снов и повесила его на крючок, который был вбит в стену ровно над моей подушкой. Рассеянно взяла заколку и собрала волосы на затылке.

— Не подскажешь, пожалуйста, мне нужно сходить куда-то… в библиотеку, например, получить книги, узнать о программе обучения? Я опоздала, и поэтому…

— Не волнуйся, не волнуйся, — замахала руками Малка. Развернулась несколько раз вокруг своей оси и подпрыгнула. Кажется, ей сложно было неподвижно стоять на месте. — Раз ты явилась, значит, наконец весь курс в сборе. И к нам обязательно пожалует господин Кройст. Он обещал великую вдохновляющую речь после того, как ты приедешь. Если после нее что-то будет неясно, наверно, у него и можно будет спросить.

Я хотела было сказать, что уже познакомилась с господином Кройстом и по глупости не додумалась спросить у него ничего такого. Но почему-то в последний момент прикусила язык.

— Идём на обед? — протянула мне руку Малка.

— Идём, — кивнула я.

Малка схватила меня за руку и поцокала языком.

— Ой, какие пальчики холодные! Волнуешься, да? Ты не переживай, хотя бы за еду тебе не нужно будет сражаться, как с кошмарами.

Я не нашлось, что ответить. Но, кажется, побледнела, потому что Малка тут же поспешила меня успокоить:

— Да и с кошмарами заклинатели бьются не каждый день…

Однако уточнение это меня не слишком утешило....

Глава 8. Приятной трапезы

В столовой было шумно и многолюдно, и очень непривычно для меня. Я редко бывала в таких местах. Отец давно запретил матери брать меня с собой в храм, потому что боялся осуждения за то, что родители привели в святое место проклятую. Конечно, мама говорила, что он печется о моем же благе. Говорили, что в некоторых дальних селениях фанатики пытались побивать проклятых камнями. Но я-то знала, что он так действовал ради себя. Чтобы о нём не подумали плохо. Чтобы в его сторону косо не глядели. А на ратушной площади или на городском рынке люди старались держаться от нас подальше. Даже в толпе я обычно чувствовала себя одинокой, потому что, глядя на меня, люди замолкали, расходясь в разные стороны. Поэтому, оказавшись на пороге столовой, я застыла, оглушенная шумом, не понимая, куда идти и что делать.

Благо, Малка решила обо мне позаботиться. Она снова взяла меня за руку и решительно потянула за собой.

— Идём, идём. Что ты встала? Всё самое вкусное разберут.

Она дотащила меня в дальний угол столовой, где за стойкой, похожей на трактирную, стояла кудрявая черноволосая женщина в кружевном переднике и разливала какой-то душистый ягодный напиток в большие кружки.

— Лейри Милена, — поклонилась Малка. — Я привела к вам Иви. Она теперь будет учиться с нами.

— Вот и хорошо, вот и ладненько, — пропела лейри Милена глубоким бархатным голосом и улыбнулась мне.

Потом развернулась и уплыла куда-то в кухню, откуда доносились очень вкусные запахи и слышался звон посуды. Через несколько мгновений она вернулась, неся две широкие миски.

Поставив их перед нами, она вытащила из-под стойки длинный нож и краюху темного наздреватого хлеба, ловко отхватила два ломтя и положила их поперек мисок. Сунула туда ложки и протянула нам.

— Берите.

— Спасибо, — улыбнулась Малка.

— Благодарю вас, лейри Милена. — Я поклонилась и взяла миску аккуратно, двумя руками. И правильно сделала, та оказалась очень тяжелой. От еды пахло так вкусно, что голова кружилась. Только теперь я поняла, насколько на самом деле проголодалась.

— Идем. — Малка пихнула меня локтем и направилась к ближайшему свободному столику, низенькому, круглому,  потёртому и явно повидавшему много в своей жизни, судя по круглым выжженным пятнам и царапинам. Но вкупе с низкими деревянными скамеечками, на которых лежали подушки, он выглядел очень уютно. Я опустилась на скамеечку, взяла в одну руку кусок хлеба, в другую ложку, зачерпнула чудесного густого мясного супа, сунула его в рот и зажмурилась от удовольствия.

— Вкусно? — спросила Малка с набитым ртом. Я уже поняла, что ей очень нравится говорить, о чем угодно. Слова и энтузиазм так и лезли из неё наружу. И процесс еды был для этого не помехой.

— Очень, — ответила я и улыбнулась.

— Лейри Милена — прекрасная повариха, — кивнула Малка. И принялась крошить хлебный