Магическая академия для попаданки - Надежда Игоревна Соколова

Прием зелья в сочетании с успокаивающим ритуалом поможет избавиться от бессонницы и обеспечит глубокий и покойный сон».

Я дважды перечитала рецепт, потом тяжело вздохнула и принялась за работу.

Вместо тигля каждый из нас использовал свой личный, именной котел. Мы только варили в этих котлах зелья. Чистили же их домовушки. Потому можно было не бояться, что на стенках котлов останется какой-то посторонний ингредиент.

Я делала все методично, аккуратно, внимательно. И все равно вместо темно-синего зелье у меня вышло ярко-зеленым.

– Что вы с ним делали, адептка? – насмешливо спросила Гартия, бесшумно появившись у меня за спиной. – Вместо единорожника добавляли агутку изумрудную?

– Нет, тарра 11 преподавательница, – уныло откликнулась я. – Никакой самодеятельности не было.

– Тем хуже для вас, – хмыкнула Гартия. – «Неуд», адептка. Придете на пересдачу.

Да вот кто бы сомневался…

Глава 7

Следующей парой у нас была «Теория и практика по уходу за магическими животными», отличавшаяся от спецкурса по защите от этих самых животных своей направленностью.

Вел ее смесок, наполовину вампир, наполовину оборотень. Аргашасс сортон Гарский прибыл к нам в академию из другого мира, тоже магического. Высокий широкоплечий шатен с синими глазами и крупными чертами лица, он всегда носил военную форму с неизвестными нам нашивками. Официально он появился здесь в качестве добровольца по обмену опытом. Неофициально же, по углам и за спиной Аргашасса, и адепты, и преподаватели рассказывали совершенно иное.

Поговаривали, что он сбежал из семьи. Как тот Одиссей 12 , сбежал от жены и детей. У оборотней часто бывают большие семьи. Вот и Аргашасс помог появиться на свет пятерым парням и двум девчонкам, а потом не выдержал такой бурной жизни и сбежал отдыхать к адептам академии.

Так это или нет, никто не мог сказать точно. Но вел себя препод отстраненно, фамильярности не допускал и драл с адептов по три шкуры. Получить у него самоэкзамен было практически невозможно.

– Добрый день, адепты, – поздоровался он, едва мы гудящей толпой ввалились в аудиторию. – Рассаживайтесь по своим местам. С этого дня мы начнем изучать русалок, их образ жизни, особенности строения и так далее. Сегодня у нас теория. Следующая пара – практика. Мы отправимся к крытому водоему академии и понаблюдаем за русалками в их естественной среде обитания.

Группа горестно застонала. Вся. Разом.

Русалок мы не любили, можно сказать, ненавидели. Чванливые и хитрые твари, русалки могли и под воду утащить, если зазеваешься, и специально оглушить своими воплями. Точно так же, как земные сороки, русалки обожали все яркое и блестящее. Поэтому перед визитом к ним все подряд маги рекомендовали снимать с себя украшения.

– Отличная реакция, – иронично заметил препод. – У вас на экзамен вынесен образ жизни и быт русалок. С практической частью. Как вы собираетесь отвечать на этот вопрос, если ни разу не видели русалок живьем?

Ну, допустим, видели, даже я, попаданка. Имели такое несчастье, впрочем, для обеих сторон. А про быт можно и в учебнике прочитать.

Но спорить с Аргашассом было бессмысленно.

Так что все, что нам оставалось, – это раскрыть конспекты и начать строчить под диктовку препода.

– Русалки – существа прекрасные, хоть и надменные. С существами других рас они обычно ведут себя горделиво, стараются как можно меньше общаться с ними. При общении с себе же подобными русалки открываются совершенно с другой стороны. Их домом являются прекрасные амфитеатры из живых кораллов, которые по сути есть жилище для всех русалок. Одно на всех. Место, в котором русалки собираются, чтобы отдохнуть и набраться сил. Русалки живут в постоянном симбиозе с морскими обитателями и растениями. Они поддерживают гармоничное равновесие в морских глубинах, а их быт тесно связан с исследованием океана и сохранением его богатств. Русалки активно изучают различные виды рыб и морских созданий, изучают их поведение и биологические особенности. Они являются настоящими защитниками и хранителями океана. Русалки – творческая нация. Их искусство является важной составляющей их быта. Они обладают великолепными голосами и яркими душевными мелодиями. Их песни служат способом межличностной связи, передачи и объединения различных эмоций в подводном царстве.

Аргашасс рассказывал, а я вспоминала, как на первом курсе кто-то из преподов отвел нас к водоему с русалками, тому самому, закрытому, в котором жили несколько особей, довольно агрессивных на первый взгляд.

Уж не знаю, что именно они изучали у себя в океане, но здесь, едва увидев «зеленых» адептов, они принялись кривляться и визжать, словно обезьяны.

Нам повезло: препод сразу же поставил магический щит между нами и русалками. И те, в тщетных попытках выпрыгнуть из воды и достать нас, бесились и визжали еще сильней.

Ничего прекрасного в них я тогда не заметила. Обычные женщины средних лет, с длинными хвостами и зелеными волосами.

Потом, охотно делясь полученными впечатлениями с Ларой и Нарией, я сказала, что не понимаю, почему якобы свободолюбивые русалки живут в водоеме академии.

– Скорей всего, их выгнали из дома, ну, из океана, – пояснила Нария. – Я слышала, что ни одно магическое существо, кроме домовушек, не находится в стенах академии добровольно. Все они появились здесь, потому что им больше некуда идти.

– А что такого могли сделать русалки, чтобы их выгнали? – не поняла я.

– Топили живых существ, например, – пожала плечами Лара. – У них, бывает, крыша едет от собственной значимости. А так как у государства русалок мирные договора со всеми расами этого мира, то и нарушителей карают строго.

Я тогда только головой покачала. Теперь же, слушая лекцию Аргашасса, я меньше всего желала повторно встречаться с русалками из академии.

Глава 8

Большая перемена, во время которой адепты могли набить их желудки, чтобы не страдать на оставшихся парах, как правило, была после второй пары. К тому моменту голодные и злые адепты готовы были смести отовсюду все съедобное. Ну а не съедобное – рассовать по карманам и постараться превратить в съедобное чуть позже.

Вот и теперь мы, толпой, вывалились из аудитории и вместе с остальными курсами готовы были мчаться в столовую, когда по академии разнесся механический голос.

–