Вернись, любовь! - Дайан Левинг

— Ты заслуживаешь таких трат. Я не раздумывая отдал бы тебе все, что имею.

Валери крепко зажмурилась, чтобы не заплакать. Момент был волнующим, и она много раз представляла его — ведь после подобных предложений начинается новая жизнь. К которой, честно признаться, Валери была совсем не готова.

— Только не плачь! — попросил Арнольд, прижимая ее к груди. — Я расстроил тебя?

— Нет, растрогал!

— Ты уж не молчи, Валери. Скажи хоть что-нибудь. Не обязательно «да» или «нет». А то я начинаю думать, что слишком поторопился со своим предложением.

Действительно поторопился, подумала Валери. Я-то ждала его никак не раньше чем через год. Сколько мы встречаемся? Шесть месяцев и восемь дней. Всего ничего. И Арнольд уже решил, что я именно та женщина, с которой он хочет связать свою судьбу? Он ненормальный! Или это я ненормальная, что не радуюсь. Кто угодно на моем месте прыгал бы от радости.

— Валери? — тихо произнес он.

Она подняла голову и взглянула на него. Арнольд казался страшно испуганным. Это жалобное выражение совершенно не сочеталось с его мужественной внешностью.

Еще немного, и я начну его жалеть, подумала Валери. И тогда моему уважению к нему придет конец. А я не смогу выйти замуж за мужчину, которого не уважаю.

— Я согласна! — выпалила Валери только для того, чтобы Арнольд снова стал на себя похож.

Он шумно выдохнул и с облегчением рассмеялся.

— Ох, я уж думал, что ты мне откажешь.

— Разве я могу… — пробормотала она.

Арнольд горячо чмокнул ее в губы.

— Ты представить себе не можешь, как я счастлив!

— Очень даже могу. Я ведь тоже счастлива, — солгала она.

— Завтра же утром сообщим твоим, братьям о том, что мы женимся. Кстати, когда ты хочешь стать миссис Бартон? Как насчет июля?

— Этого года? — вырвалось у Валери, и она тут же пожалела о своих поспешных словах.

Арнольд нахмурился и с подозрением взглянул на нее.

— Что-то не так? Я слишком тороплюсь, да?

Она вскочила на ноги и принялась ходить по комнате. Лгать не было больше сил. В конце концов, с этим человеком она намеревалась прожить не один десяток лет. Стоит ли начинать серьезные отношения с недомолвок?

— Арнольд, мне немного не по себе.

— Почему?

Валери остановилась напротив него и в отчаянии заломила руки.

— Я никогда прежде не выходила замуж!

Арнольд заулыбался.

— Я знаю. И очень этому рад.

— Не смейся надо мной, прошу! Мне всего двадцать четыре. Я всегда была свободной. Мне не нужно было думать ни о ком, кроме себя. Ну и мамы, конечно. А семейная жизнь это так… серьезно.

— Милая, я понимаю твое волнение. Все женщины испытывают благоговейный трепет перед свадьбой. Но у нас еще есть масса времени. Ты свыкнешься с этой мыслью и будешь готовиться к самому радостному событию в нашей жизни. Хотя нет, я не совсем прав. Рождение ребенка — вот истинное счастье, верно?

— Ребенок? — Валери в ужасе расширила глаза.

Арнольд откинулся на подушки, скрестил руки на груди, плотно сжал губы и кивнул.

— Ребенок… — повторила Валери медленно, словно пробуя на вкус это слово. — Что ж… замечательно. Я, конечно, мечтаю о малыше.

Снова я опускаюсь до лжи, мысленно отметила Валери. Я ведь даже не задумывалась о ребенке до сего момента.

Однако Арнольд, кажется, поверил ее словам. Он снова расслабился, налил в бокалы вино и с нежностью посмотрел на Валери, которая села рядом с ним.

— У нас все будет хорошо.

— Разумеется, Арнольд.

— Ты самая прекрасная женщина на свете.

— Льстец, — улыбнулась она.

— Вовсе нет. Я говорю то, что чувствую.

Завидую, если это действительно так, подумала Валери. Я не могу себе позволить выложить ему все, что у меня на душе.

Эту ночь они провели вместе. Арнольд даже ради приличия не ушел под утро в комнату для гостей. Прятаться было не от кого. Братья и так были в курсе отношений влюбленной парочки. А Рене, которая некогда воспитывала своих детей в очень строгих правилах, все равно ни о чем не узнает и потому не сможет отчитать Валери за недостойное поведение.

— Я люблю тебя, — прошептал Арнольд, засыпая.

— И я тебя люблю, милый, — ответила Валери, не кривя душой, хотя даже его ласки не заставили ее забыть о том, что привычный уклад жизни скоро кардинально изменится.