Ночь с незнакомкой - Сандра Браун

Он не поверил ей, и ухмылка, чуть исказившая его рот, ясно говорила об этом.

Она потянулась к бутылке виски на ночном столике и отсалютовала ей.

— Ну, Лаки, на этот раз счастье тебе изменило. Терпи!

— Хм?

Прежде чем он успел обдумать сказанное, она наклонила бутылку и плеснула жидкостью на рану.

Он взорвался словами, которые не положено произносить вслух:

— Вот черт, ну и дерьмо!..

— Вы же джентльмен, мистер Тайлер!

— Я убью вас, перестаньте! Ох!

— Вы — большой ребенок!

— Вы что, черт возьми, собираетесь меня отчитывать?

— Я хочу продезинфицировать вашу рану, убить всех микробов.

— Проклятие! Вы же меня без ножа режете! Хотя бы подуйте на нее!

— Это только распространит заразу.

— Да подуйте же!

Она наклонилась над ним и подула вдоль пореза. Дыхание остудило жалящее спиртное в открытой ране. Капельки виски стекли в атласную полоску волосков чуть ниже его пупка, струйки уже защекотали под поясом джинсов. Незнакомка стряхнула их кончиками пальцев и машинально лизнула жидкость. Осознав, что делает, она резко вскочила с кровати.

— Ну как, теперь лучше? — хрипловато спросила женщина.

Синие глаза Лаки встретились с ее глазами. Атмосфера разрядилась. Неожиданно охрипшим голосом он проговорил:

— Да, гораздо. Только в следующий раз предупреждайте меня, о'кей?

— Думаю, распространение инфекции мы предотвратили…

— Я согласен на любую инфекцию, лишь бы ты еще раз подула на этот порез, — тихо произнес Тайлер.

Эти слова возбудили Дови, и она снова опустила забрало:

— Твой глаз выглядит просто ужасно!

Кусок мяса валялся на подушке, он упал сюда во время проведения «дезинфекции». Женщина брезгливо взяла его двумя пальцами и подержала на вытянутой руке.

— Воняет, как из помойки! — Мясо отправилось в мусорное ведро. — Лежи. Я принесу льда.

Взяв с собой пластиковое ведерко, она вышла из комнаты. Лаки понравилась ее походка. Аккуратные икры, аккуратный зад. Жаль, что он так плохо себя чувствует…

Чувствовал он себя и впрямь отвратительно. Все тело саднило, ощущалась слабость от сочетания аспирина и виски. Лаки просто физически не смог бы претворить в жизнь свои фантазии насчет Дови.

Она вернулась с ведерком льда и завернула несколько кубиков в полотенце. Долгожданный холод несколько остудил пылающий глаз.

— Спасибо, — сонно пробормотал Лаки, осознавая, что не только ранен, но и пьян. Ее рука казалась такой прохладной и успокаивающей, словно рука его матери. Лаки прижал ладонь Дови к своей горячей щеке.

Она тут же отдернула руку и менторским тоном торжественно произнесла:

— Надеюсь, отек спадет, и ты отправишься восвояси.

В его голове уже зародилась ехидная ответная реплика, но он смолчал. Упоминание о еще одной набухшей части его тела наверняка оказалось бы поводом к выдворению за дверь.

— Думаю, сегодня мне не выбраться отсюда, — сказал он. — Я чувствую себя чертовски скверно. Все, чего мне хочется, — это действительно лежать смирно и тихо.

— Отличная идея! Оставайся здесь, а я пойду в другую комнату.

— Нет! — воскликнул Лаки, сбрасывая полотенце со льдом. — То есть я хотел сказать, мне неловко занимать твою комнату.

— Не беспокойся, за все заплачено. Это такая малость по сравнению с тем, что ты сделал для меня нынче вечером.

— Я вовсе не о деньгах, — резко выдохнул он. — Но теперь, по крайней мере, ты признаешь, что я избавил тебя от Малыша Элвина и Джека Эда.

— Похоже, ты предъявляешь мне счет?

— То есть?

— От них ты меня «избавил»… А сам-то ты лучше? Чуть-чуть повежливее, и все…

— Ты думаешь… Значит… — заикаясь и запинаясь, заговорил он. — Ты думаешь, я собираюсь тебя… Продолжайте, леди. Неужели ты всерьез считаешь, что в таком состоянии я способен заниматься сексом?

Заметив ее ироничный взгляд, он опустил глаза и понял, что сейчас выглядит весьма подготовленным к сексу. Осознав это, он со стоном рухнул на подушки. Его мутило.

— А, делай, как знаешь. Со мной все в порядке.

Сквозь щелку чуть приоткрытых глаз он увидел, как Дови подобрала сумочку и направилась к двери.

— Надеюсь, у меня только наружные повреждения, — пробормотал Лаки, когда она взялась за ручку.

Дови повернулась.

— А ты думаешь, могут быть и внутренние?

— Да откуда же мне знать? Я не доктор. Кажется, здесь чуть припухло, но, может, там ничего и нет. Я тебя не задерживаю.

Отложив сумку в сторону, Дови вернулась к постели раненого и осторожно присела с краю. Лаки едва удалось скрыть довольную улыбку. Он ожидал от нее слов сочувствия, но Дови почему-то молчала.

Лаки посмотрел на нее здоровым глазом. Дови ответила изучающим взглядом.

— Если ты морочишь мне…

— Я же сказал, ты можешь идти. Иди. Если уж ты мне очень понадобишься, я смогу вызвать тебя через дежурную.

Она прикусила губу. Лаки чуть не застонал от безысходного желания.

— Так где ты заметил припухлость?

— Да где-то в этой области. Не чувствуешь ничего необычного? — пробормотал он.

Дови несколько минут прощупывала его бок от пояса до подмышки.

— Нет, вроде все в порядке.

— Слава богу, — сказал он и быстро добавил: — Надеюсь, ребра тоже целы.

— На каком боку?

— На этом самом.

Она осторожно и тщательно прошлась пальцами по ребрам мужчины, прослеживая их по всей длине, пока не наткнулась на его торчком торчащие соски. Это заставило ее быстро отдернуть руку.

— Вероятно, ты просто излишне напряжен…

— Вот и хорошо.

Все, сейчас она уйдет… Однако…

— Может, мне все-таки лучше не оставлять тебя одного? Еще умрешь от внутреннего кровоизлияния. Эта смерть останется на моей совести до конца жизни.

Лаки нахмурился и негромко сказал:

— Мне тоже не светит такая перспектива. — Сняв растаявший узелок со льдом со своего глаза, он вручил его Дови: — Я уже продрог до костей.

Она унесла лед и через несколько минут принесла замену.

— Глаз скоро перестанет опухать, уже не кажется таким заплывшим.

— Ладно… А как насчет виски? Сдается мне, я заслужил выпивку.