Очаровательная плутовка - Андреа Кейн

— Да, я встречалась с ним. Много раз, прямо здесь, в Медфорд-Мэнор. Он дает отцу советы по всем его самым важным делам.

— И?

— И… что?

— Какого ты о нем мнения?

Бреанна вздохнула.

— Он очень красив, очарователен и — как ты сама понимаешь — умен.

— А дальше?

— А дальше ничего. Он целует мне руку, когда приезжает и когда уезжает. Все остальное время он проводит в разговорах с отцом, за исключением тех малоприятных вечеров, когда отцу удается уговорить его отужинать с нами. Тогда он сидит за столом напротив меня, чувствуя себя так же неловко, как и я, вежливо поддерживает разговор, а после ужина откланивается и уезжает. — Бреанна слегка пожала плечами. — Он ведет себя очень любезно, особенно принимая во внимание то обстоятельство, что отец не скрывает своих намерений. Однако быть любезным и быть влюбленным — совершенно разные вещи. И приятная беседа — недостаточное основание для женитьбы. Хотя отец придерживается другого мнения.

— Дядя Джордж будет придерживаться мнения, что небо зеленого цвета, если это заставит лорда Шелдрейка жениться на тебе, — язвительно заметила Анастасия. — А что думаешь ты? Ты сейчас рассказала мне о ваших отношениях с маркизом. А какие ты испытываешь чувства к этому человеку?

— Чувства… — повторила Бреанна, словно пробуя это слово на вкус. — Даже не знаю, что тебе ответить. Лорд Шелдрейк — прекрасный человек. Мне он нравится, я восхищаюсь им. Ты об этих чувствах говоришь?

— Нет, — отрезала Анастасия.

Пораженная такой безапелляционностью, Бреанна пристально взглянула на кузину и вдруг расхохоталась.

— Ох, Стаси! Ты даже представить себе не можешь, как же я скучала по тебе, по твоей уверенности, смелости, непреклонности. Я так рада, что ты вернулась домой! — Она махнула рукой, словно ставя точку на разговоре о Деймене Локвуде.

— Знаешь, — сказала Стаси, — я всегда чувствовала, что вернусь в Англию. Папа это тоже знал, поэтому никогда не искал мне женихов. Лишь однажды, когда он вдруг вспомнил, что мне уже не восемнадцать лет, он очень осторожно стал подталкивать меня к одному джентльмену. — Она многозначительно взглянула на кузину. — А я тоже очень осторожно дала ему понять, что этот джентльмен мне безразличен. Я никогда не выйду замуж за человека, которого не люблю. И ты тоже не должна этого делать.

Раздался тихий стук.

— Войдите! — пригласила Бреанна.

Дверь приоткрылась, и молоденькая горничная нерешительно просунула голову в щелку, опасаясь, видимо, что помешала.

— Простите… — Она перевела взгляд с Бреанны на Анастасию, и глаза ее расширились от изумления. — О Господи!

Бреанна быстро встала и жестом попросила ее войти.

— Не бойся, Лиззи, ты не сошла с ума. Войди и познакомься с моей кузиной. Анастасия, это Лиззи, она помогает миссис Чарльз.

— Привет, Лиззи, — радушно сказала Анастасия. Девушка продолжала смотреть на нее во все глаза.

— Поверить не могу! Вы совсем одинаковые! То есть выглядите такими похожими. То есть я хочу сказать… — Окончательно запутавшись, девушка вспыхнула и запоздало присела в реверансе. — Простите. Рада с вами познакомиться, миледи.

— Я тоже, — проговорила Анастасия.

— Тебе что-то нужно, Лиззи? — спросила ее Бреанна, видя, что горничная продолжает стоять, изумленно качая головой.

— Ах да. — Сунув руку в карман фартука, Лиззи вытащила конверт. — Это письмо только что пришло для леди Анастасии. Миссис Чарльз приказала немедленно отнести его вам.

— Спасибо. — Подойдя к девушке, Анастасия взяла конверт. — И поблагодари от моего имени миссис Чарльз. Жду не дождусь, когда снова увижу ее. Думаю, нам нужно готовиться к подобной реакции, — насмешливо заметила Анастасия, распечатывая конверт.

— Это точно. — Глядя, как кузина читает письмо, Бреанна спросила. — От кого оно?

— От мистера Феншоу. Он назначил чтение папиного завещания на завтра и ожидает нас с дядей Джорджем у себя в конторе в час дня. — Анастасия на секунду замолчала и, удивленно вскинув брови, продолжала: — Он просит приехать и тебя. Не для слушания завещания, а по другому поводу, которое имеет для нас с тобой огромное значение. И просит нас привезти подарки, которые дедушка подарил, когда нам было по шесть лет, и которые мы тайно хранили все эти годы. — Вскинув голову, Анастасия взглянула Бреанне прямо в глаза. — Монеты.