В твоих объятиях - Джанис Мейнард

Лениво плавая в бассейне в свое удовольствие, пока ее нос не порозовел от холода, Сара вылезла из бассейна и растянулась на своем полотенце. Выжав воду из волос, она расчесала их и распустила по плечам.

Лежа на животе, она чувствовала, как солнце прогревает ей спину и сушит волосы, превращая их в золотистое облако. Самое невероятное ощущение благополучия охватило ее, и она задремала в состоянии эйфории под шелест пальмовых листьев.

Джонатану пришлось хорошенько потрясти ее, прежде чем она открыла глаза и попыталась сесть. В другое время она, наверное, заметила бы глубокое искреннее беспокойство в его глазах, но в тот момент она чувствовала только дрожь в висках и ужасную боль в спине.

— Как давно вы уснули? — спросил Джонатан.

Сара заморгала и неясно пробормотала:

— Недавно, только после ленча.

— Черт, — выругался Джонатан, — сейчас уже почти пять часов.

Непонимающими глазами Сара смотрела на него, моргая, чтобы удержать слезы. В ее состоянии ей особенно трудно давалось переносить его злость.

— Если вы будете на меня кричать, я уйду к себе в комнату, — предупредила она, как обиженный ребенок, но как только она попыталась встать, все вокруг закружилось и она провалилась в темноту. Джонатан подхватил ее и быстро отнес в домик. В течение последующих нескольких часов все на вилле пребывали в панике.

Мистера Симпсона послали за доктором, а бедная Селина бегала вся в слезах, получив от Джонатана нагоняй за то, что не разбудила Сару.

Миссис Симпсон предложила помочь молодой американке, но Джонатан отказался от ее услуг. Он мягко смазывал соком алоэ ее пылающую спину и морщился каждый раз, когда она стонала от боли.

Приехавший доктор диагностировал сильные солнечные ожоги и возможный солнечный удар.

— Самое главное, мистер Мэтьюз, чтобы она пила как можно больше жидкости. Ей будет очень плохо в ближайшие несколько часов, но не стоит слишком сильно волноваться. Если сделаете все, что я посоветовал, она скоро поправится.

Перед уходом он велел Селине приготовить много льда и большой кувшин фруктового сока. К счастью, во время всей суматохи Сара оставалась без сознания. Непривычное выражение нерешительности появилось на лице у Джонатана, перед тем как он начал снимать с нее купальный костюм, а затем уложил ее на прохладные свежие простыни.

Вместе с Селиной они весь вечер регулярно меняли ледяные пакеты и обтирали губкой ее пылающий лоб, прислушиваясь к ее беспокойному бормотанию. Почти каждые полчаса Джонатан приподымал ее голову и заставлял проглотить несколько глотков жидкости. В конце концов, к утру Сара заснула спокойным сном.

Джонатан вздохнул с облегчением и лениво откинулся на спинку стула, который он придвинул к ее кровати. Взгляд его переходил от раскрасневшихся щек к золотисто-рыжим волосам, разметавшимся по подушке. Потом он прикрыл глаза и позволил себе задремать. Чуть позже какой-то тихий звук разбудил его.

Длинные Сарины ресницы поднялись, и затуманенным взором она взглянула на него.

— Привет, соня, — улыбнувшись не очень естественной улыбкой, произнес Джонатан.

Взгляд ее немного прояснился, она как будто с трудом узнавала его.

— Джонатан? — слабо произнесла Сара.

— Никто другой, — улыбаясь и предвидя ее возможные вопросы, объяснил он. — Вы были больны, но сейчас уже все позади. Вам следует отдохнуть и хорошо выспаться.

Она беспокойно пошевелилась, но от внезапной острой боли в спине у нее перехватило дыхание. В глазах появились слезы, и Джонатан взял ее за руку.

— Сара, — мягко произнес он, — если вы можете повернуться, я смогу еще раз протереть лосьоном спину и ноги.

С его помощью она перевернулась на живот, и Джонатан осторожно прикрыл ее простыней до пояса. Так же осторожно он начал протирать лосьоном обожженную спину, и хотя каждое прикосновение отзывалось болью, облегчение от лосьона она почувствовала немедленно. К тому времени, когда он вернул простыню на место и начал смазывать ноги, глаза ее опять сомкнулись, но до того как уснуть, она взяла его за руку.

Проснувшись в следующий раз, Сара увидела яркий солнечный свет, проникавший через занавески, Джонатана в комнате уже не было. На его месте сидела Селина и что-то шила. Услышав, что Сара пошевелилась, девушка встрепенулась.

— О, мисс Сара, — радостно воскликнула Селина, — как хорошо, что вы уже проснулись. Мы так беспокоились о вас, — продолжала она на английском языке с очень сильным акцентом, — мистер Мэтьюз дежурил здесь всю ночь, сам заботился о вас и никому не разрешал заменить его.

Вдруг Сара сообразила, что лежит под простыней совершенно голая, и весь смысл сказанного Селиной дошел до нее и привел в ужас. Щеки у нее стали малинового цвета, и когда открылась дверь и вошел Джонатан, она со стоном спрятала лицо в подушку.

Селина тут же выскользнула из комнаты, а Джонатан удобно уселся на стул, стоящий рядом с кроватью.

— Доброе утро, Сара, — поприветствовал он ее, стараясь чтобы голос его звучал, как обычно, — вам стало лучше?

— Намного лучше, — промямлила Сара, все еще уткнувшись лицом в подушку.

— Я думаю, вы не расположены сейчас беседовать, — насмешливо добавил Джонатан, — поэтому я вас покидаю.

Когда он подошел к двери, она неслышно вздохнула с облегчением, но передышка оказалась очень короткой. Он неожиданно повернулся и с блеском удовольствия в глазах сказал:

— Между прочим, эта ваша родинка выглядит очень сексуально.