Ожерелье любви - Мирна Маккензи

— Я не должен был сводить тебя с Ли, — пояснил Делл. Он впервые за долгое время произнес вслух имя своего двоюродного брата.

Она покачала головой.

— Ты не виноват в том, что произошло. То, что случилось с Ли, — на моей совести.

Но она ошибалась. К тому времени, когда они с Реджайной познакомились, Делл уже не на шутку беспокоился о Ли. Тот рано осиротел и воспитывался в семье Делла. Сам Делл относился к нему как к брату, необузданному и неуклюжему, который не имел успеха у женщин. Неожиданное появление Реджайны и ее веселый нрав показались Деллу настоящим подарком судьбы. Эта женщина могла придать Ли уверенности, которая была ему необходима, чтобы занять место в империи О'Райанов. Итак, Делл свел свою новую знакомую с двоюродным братом, и все, что произошло потом, было на его совести.

Он открыл рот, собираясь возразить, но Реджайна опередила его:

— Не веди себя как О'Райан.

Делл моргнул.

— Прошу прощения?

Реджайна положила руки на бордовую скатерть.

— Делл, я знаю, что на тебе лежит большая ответственность. «Галерея драгоценных камней О'Райанов» — это только часть «О'Райан Энтерпрайзиз», и, наверное, нужно очень много работать, чтобы управлять таким серьезным бизнесом. Тебе незачем брать на себя еще и мои проблемы. Ты не виноват в том, что со мной произошло в этом году.

Делл нахмурился.

— Я сама должна со всем справиться, — продолжала она.

— Хорошо, оставим эту тему. — Делл откинулся на спинку стула. Не то чтобы он был согласен с женой, но, если ей хочется проявить самостоятельность, он не станет возражать. На этот раз.

Наступила тишина. Реджайна огляделась по сторонам, рассматривая изящную обстановку, гобелены на стенах, тихо игравший струнный квартет, официантов в смокингах.

— Тут мило, — сказала она.

Делл заметил, что она почти ничего не съела. Он улыбнулся.

— Но не в твоем стиле?

— На самом деле у меня нет стиля, поэтому по крайней мере у одного из нас он должен быть, — сказала она.

У Делла вырвался смешок.

Реджайна улыбнулась. Впервые после женитьбы на ней он увидел ее искреннюю улыбку. А ведь именно из-за ее жизнерадостного характера он когда-то решил, что она подходит Ли.

Делл отогнал эту мысль, но все-таки смотрел на ее губы. У Реджайны были красивые, полные губы. Именно такие губы хотелось бы целовать мужчине. Он понял, почему Ли утратил контроль над ситуацией.

Но из-за его пристального взгляда ей стало неловко. Она залилась очаровательным розовым румянцем.

— Тебе нужно больше улыбаться, — вырвалось у него.

Реджайна еле заметно кивнула.

— Я постараюсь запомнить. Улыбаться друг другу… это должно стать частью нашего плана, не так ли?

— Я думаю, нам пора провести «мозговую атаку». — Делл вытащил из кармана пиджака маленький черный блокнот и ручку. Она широко раскрыла глаза.

— Что? — удивился он.

— Когда ты принимаешься за дело, то добиваешься успеха, верно? Конечно, так и должно быть. Ты управляешь империей, нанимаешь и увольняешь людей, встречаешься с потрясающими женщинами и привлекаешь внимание влиятельных людей: политиков, юристов, тех, кто работает в средствах массовой информации, и тому подобных.

— Дорогая, я всего, лишь достал ручку и бумагу.

— Весь вопрос в том, как ты это сделал. Ты собираешься составить план и, похоже, не испытываешь ни малейших сомнений в том, что он сработает.

— У тебя взволнованный вид. Я на тебя давлю?

— Нет, но ты так уверен в результате, что я невольно начала нервничать. А вдруг я все испорчу? Хотя… У тебя, похоже, все под контролем.

Делл действительно всегда пытался мыслить логически. Благодаря одному логическому плану был спасен несчастливый брак его родителей. Холодный расчет помог Деллу добиться успехов в бизнесе. Но Реджайне его характер может показаться излишне властным.

— Ты хмуришься. Извини. Я не должна была говорить подобные вещи, — мягко произнесла Реджайна.

Он поднял руку.

— Ты должна говорить то, что думаешь. Так всегда поступают женатые люди.

— Откуда ты знаешь?

Делл улыбнулся и пожал плечами.

— Мне так кажется.

Она улыбнулась в ответ.

— Что ж, вероятно, ты и впрямь прав: нам нужен план. И… ты прав во всем остальном.

Он поднял бровь.

— Хорошо, почти во всем. Наверняка и ты небезупречен.

Делл улыбнулся еще шире.

— У тебя ведь должны быть какие-нибудь недостатки. Они есть у всех, не так ли?

Она так очаровательно волновалась из-за собственной искренности, что у него вырвался смешок.

— Ты — потрясающая женщина.

Щеки Реджайны снова порозовели. Почему он только вчера заметил, что она часто краснеет? Он считал, что в краснеющей женщине есть что-то очаровательное и чувственное.

— Потрясающая? Может быть, ты не так уж рассудителен, как я думала. С чего мы начнем? Что необходимо сделать в первую очередь?

Начать целоваться — вот что сразу же пришло ему в голову. Но Делл быстро отогнал эту мысль. У Реджайны был трудный год: неожиданная беременность, предательство мужчины, которому она доверяла, поспешный брак и выкидыш. Семейная жизнь началась чересчур быстро для них обоих. Он знал почтальона и работника на стоянке лучше, чем собственную жену. Ему хотелось, чтобы она знала, кого она поцелует, когда они наконец прикоснутся друг к другу — если это когда-нибудь случится. Они должны научиться доверять друг другу. Если он станет на нее давить, она никогда ему не откроется.

— Я хотел бы иногда приезжать к тебе на работу, — сказал он, делая записи.

— Зачем?

Потому что там работают твои подруги, которые защитят тебя, даже если я сделаю глупость.

— Я никогда не видел тебя на работе, — сказал он. Это тоже было правдой.

— Я тоже никогда не была в твоем офисе.

Делл подумал о своем кабинете. Утонченный, дорогой, угнетающе скучный. Он любил свою работу, но кабинеты остались такими же, какими были во времена его отца и деда.

— Тебе там будет скучно, — сказал он.

— Это несправедливо. Если ты собираешься посещаешь «Беллз», то и я должна как-нибудь приехать в «О'Райан Энтерпрайзиз».

— Ты права.

— Что еще мы должны делать? Я подозреваю, что нормальная супружеская пара в моем и в твоем представлении — не совсем одно и то же. Что, по-твоему, делают нормальные муж и жена?

Они спят вместе, подумал он. Занимаются любовью. При этой мысли ему стало жарко, и он заставил себя ее отогнать.