Двое влюбленных и... собака - Элис Шарп

— Ваша собака лаяла целый день! — объявила миссис Пагхилл, как только Изабелл вошла в дом.

День выдался долгим и трудным. Вопреки обыкновению, ее ученики были просто невыносимы. Вероятно, возбудились от пончиков, которыми чья-то любящая мамаша угостила их утром. Одна маленькая девочка решила показать друзьям свою любимицу — крысу, которой удалось сбежать во время перемены, и понадобился час, чтобы найти и изловить ее. Какой-то мальчик принес горн и, не отличаясь музыкальностью, затрубил так, что вся школа была поднята по пожарной тревоге. Добавьте к этому звонок обезумевшей Хизер, умолявшей Изабелл снова приехать в Портленд, чтобы оказать ей поддержку, и раздраженную директрису, готовящуюся через две недели разрешиться двойней, и вы поймете, какой это был день.

— Я ничего не слышу, миссис Пагхилл, — возразила Изабелл, не обращая внимания на заглушенное «гав, гав, гав», доносившееся из-за закрытой двери.

— Мадам Гортенз пророчит, что заболеет мое любимое существо, и это, несомненно, произойдет, потому что ваша собачонка сводит с ума бедняжку Игнаца, — заявила миссис Пагхилл. Престарелый пудель, спрятавшийся за толстыми щиколотками хозяйки, подтвердил свое нервное состояние хриплым ворчаньем. — Что случилось с вашей собакой?

— Хороший вопрос, — пробормотала Изабелл, хотя ей казалось, что она знает ответ. Боясь выпустить Марни во двор, так как забор больше не был для нее преградой, Изабелл заперла ее в квартире. Бедняжке, несомненно, хотелось погулять по травке. — Она больше не будет лаять, — пообещала она, решительно закрывая за собой дверь.

Изабелл ожидала, что Марни, испытывая потребность отправить естественные надобности, с нетерпением ожидает ее у запертого лаза. Однако собака сидела на столе.

Увидев Изабелл, она тявкнула.

— Ты ужасно ведешь себя, — сказала Изабелл, положив сумку и стопку книг на маленький столик у двери. — Перестань терзать уши миссис Пагхилл. Из-за тебя нас выселят. Придется, наверное, показать тебя хорошему собачьему психиатру!

Лампочка на автоответчике мигала. Протянув руку, чтобы нажать кнопку, Изабелл увидела на столе свою щетку для волос и губную помаду.

— Как они попали сюда? — удивилась она.

Сообщение было от Рика: «Изабелл, мне нужно встретиться с тобой. Буду около четырех».

И больше ничего. Вполне в его духе: отдать приказ и ожидать, что она подчинится. Ей следует сесть в машину и уехать. Она не имеет ни малейшего представления, для чего ему понадобилось встретиться с ней, и ее это совершенно не интересует.

Ну, может быть, чуть-чуть.

Изабелл посмотрела на часы. Пять минут пятого. Мысль о том, чтобы сбежать до появления Рика, казалась ей все более заманчивой.

Словно догадавшись, о чем она думает, Марни тявкнула и носом подтолкнула щетку к Изабелл. Губная помада покатилась по столу. Изабелл успела поймать ее и задумчиво посмотрела на позолоченную трубочку. Затем она перевела взгляд на щетку для волос. Все это выглядит так, словно Марни поняла сообщение Рика и хочет, чтобы она прихорошилась перед его приходом!

— Нет, пожалуй, психиатр нужен мне, — пробормотала Изабелл, глядя на дверь. Миссис Пагхилл никогда не звонила в звонок, предпочитая колотить в дверь, словно отряд полиции нравов. Марни спрыгнула со стола и, прежде чем Изабелл подошла к двери, уже стояла на задних лапах, вытягиваясь всем телом так, будто хотела посмотреть в «глазок».

Вздохнув, Изабелл открыла дверь.

Марни подпрыгнула, и Рик подхватил ее.

— Привет!

Изабелл смотрела на него, испытывая сильное желание приказать, чтобы он отпустил ее собаку и ушел. Ее пугал предстоявший разговор, хотя она не знала, о чем пойдет речь.

— Ты живешь недалеко от отца, — заметил Рик.

— Всего в нескольких кварталах, — подтвердила Изабелл.

— Я не знал.

— Потому что ты не был у него… уж не знаю сколько лет.

— Ты несправедлива. Я пытался поговорить с ним, но он все еще сердит на меня за то, что я… — Рик умолк, решив, вероятно, не упоминать о причине. Она известна ему, Изабелл, всем. — Поэтому я здесь, Изабелл. Могу я войти?

К ним подошла миссис Пагхилл.

— Надеюсь, вы пришли, чтобы забрать эту несносную шавку, — заявила домовладелица, подперев кулаками объемистые бедра. — Она лаяла целый день. Игнац до сих пор не может прийти в себя. Ему плохо. Все, как предсказала мадам Гортенз.

Пудель, появившийся в дверях, зарычал, оскалив желтые зубы.

Марни тявкнула. Рик вопросительно посмотрел на Изабелл, которая пожала плечами. Она не хотела разговаривать с ним в присутствии миссис Пагхилл. Схватив поводок Марни, она сказала:

— Давай прогуляемся.

Изабелл права: он действительно давно не был в Сипорте, думал Рик, вдыхая соленый морской воздух. Пронзительные крики чаек и шум волн, разбивавшихся о каменистый берег, создавали нескончаемую симфонию небольшого приморского города.

Идя рядом с Изабелл, Рик думал о том, что прежде он обнял бы ее за плечи или она взяла бы его под руку. Сейчас его руки засунуты глубоко в карманы джинсов, и Изабелл держится от него на расстоянии полуметра. Если кто-то из них случайно нарушал дистанцию, статус-кво немедленно восстанавливался.

Они прошли мимо обветшалого серого дома. В цветочных горшках пламенели желтые и оранжевые настурции, свежий ветер раскачивал головки ромашек, зеленая листва лаванды серебрилась на фоне старого забора, который когда-то был покрашен белой краской. Отец живет в квартале отсюда, подумал Рик. Ребенком он часто проезжал на велосипеде мимо этого дома.

— Тоскуешь по прошлому? — спросила Изабелл, взглянув на Рика.

— В этом доме живет миссис Полк. — Он указал на выцветшую голубую дверь.

— Жила. Она умерла в прошлом году. Сыновья никак не могут решить, что с ним делать. Сейчас здесь никто не живет.

— Приятный старый дом, — заметил Рик.

— В этом-то и беда. Нужен ремонт. К тому же земля, на которой стоит дом, намного дороже его. Один сын хочет сохранить его и сдавать отдыхающим, другой жаждет стереть дом с лица земли и построить что-то вроде кондоминиума.