Неугасимое пламя - Элиза Мейер

– Он храпел.

– Не поняла.

– Лили утверждала, что храп отца не дает ей спать. – Джошуа оценивающе посмотрел на Кайю. – Держу пари, что ты не холодная женщина.

Бархатный голос Джошуа ласкал слух. В темноте этот низкий голос мог бы нашептывать страстные признания и дерзкие предложения. Неудивительно, что Джошуа никогда не страдал от недостатка женского внимания. Но почему она думает о таких вещах? У нее есть все основания, чтобы не доверять ему.

– Почему ты так мил со мной, Джошуа?

Он коснулся ее руки.

– Успокойся.

Легко сказать! Как она может успокоиться, если он большим пальцем потирает ее ладонь? Что означает этот жест? Он соблазняет ее, вдруг с ужасом поняла Кайя. Этого не будет никогда. Она убрала его руку.

– Можно мне еще кофе? – попросила Кайя, найдя предлог, чтобы отвлечь внимание Джошуа. Губы Джошуа дрогнули в улыбке: он разгадал ее уловку.

– Сейчас будет готов.

– Я налью, – вызвалась Кайя, вскакивая из-за стола. Наполнив чашки, она поставила кофейник на стол и посмотрела в окно, за которым бушевала гроза.

– Ты ведь не боишься грома и молнии?

– Нет.

– Тогда в чем дело?

Она пожала плечами.

– Возможно, на меня подействовало возвращение в этот дом. Всплыли воспоминания. – Увидев, что лицо Джошуа застыло, она быстро изменила тему. – Кстати, о доме. Теперь, когда он принадлежит тебе, не подумываешь ли ты о том, чтобы еще раз жениться? Этот дом могут сделать уютным только дети и любящая жена.

– Откуда ты знаешь, что я был женат?

– В газете давали объявление.

– А о том, что я не женился еще раз?

– Сама догадалась. – Кайя внимательно посмотрела на него. – Так почему ты не женат? Возраст у тебя подходящий.

– Мне тридцать четыре года. Я еще далеко не стар, – сказал Джошуа. – Займусь этим как-нибудь. – Он допил кофе и вызывающе посмотрел на нее. – А ты почему не вышла замуж? Уж конечно, такая хорошенькая женщина, как ты, получает множество предложений.

– Почему ты думаешь, что я не замужем?

– Кольца на пальце нет. Ты бы носила обручальное кольцо.

– Если ты еще далеко не стар, то я и подавно. Возможно, я еще подумаю об этом.

– Для такой миниатюрной и вежливой женщины ты довольно дерзкая, – улыбнулся Джошуа. – Это выводило Лили из себя больше, чем если бы ты кричала и обзывала ее. В отличие от нее ты вела себя, как леди.

– Я не знала, – удивилась Кайя. – Она вызвала у меня безумный страх. Высокая, умудренная опытом, разодетая, ухоженная – словно сошла со страниц журнала мод. Она была похожа на женщину из богатой привилегированной семьи.

Джошуа рассмеялся.

– Лили нравилось притворяться. На самом деле она выросла на маленькой захудалой ферме, где детей было больше, чем домашних животных. Но Лили обладала цепким умом. И предприимчивостью. Это я должен признать.

– Расскажи мне о ней.

– Она приехала в Эйбилин подростком и, начав с торговли гамбургерами в закусочной, упорно поднималась наверх, пока не получила место в клубе, который посещали влиятельные бизнесмены. Это было самое подходящее место для охоты на богатых мужчин. Моя мать умерла за несколько лет до того, как отец встретил Лили. Он был одинок и уязвим и попал в сети красотки Лиллибель.

– Лиллибель? Не знала, что ее так зовут, – Кайя с трудом удержалась от улыбки.

– Это один из самых больших секретов в Техасе. Я тоже не знал, пока после смерти отца не обнаружил некоторые документы. Она ненавидит это имя. Считает его старомодным и деревенским. Если она когда-нибудь узнает, что я сказал тебе, она пристрелит меня.

– Так как я не собираюсь встречаться с ней, ты можешь не опасаться за свою жизнь. – Кайя задумчиво посмотрела на стол. – Я не знала, что у нее деревенское происхождение. Если она выросла в бедности, как я, она могла бы быть более терпимой.

– Просто ты напоминала ей о том периоде жизни, который она предпочла забыть. Ей нравилось делать вид, что она всегда обладала богатством и положением. Она не позволяла ни одному своему родственнику приезжать на ранчо, даже когда вышла замуж. Держала их на расстоянии, но все-таки посылала им деньги.

– И вдруг ее сын женится на девушке, которая была так же бедна, как она сама когда-то. Неудивительно, что она ненавидела меня.

– Если тебя это утешит, могу сказать, что Лили возненавидела бы любую девушку, которую Деррик захотел бы сделать своей женой.

– Возможно, – согласилась Кайя.

Дверь распахнулась, и в кухню вошел Клэнси.

– Ну и гроза! Ветер такой сильный, что меня едва не унесло в соседний округ! – сказал он, снимая шляпу и промокшее пончо.

– Почему ты не переждал дождь в общежитии? – спросил Джошуа.

– Подумал, вам нужно помочь с ужином.

– Мы уже поужинали. А ты?

– Перекусил с ребятами, но, по правде сказать, эта гроза испортила мне аппетит. Похоже, что она будет бушевать до полуночи, – провозгласил Клэнси. – Я приготовлю вам комнату, мисс Кайя.

– Клэнси, я сама могу постелить чистые простыни. У тебя был трудный день.

– В угловой комнате и в той, которая выходит на веранду, два дня назад сделали уборку.

– Она займет ту, которая выходит на веранду.

Кайя вспомнила, что во время своего замужества занимала угловую комнату.

– Очень хорошо. – Она бросила на Джошуа благодарный взгляд.

Клэнси снял пестрый шейный платок и вытер лоб.

– Жарко здесь.

– Я бы не сказала. – Кайя внимательно посмотрела на Клэнси. Лицо у него раскраснелось, глаза лихорадочно блестели. – Как вы себя чувствуете? – спросила она, подходя ближе.

– Не очень хорошо, – неохотно признался он.

– Похоже, у вас жар. – Привычным жестом Кайя приложила ладонь к его лбу.

– Пустяки. Я уберу здесь, провожу вас в комнату, а потом лягу.

– Я сама найду комнату после того, как помою посуду. Идите и ложитесь. Хорошо бы измерить температуру.

– Не надо. Посплю хорошенько и утром буду как огурчик. – Клэнси пошел к двери. – Спокойной ночи.

Когда они услышали на лестнице его тяжелые шаги, Джошуа сказал:

– Должно быть, он серьезно заболел. Не вызвать ли мне доктора Уиггинса?

– Доктору будет трудно добраться сюда в такую грозу. Вызовешь его утром, если Клэнси не станет лучше.

С этими словами Кайя поднялась и начала убирать со стола.

– Помочь тебе? – спросил Джошуа.

– С посудой?