Сладкая месть - Линси Сэндс

Моргана вздохнула. Известное дело — вражда горных кланов, и волею судьбы ее малютка оказалась вовлеченной в один из таких раздоров. Но если Макгрегор и впрямь так жесток, то, может, оно и к лучшему, что бедняжка попала в руки Макдональда… Он по крайней мере не стремится утолить жажду мести расправой над теми, кто ни в чем не виноват. Впрочем, тут было о чем подумать… Может, горец откажется от этого брака и отпустит их с миром. Но пока что следовало выжидать. Что будет дальше — покажет время.

Макдональд пристально взглянул на Моргану, и та поняла, что теперь ее черед отвечать на вопрос.

— Как-то раз вместе с братом и его молодой женой она отправилась на прогулку в лес. Неподалеку от замка на них напали какие-то люди, похоже, разбойники. Джонни проткнули мечом, а малютка получила рану, которую ты видел.

— А что же молодая жена брата?

— С ней ничего не случилось, — проворчала старуха. Немного помолчав, она продолжала: — И с Кайлой ничего бы не произошло, если бы она не бросилась прикрывать собой брата, когда он уже был ранен, — в тот момент они собирались отрубить ему голову. Она приняла этот удар на себя. А потом их обоих бросили в лесу. Они считали, что малютка уже мертва, но она выжила… И даже видела, что Катриона дружелюбно беседовала с разбойниками — благодарила их, а затем передала им увесистый кошель с монетами.

Гэлен с Томасом переглянулись и громко выругались.

— Выходит, эта женщина расплатилась с разбойниками за то, что они прикончили ее мужа и его сестру? — пробормотал Дункан.

— Нет, не совсем.

Старуха, казалось, о чем-то задумалась. Затем, взглянув на девушку, проговорила:

— Нет, думаю, она заплатила только за Джонни… то есть за сэра Джона. Просто случайно вышло так, что он в последний момент пригласил сестру на прогулку — к счастью для себя. Она спасла его от смерти.

Послышались одобрительные возгласы, и все взоры обратились на девушку. И тут Большой Робби, повернувшись к своему предводителю, заявил:

— Она спасла брата, это вне всякого сомнения.

— Удивительно, что она все-таки выжила. Думаю, она и впрямь крепка духом. Не каждый мужчина с ней сравнился бы.

— Нет, это просто упрямство, — проворчала Моргана. — Упрямство — вот что заставило ее бороться за жизнь, когда она поняла, что Катриона замыслила убить сэра Джона.

— А твоя рука? — неожиданно спросил Гэлен. — Как ты ее сломала?

Старуха снова задумалась, а потом со вздохом заговорила:

— Сделав свое дело, Катриона поскакала в замок. И потом послала людей подобрать тела. Когда люди вернулись, она занималась своим утренним туалетом, и я распорядилась положить обоих в комнате Кайлы. Я была в отчаянии и, конечно, забыла должным образом известить леди Форсит о том, что ее муж случайно остался жив. Когда она наконец осведомилась о своем муже, ей сказали — не объясняя подробностей, — что он находится в комнате Кайлы. Катриона пришла туда, и ее словно громом поразило, когда она обнаружила, что он еще жив. Конечно же, ведьма не ожидала такого сюрприза.

— Она ударила тебя? — спросил Дункан.

— Нет, не совсем. Просто толкнула. Но толкнула с такой силой, что я упала со стула. Ведь я уже не молода, поэтому не успела увернуться. И кости у меня уже не такие крепкие, как прежде. Если бы я заранее все знала, то, уж конечно, побереглась бы, но Кайла лежала без чувств и не сразу рассказала мне о том, что увидела в лесу.

Гэлен несколько минут обдумывал услышанное. Затем спросил:

— Выходит, что Катриона решила выдать Кайлу за Макгрегора для того, чтобы убрать свидетеля?

— Нет, не для этого, — покачала головой Моргана. — Катриона не знает о том, что Кайла все видела. Она просто хочет избавиться от малютки, вот и все. К тому же без Кайлы ей будет гораздо проще разделаться с мужем — она прекрасно это понимает.

— Но куда же смотрела ты? — спросил Дункан. — Как могла допустить, чтобы покушались на твоего господина?

— Я узнала об этом уже в дороге, на второй день пути, — до тех пор Кайла лежала без чувств. Когда же она пришла в себя и все мне рассказала, было уже поздно что-либо предпринимать — к тому времени мы отъехали слишком далеко от замка. Хотя мы в любом случае ничего бы не смогли поделать. Ведь Катриона отправила с нами своих людей, тех, которые пришли в замок Форсит вместе с ней и повиновались только ей. Они не стали бы нас слушать и не позволили бы вернуться.

— А к кому вы могли бы обратиться за помощью? — спросил Гэлен. — Ты знаешь таких людей?

Моргана ненадолго задумалась, потом сказала:

— Да, знаю. Мы могли бы обратиться к лорду Шропширу — он добрый друг семьи и живет неподалеку от замка. Его можно попросить отправиться в Форсит и присмотреть за Джонни… Если тот еще жив.

Гэлен кивнул и взглянул на девушку, по-прежнему лежавшую без движения.

— Мне нужно что-нибудь из ее вещей. Что-нибудь из ее личных вещей.

— Зачем? — прищурилась Моргана.

— Я немного знаю этого Шропшира — несколько раз встречался с ним при английском дворе. Не думаю, что такой человек, как он, поверит мне на слово. Поскольку же Кайла пока не в состоянии написать ему, придется показать Шропширу что-то из ее вещей, чтобы он убедился, что мы не заманиваем его в западню.

Моргана ненадолго задумалась. Затем, склонившись над девушкой, указала на ее золотое ожерелье:

— Он должен узнать это ожерелье. Она носит его почти всю жизнь, а раньше оно принадлежало ее матери. Но это вещь особая, поэтому ее придется вернуть в целости.

— Не беспокойся, верну, — сказал Гэлен, и все воины утвердительно закивали.

— Я берусь исполнить это поручение, милорд, — с торжественным видом проговорил Дункан. — И клянусь вернуть ожерелье в целости.

Гэлен передал ему ожерелье и, вскочив на коня, отъехал от повозки.

— Я напишу несколько слов. Передашь записку лорду Шропширу, — сказал он, повернувшись к Дункану, по-прежнему ехавшему рядом.