Поверить в счастье - Марта Шилдз

— В Эдембурге очень трудно найти опытную няню. Даже приходящую. Здесь такая низкая безработица, что воспитателям в детских садах платят намного больше, чем в Америке.

— А у тебя какой опыт?

— Разве ты у Изабеллы не спрашивал?

— Ответь на вопрос, пожалуйста.

— Да, сэр. — Ровена возмущенно вскинула брови. — Я подрабатывала в детском саду, когда была школьницей. И, — она пожала плечами, — детям я нравилась.

— Сэмми тоже. Я не ожидал, что ты сумеешь так его расшевелить.

— Тогда почему ты волнуешься?

Джейк пожал плечами и отхлебнул кофе.

— Я же его отец. Это моя обязанность.

Ровена вздохнула.

— Я здесь потому, что люблю детей. Мне очень нравится Сэмми. А Изабелла попросила меня помочь, потому что ты можешь тут задержаться. Я для нее на все готова. Она мне как сестра.

— Я могу задержаться, — повторил Джейк. — Почему? Потому что я виновен?

Девушка пожалела, что вовремя не прикусила язык.

— В чем?

— В похищении короля.

Сразу видно, что Джейк адвокат. Напористый и меткий.

— Разве я это сказала?

— Но ты так думаешь?

Ровена взглянула на него и решила быть такой же напористой.

— А ты виновен?

— Нет, — последовал мгновенный ответ.

Ровена была поражена. Не тем, что Джейк отрицает свою виновность, а тем, что она ему верит.

— Тогда тебе не о чем волноваться.

— Я не гражданин вашего государства, а улики можно подтасовать.

Она только рукой махнула.

— Здесь же не диктатура какая-нибудь. В наших замках есть подземные темницы, но там уже лет сто как никого не держат.

— Но ты…

— Мне сказали, что ты работаешь с принцем Николасом над пересмотром торгового соглашения с Европейским союзом и поэтому остался здесь.

Его это не убедило.

— Ты знаешь не хуже меня…

— Я чистый. — Возникший на пороге Сэмми показал им отмытые ладошки.

Ровена улыбнулась.

— Отлично. Поможешь мне приготовить вафли для папы?

— Ага! Я буду толочь гуубику?

Девушка пододвинула скамеечку, чтобы Сэмми мог дотянуться до кухонного стола.

— Нет, толочь мы не будем. Но можешь отобрать самые лучшие ягоды.

Когда она в следующий раз повернулась к двери, Джейка уже и след простыл.

Спустя два дня Джейк стоял, прислонившись к каменным перилам террасы, выходившей в дворцовый сад, и скрестив на груди руки. Он заметил, что часто использует этот жест, общаясь с отцом и братом.

— Джейк, ты не слушаешь, — упрекнул его Эдуард Стэнбери.

Джейк подавил вздох. Его отец требовал постоянного внимания к себе, словно малый ребенок. Только этому ребенку было уже не два года, а пятьдесят пять.

— Я слушаю. Ты согласился с Люком, что нам не следует поддерживать Николаса в вопросе об иммиграции.

— Стоит только впустить сюда иностранную голытьбу, — фыркнул Люк, — и сразу же возрастет преступность.

— Не обязательно. Между прочим, при такой развитой экономике в Эдембурге вечно не хватает рабочих рук.

— А если начнется экономический спад? — возразил отец. — Впустишь их, а потом пинками не выгонишь.

— А если для них не найдется работы, придется платить им пособие. — Люк закурил сигарету и выдохнул дым в сторону Джейка. — Это обуза, с какой стороны ни взгляни.

Джейк и бровью не повел. Он давно уже понял, что на выходки Люка лучше не обращать никакого внимания.

— Это не всегда обуза. Приток рабочей силы только укрепит экономику, так что никакого спада не будет. Сейчас в Эдембурге огромная нехватка работников на низкооплачиваемых должностях. Больше, чем в Штатах, потому что жители Эдембурга, как правило, имеют более высокий уровень образования.

— Ты всегда был… — Неожиданно Люк заметил что-то за спиной Джейка и присвистнул. — Зато вон та штучка обузой не будет… ни в одной стране мира.

Наверное, какая-нибудь красотка. Джейк оглянулся через плечо. Его брат слишком предсказуем.

В сотне метров от них женщина на берегу маленького пруда склонилась к ребенку.

— Черт, и такие тут на каждом шагу. — Люк загасил сигарету. — Пойду покажу этой милашке, какими любезными бывают американцы.

Женщина выпрямилась, и ее темно-рыжие волосы вспыхнули пламенем в солнечном свете.

Ровена.

Джейк схватил брата за руку.

— Это Сэмми с новой няней.

— Что ж, я… — Люк впервые оборвал свои излияния на полуслове. — Не удивительно, что ты в последнее время так рвешься домой.

— Разве это не фрейлина принцессы Изабеллы? — спросил Эдуард. — Как ее зовут?

— Ровена Уайлд. — Джейк отпустил рукав Люка. — А домой я спешу, чтобы повидаться с сыном.

— Ага, оно и видно, — усмехнулся Люк. — И когда же ты брата с отцом к ужину пригласишь? Она хорошо готовит?

— Между прочим, она… — Джейк запнулся.

Ровена и Сэмми обошли вокруг пруда, направляясь к качелям на противоположном берегу. С террасы Джейк видел то, чего не замечала Ровена.

Скрытый полосой кустарника, к ним бежал огромный мастиф.

— Что случилось? — спросил Эдуард.

— Сэмми боится собак.

Джейк пулей слетел с террасы и помчался вниз по длинной каменной лестнице, перескакивая через ступеньки. С бешено колотящимся сердцем он перепрыгнул через розовый куст и бросился к живой изгороди. И все же пробежка до пруда заняла у него пару минут.

Картина, которую увидел Джейк, была весьма далека от ужасной кровавой сцены.

Ровена опустилась на корточки рядом с Сэмми. Мастиф уселся напротив, высунув язык, и протянул мальчику свою огромную лапу.

Его малыш, которого приводили в ужас собаки любых размеров, весело засмеялся. Он действительно смеялся!

Джейк стоял разинув рот. Ровена взглянула на него, и ее очаровательная улыбка стала еще шире.

— А вот и папа.

Сэмми отпустил собачью лапу и обернулся.

— Папа, знаешь что? Это мой песик. Его зовут Бубу.

Опомнившись наконец, Джейк присел на корточки рядом с сыном и легонько погладил пса по голове.

— Да, конечно, Сэмми. Бубу — очень хорошая собака.

— Его полное имя Бутен Себастьян Кабот Четвертый, — со смехом пояснила Ровена. — Но оно слишком длинное для такого маленького ротика.