Островитянка - Ким Ригерт

Кристин сложила руки на груди.

— Можно и так сказать. — Ее взгляд обдавал арктическим холодом.

— А можно также сказать, что ты препятствуешь развитию местной экономики, — заметил Рик.

— Ничего подобного! Я никогда не причиню вреда родному острову!

Рик мысленно определил смысл ее слов так: только такой негодяй, как Рик Шеппард, способен полностью извратить идею, стоящую за ее начинаниями.

— Это мой дом, — добавила Кристин. — Здесь я появилась на свет. И никогда отсюда не уеду!

— И это делает тебя лучше всех остальных?

— Разумеется, нет!

— Значит, лучше только меня.

— Ты ненавидишь здешние места, — напомнила Кристин.

— Ненавидел, — поправил ее Рик. — Ты слегка припозднилась со своим обвинением. Это было давным-давно. Мне тогда едва исполнилось пятнадцать лет. Меня вырвали из родных мест и привезли на какой-то Богом забытый остров посреди океана. Я скучал по своей баскетбольной команде… и вообще мне хотелось, чтобы все было, как прежде!

Кристин плотно сжала губы, стараясь не проникнуться словами Рика. Разумеется, они многое объясняли… сейчас. А тогда все было иначе. Она восприняла точку зрения и действия Рика как личное оскорбление.

— Пусть так, — упрямо стояла на своем Кристин. — Все равно тебе не нужно было возвращаться сюда.

— Мне хотелось вернуться.

Зато Кристин не хотела, чтобы он приезжал сюда. Она не желала даже думать о Рике Шеппарде. По крайней мере так ей казалось до тех пор, пока он не пригласил ее в «Жемчужницу».

— И я останусь здесь, — продолжил Рик. — Нравится тебе это или нет. Я нахожусь на острове, и «Дриада» тоже, и так будет продолжаться впредь.

— Меня не волнует гостиница. Я рада, что она находится здесь!

Вернее, была бы рада, если бы заведение не принадлежало Рику. Что же касается его лично, то радость здесь вообще под вопросом.

Рик принадлежал к другому миру. Жил в разных странах, ужинал со знаменитостями, встречался с топ-моделями. Трудно было представить, что такой человек навсегда осядет на маленьком острове. Больше всего Кристин хотелось, чтобы он просто убрался отсюда.

Словно прочтя ее мысли, Рик медленно покачал головой.

— Я не собираюсь уезжать, золотце. А вот от статуи твоей намерен избавиться.

Кристин стиснула зубы, ее подбородок поднялся, будто сам собой.

— У тебя ничего не получится.

— Послушай, у меня тоже есть чувство юмора, но…

— Если ты подразумеваешь мою статую, то это вовсе не попытка пошутить!

Рик закатил глаза к потолку, а потом многозначительно взглянул на красные трусики в руке Кристин.

Та непроизвольно сжала их в кулаке.

— Эту вещицу я нашла, — пояснила она. — На пляже. Совершенно случайно. Я не использую никаких предметов, кроме найденных на берегу. В этом есть своеобразный вызов, неужели не понимаешь?

— Вероятно, нет.

На лице Рика застыло жесткое выражение, а на Кристин он смотрел набычившись, как, бывало, на соперников на баскетбольной площадке.

— Это вызов, — повторила Кристин.

— Благодарю, с меня вызовов довольно.

— Не для тебя! Для меня.

— И что это значит?

Кристин провела языком по губам. Она еще никогда не облекала свою идею в слова, просто не смела. Даже сейчас это представлялось ей весьма самонадеянным. Ведь она не скульптор. Вернее, не настоящий скульптор. Никогда этому не училась, все делает по наитию. И не считает произведениями искусства фигурки из природных материалов. Для нее они — лишь средство заработка. Но их так приятно мастерить!

— Сооружая статую из разнообразных, порой неожиданных материалов, я обучаюсь.

— Обучаешься? — насмешливо повторил Рик. — Интересно, чему? Утилизации отходов?

— Я развиваю композиционное мышление, чувство баланса, воображение…

— Ну да, ну да…

Не нужно было обладать большим воображением, чтобы понять, что Рик не верит ни единому слову.

— Это моя работа, — предприняла Кристин новую, на сей раз отчаянную, попытку объясниться. — Я изготавливаю миниатюры для продажи туристам. Делаю фигурки из жести. Покрываю лаком красивые камешки, приклеиваю к ним ракушки. Создаю картины, с помощью клея нанося на картон разноцветный песок… но всего этого мне недостаточно. Я хочу стать настоящим скульптором, — прошептала она. — Настоящим.

Подобного признания Кристин еще не делала никогда и никому. Не осмеливалась. Говоря об этом сейчас, она чувствовала себя самозванкой. С некоторых пор это стало ее мечтой. А если бы еще получить соответствующее образование… Но это уж совсем несбыточная мечта. Кристин работала с материалами, которые предоставлял остров, и училась на них. И не просила судьбу о большем. Ей казалось, что для развития таланта и обретения мастерства необходимо лишь время. И вызов.

— Хочешь стать скульптором? — с сомнением произнес Рик.

— Да.

Он взглянул на нее прищурившись.

— И чем же является для тебя монстр на пляже? Возможностью извлечь новый опыт?

Кристин кивнула.

— Я назвала скульптуру «Король побережья».

Губы Рика искривились в усмешке.

— Ты возишься с ним уже несколько недель. Разве вызов еще не улетучился?

— Нет, потому что всегда находится какой- то новый материал.

— Так примени его для другого произведения.

Кристин покачала головой.

— Для меня вызов заключается в том, чтобы использовать вновь найденный материал именно в этой работе, сделать органичной частью целого.

— Попытайся поискать другой вызов.

— Например, какой?

— Откуда мне знать? Ведь это ты желаешь заниматься скульптурой!

— Да, но мне нужна тема. Материал. И нечто такое, чего я не делала раньше. Словом, мои горизонты должны расширяться.

Все это было более чем верно. Кристин не могла сравнить свои работы с произведениями других людей. Она испытывала ощущение некоторой ограниченности возможностей. Вся ее жизнь, за исключением нескольких поездок на остров Стьюарт и большую землю, прошла здесь, на острове Лавлисан.

— Я хочу расти как художник. У меня уже сейчас есть несколько интересных проектов. Кроме того, я хочу испытать себя, поработав с материалами, которыми мне прежде не доводилось заниматься.

Рик сжал и вновь ослабил кулаки, одновременно качнувшись с носка на пятку и обратно.

— Значит, можно надеяться, что вскоре ты займешься осуществлением новых идей?

— Э-э…