Опасная стихия - Патриция Пелликейн

— Молчание Генри может означать все, что угодно. К примеру, его могли напугать полицейские, и он решил наконец оставить меня в покое.

— Мэгги, разворачивай машину и возвращайся домой. Немедленно! — По всей видимости, версия Мэгги не показалось Крису убедительной.

Мэгги знала, что Крис за нее переживает, а потому не стала обижаться на резкость тона.

— Знаешь что? Сделаем иначе! — с минуту помолчав, произнес Крис. — Лучше всего оставайся там, где ты сейчас находишься. Я немедленно к тебе выезжаю.

— Не смей!

— Что значит «не смей»? Ты можешь попасть в переделку, и весьма серьезную.

— Перестань. Я бы заметила его машину. Никто за мной не едет.

— Если бы ты была в этом уверена, не стала бы меня просить навести справки о Генри.

Снова повисла тяжелая пауза.

— Мэгги, послушайся меня хоть раз в жизни. Очень тебя прошу.

Мэгги покачала головой, давая понять — себе прежде всего, — что это дальнейшему обсуждению не подлежит.

— Успокойся, Крис. Ты делаешь из мухи слона.

— Но этот парень псих!

— Совершенно верно. И я не желаю, чтобы моя жизнь зависела от какого-то психа. — На самом деле Мэгги терзалась сомнениями. Что хуже: прибегнуть к защите Криса, расписавшись тем самым в собственной беспомощности, или продолжать бояться каждого куста на дороге? Нет, она поедет в Калифорнию в любом случае, иначе она просто перестанет себя уважать.

— Значит, ты ударилась в бега именно по этой причине?

— Я тебе уже говорила, что свой отъезд бегством не считаю. Мне просто нужно сменить обстановку.

— Мэгги, прошу тебя!

— Я не хочу больше разговаривать на эту тему.

Крис понимал, что его настойчивость ни к чему хорошему не приведет. В таких случаях Мэгги обыкновенно просто замыкалась в себе.

— Подожди, не вешай трубку.

— Я позвоню тебе завтра вечером.

Крис, совершенно потеряв над собой контроль, крикнул:

— Оставайся там, где сейчас находишься. Я сию же минуту выезжаю!

— Я позвоню тебе завтра вечером, — холодно повторила она и прервала связь.

Мэгги печально покачала головой. Все не слава Богу. Зачем, спрашивается, она сказала Крису, что на автоответчике нет новых сообщений? Она-то надеялась, что беседа с Крисом подбодрит ее и успокоит, но после разговора с любовником она еще больше разволновалась.

Вздохнув, Мэгги решила списать все на усталость и расшатанные нервы. Хотя она и не гнала, поездка по зимнему шоссе уже сама по себе представляла настоящее испытание.

Приняв ванну и завернувшись в теплый махровый халат, Мэгги растянулась на кровати и погрузилась в размышления.

Чего уж кривить душой — она боялась. Но по мере того, как она удалялась от Эллингтона и соответственно от Генри Коллинза, на душе становилось все спокойнее. Рассудок снова начинал брать верх. Теперь Мэгги получила возможность оценить ситуацию, в которую попала, более трезво и непредвзято.

Постоянное незримое присутствие в ее жизни Генри наложило отпечаток на ее восприятие действительности, и с некоторых пор она начала испытывать мрачные предчувствия. Да что там предчувствия — иногда она готова была выть от ужаса! Время, однако, шло, дни складывались в недели, а недели в месяцы. По прошествии года она стала все больше сомневаться в предсказаниях Сандры. Вопреки убеждению подруги Генри до сих пор не причинил ей вреда — если, конечно, не считать телефонных звонков, — а возможностей добраться до нее у него было предостаточно, уж в этом-то Мэгги не сомневалась. Если теория Сандры о людях, обремененных навязчивыми идеями, справедлива, то почему, спрашивается, ее преследователь не предпринял до сих пор никаких действий? Чего он ждет?

Чтобы успокоиться и обрести равновесие, Мэгги пару раз глубоко вздохнула. Хотя Генри и угрожал ей, но, похоже, и в самом деле по-своему любил. Несомненно, он хотел обладать ею. Это была своего рода болезнь, мания, которую он был не в силах преодолеть. Но способен ли он причинить ей физический вред? Прошел год, Генри продолжал ей названивать, но его угрозы так и оставались угрозами.

Похоже, Сандра ошиблась. По крайней мере Мэгги хотелось так думать, и она уцепилась за эту мысль как утопающий за соломинку. По-видимому, и научные теории часто дают сбой. Улыбнувшись, Мэгги потянулась к выключателю стоявшей на столике у кровати лампы. Она знала, что эту ночь проведет как никогда спокойно.

Генри не раз приходилось наблюдать за тем, как Крис вместе с Мэгги поднимался в ее квартиру, а утром от нее уходил. Когда это случилось впервые, он едва не сошел с ума от ревности. Похоже, крыша у него тогда все-таки поехала, поскольку после этого у него случился провал в памяти, а когда он пришел в себя, то обнаружил, что беспощадно колотит по окровавленному лицу какую-то проститутку. С отвращением оттолкнув от себя бесчувственное тело, Генри бросил его на тротуар в безлюдной аллее. Он едва не забил ее до смерти, эту женщину, — в своей же машине, среди бела дня. К тому же он не помнил, как это случилось, и осознал, что творит, когда дело было уже сделано. Это все Мэгги виновата, подумал он.

Генри в жизни не испытывал подобной ярости. Он ненавидел и Мэгги, и того человека, который поднимался в ее квартиру. И как только он с самого начала не раскусил ее, не понял, что она — шлюха? Женщины шлюхи все до единой — разве не так? И с чего это он решил, будто Мэгги отличается от других представительниц своего пола? Потому только, что она красива? Да, внешне она и в самом деле выделялась среди прочих, без сомнения, была такой же лживой и испорченной, как все остальные. Что ж, он устроит ей и ее приятелю веселую жизнь!

Генри сидел в арендованном седане в самом конце парковочной площадки. Во рту у него тлела сигарета, и ее огонек отражался красной точкой в его блестевших от возбуждения глазах. Генри не отрываясь наблюдал за гостиничной дверью. Неожиданно у него на губах появилась хитрая улыбка. Эта женщина никак не поймет, что он всегда будет рядом. Его любовь всемогуща, и он не откажется от нее ни за что на свете.

Свет в окне 14-го номера погас. Губы Генри раздвинулись в улыбке. Уж чего-чего, а терпения у него хватало. Он может ждать сколько угодно и в конце концов дождется того момента, когда эта женщина будет извиваться как змея в его руках и молить о пощаде. Прежде чем убить ее, он сделает ей больно, очень больно. Пусть она испытает страдания, какие он испытывал в последнее время — а ведь он прошел через ад. Ну а потом, когда с Мэгги будет покончено, можно будет заняться мистером Красавчиком.

В шесть утра Мэгги поднялась, позавтракала на скорую руку в гостиничном ресторанчике и вывела свой синий седан с парковочной площадки. Вырулив на шоссе, она прибавила газу. По радио обещали небольшой снегопад. Снег и вправду пошел, но, в полном соответствии с прогнозом, его было не много. Во всяком случае, черная лента шоссе не поменяла цвета.