Благословение вечной любви - Люси Гордон

Марио с облегчением вздохнул и отпустил ее руку: – Хорошо. До тех пор, пока мы понимаем друг друга.

Горькая ирония его слов захлестнула Наташу, и она тягостно вздохнула. Они никогда не понимали друг друга. Собственно, их ничего и не связывало, кроме взаимного недоверия.

Наташа повернулась к Джорджо, заговорив самым деловым тоном.

– Наверное, мне пора проконсультироваться с паблисити-менеджером. Итак, какие будут указания?

– Мы должны проехать по Вероне, – ответил он, – изучая все примечательные места. Особенно балкон. В наше время можно даже пожениться в доме Джульетты. А после церемонии новобрачные всегда выходят на балкон, позируя для фотографий.

– Очень удобно. – Наташа вынула блокнот и начала записывать. – Сцена на балконе – самая известная часть пьесы.

– Да, люди обожают представлять стоящую там Джульетту, которая тоскует по своему возлюбленному, говоря: «Ромео, Ромео, о, где же ты, Ромео?»

– Она говорит не «где», – возразила Наташа. – Она говорит: «Зачем же ты, Ромео?» Это означает «почему?». Она имеет в виду: «Ну почему ты оказался Ромео Монтекки, моим врагом?» Во времена Шекспира, если хотели узнать, почему кто-то повел себя определенным образом, говорили, – она придала голосу драматизма, – «О, зачем ты это сделал, супостат?»

– Супостат? – с сомнением переспросил Джорджо.

– Это означает «негодяй». Говорится тому, кто ведет себя отвратительно.

Джорджо прыснул:

– Я должен это запомнить. «Негодяй» – брикконе.

– Или традиторе, – как бы невзначай заметила Наташа.

– Ага! Так вы знаете несколько итальянских слов? – рьяно ухватился Джорджо.

– Одно-два, – весьма достоверно изобразила беспечность она.

– Я бы многое отдал, чтобы узнать, как вы выучили это конкретное слово, – дерзко бросил он.

– Вам достаточно просто поинтересоваться, – усмехнулась Наташа. Марио подчеркнуто не смотрел на нее. Он, казалось, был всецело занят своим вином.

И тут в дверном проеме появился какой-то человек, делая знаки Джорджо.

– Мне придется на минутку вас оставить. Я скоро вернусь. – Он положил руку на плечо Наташи. – Не уходите. Мне так нравится проводить с вами время!

– Мне тоже, – заверила она.

Когда Джорджо вышел, Марио снова наполнил ее бокал.

– Будь осторожна с Джорджо, – предупредил Марио. – Он ловко пускает в ход обаяние, это – часть его профессии.

– Само собой, – весело отозвалась Наташа. – Такова индустрия развлечений. Вреда от этого не будет.

– Не будет – пока ты не попадешься на удочку.

– Я не попадусь. Отныне ничто и никто не сможет меня обмануть.

Марио приподнял бокал, иронично отсалютовав ей:

– Какое все-таки невероятное совпадение! Интересно, кто из нас больше шокирован.

– Этого мы никогда не узнаем.

– Только что ты со всей решительностью заявила, что мы незнакомы.

– А ты бы сказал иначе? – Наташа пристально взглянула на него.

– Нет, но сомневаюсь, что произнес бы это так быстро и категорично. Ты отрицала то, что знаешь меня, с таким пылом, будто от этого зависела твоя жизнь.

– Но это ведь правда. Когда-то мы считали, что успели достаточно друг друга узнать, но мы оба ошибались. Ты думал, меня легко одурачить. Ты и не рассчитывал, что появится Таня и покажет мне, кто ты есть на самом деле.

– Признаю, когда-то у меня были отношения с Таней, но между нами все было кончено.

– В самом деле? По-моему, она так не думала. И по-прежнему считала тебя своим. Нет, это меня ты собирался бросить! Потому-то и намекал, что должен сказать мне нечто важное. Ты обмолвился, что это было трудно, но ведь всегда трудно бросать кого-то, не так ли?

Он побледнел как полотно.

– Вот сама мне и скажи! Это ведь ты бросила меня без малейших раздумий!

– Бросить тебя было легче легкого, ведь ты дал мне для этого отличный повод.

– Но то, как ты это сделала… Исчезла, испарилась, чтобы я не смог тебя найти! Ты хотя бы представляешь, что мне довелось испытать? Я чуть с ума не сошел, потому что ты отказалась дать мне маломальский шанс объяснить…