Принцесса на вечеринке - Мэг Кэбот

А из-за вредных антибиотиков, которыми мясная промышленность нашпиговывает свою продукцию, Рокки когда-нибудь наверняка вы­растет таким же длинным, как Шакилл О'Нил. Однако еще я опасаюсь, что у Рокки не боль­ше интеллекта, чем у птички Твити, Потому что, сколько бы я ни показывала ему кассет «Моцарт для детей», сколько бы часов я ни тра­тила, читая ему вслух детскую классику — «Кролика Питера» Беатрис Поттер и «Зеленые яйца и Окорок» доктора Сеусса, Рокки все рав­но ни к чему не проявляет интереса, ему нра­вится только со всей силы швырять пустышку в стену, ходить по мансарде, громко топая но­гами (при этом кто-то должен удерживать его в вертикальном положении, держа за лямки комбинезончика, обычно это бываю я, и у меня, между прочим, уже начинает болеть от этого спина) и вопить во все горло «Так!» и «Кии!».

Мне кажется, это ни что иное, как явные признаки серьезной задержки в умственном развитии. Или синдрома Аспергера.

Однако мама считает, что для почти годова­лого ребенка Рокки развит нормально и что мне надо успокоиться и перестать быть такой младенцелизательницей (ну вот, теперь уже и род­ная мать переняла прозвище, которое мне дала Лилли).

Но несмотря на такое предательство, я очень боюсь признаков гидроцефалии. Осторожность никогда не бывает излишней.

— Ну, так что они пишут? — спросила мама, имея в виду письмо. — Я хотела его вскрыть и зачитать тебе новость по телефону, но Фрэнк мне не разрешил, он сказал, что я должна ува­жать границы твоего личного пространства и не открывать твою почту,

Я бросила на мистера Дж. взгляд, полный благодарности, что было непросто сделать, по­скольку я все еще старалась не расплакаться, и сказала:

— Спасибо.

— Пожалуйста, — ответила за него мама с этаким отвращением. — Я тебя родила, я шесть месяцев кормила тебя грудью, так что я могла бы иметь право читать твою почту. Так что в письме?

Я дрожащими пальцами открыла конверт, заранее зная, что я там обнаружу.

Как и следовало ожидать, внутри лежал один-единственный листок бумаги с напечатанным текстом:

Журнал «Шестнадцать»

1440 Бродвей

Нью-Йорк, NY 10018

Уважаемый автор!

Спасибо вам за то, что вы прислали рукопись в журнал «Шестнадцать». Принимая решение не публиковать ваш рассказ, мы тем не менее ценим ваш интерес к нашему изданию.

Искренне ваша

Шонда Йост,

редактор художественной литературы

«Уважаемый автор»! Они даже не потруди­лись напечатать мое имя! У меня нет никаких доказательств, что кто-нибудь хотя бы ПРОЧЕЛ «Долой кукурузу!», не говоря уже о том, чтобы немного задуматься над смыслом рассказа.

Думаю, мама и мистер Дж. поняли, что мне не понравилось то, что я прочитала, потому что мистер Дж. сказал:

— Да, неприятно. Но ничего, тигр, в следу­ющий раз ты их сделаешь.

Рокки по этому поводу сказал только одно:

— Так!

Высказался и швырнул в стену кусочек гам­бургера.

Заговорила мама:

— Я всегда считала, что журнал «Шестнад­цать» — унизительное чтение для молодых женщин, потому что в нем полно фотографий красивых и невероятно тощих моделей, а это может только усилить переживания молодень­ких девушек из-за их собственных фигур и их неуверенность в себе. Если разобраться, кому интересно, какие джинсы больше подходят к фигуре вашего типа, низко сидящие или на талии? Лучше бы вместо этого рассказали де­вушкам что-нибудь полезное, например, объ­яснили, что даже если ты занимаешься Этим Делом стоя, это не мешает забеременеть.

Тронутая сочувствием моих родителей, да и младшего брата тоже, я сказала:

— Ладно, все нормально, это же не послед­ний конкурс,

«Хотя я очень сомневаюсь, что смогу когда-нибудь написать рассказ лучше, чем «Долой ку­курузу!», Я написала его на одном дыхании, вдохновленная ужасно трогательным зрелищем: Парень, Который Терпеть Не Может, Когда В Чили Кладут Кукурузу, сидит в кафе СШАЭ и зернышко за зернышком выбирает из своей порции чили кукурузу с самым печальным вы­ражением лица, какое мне только доводилось видеть у кого бы то ни было. Я никогда больше не увижу ничего столь же трогательного. Ну, может быть, кроме выражения лица Тины Хаким Баба, когда она узнала, что из ее любимого реалити-шоу «Аркадия» исключили Джоан, ее любимую участницу.

Не знаю, кто написал рассказ, который «Ше­стнадцать» признает лучшим, и хвастаться не хочу, честное слово, но просто НЕ МОЖЕТ БЫТЬ, чтобы ее рассказ так же захватывал и трогал за сердце, как мой «Долой кукурузу!».

И НЕ МОЖЕТ БЫТЬ, что она так же силь­но, как я, любит писать.

Не спорю, она, может, и пишет лучше, но ста­ло ли для нее писательство — как для меня — такой же жизненной необходимостью, как ды­хание? Очень сомневаюсь. Она, небось, сейчас дома, и мама ей говорит:

— Ах да, Лорен, вот что принесли сегодня по почте.

И она открывает письмо из журнала «Шест­надцать», АДРЕСОВАННОЕ ЛИЧНО ЕЙ, про­сматривает контракт и говорит небрежно:

— Гм, еще один мой рассказ публикуется. Как будто мне не все равно. Чего мне на самом деле хочется, так это чтобы меня сделали ка­питаном команды болельщиц и чтобы Брайан пригласил меня на свидание.

Понимаете, для меня-то писательство зна­чит больше, чем участие в команде болельщиц. Или чем Брайан.

Ну, может быть, не больше, чем Майкл. Или чем Толстый Луи, Но близко к этому.

И вот теперь эта дурочка, влюбленная в Брайана Лорен, между прочим говорит:

— Я только что победила в конкурсе расска­за журнала «Шестнадцать»... Интересно, а что сегодня вечером по телеку?

И ее даже не волнует, что ее рассказ скоро прочитает миллион человек, не говоря уже о том, что ей предстоит провести день, ходя как тень за редактором шоу, идущего в прямом эфи­ре, и узнать, каково это, существовать в напря­женном, быстро меняющемся, суровом мире подростковой журналистики...

Если только победила не Лилли.

О БОЖЕ!!! А ВДРУГ ПОБЕДИЛА ЛИЛЛИ???

Господи, Боже Милостивый, прошу тебя, не дай Лилли выиграть литературный конкурс журнала «Шестнадцать»! Я знаю, нехорошо молиться о таких вещах, но я тебя умоляю, Гос­поди, если ты существуешь (в чем я лично со­мневаюсь, потому что ты допустил, что Джоан исключили из «Аркадии» и что мне прислали это письмо из журнала), НЕ ДАЙ ЛИЛЛИ ВЫ­ИГРАТЬ ЛИТЕРАТУРНЫЙ КОНКУРС ЖУР­НАЛА «ШЕСТНАДЦАТЬ»!!!!!

О боже, Лилли вызывает меня по IM.

ЖнскПрава: ПД, ты сегодня что-нибудь получала из журнала 16?

О боже!

ТлстЛуи: Гм, да. А ты?

ЖнскПрава: Да. Я получила жалкое пись­мо с отказом. Если точнее, то целых пять писем. Сразу ясно, что они даже не читали мои рассказы.