Милая обманщица - Валери Боумен

Она поспешила к висящему на стене зеркалу, чтобы посмотреть на собственное отражение. Глаза казались ей чересчур большими на маленьком бледном лице. Тонкие волосы неопределенного цвета отказывались ложиться красивыми волнами. Губы были слишком пухлыми, а вот нос – наоборот, слишком маленьким. Да и несносные веснушки не прибавляли красоты. Она просто пугало. Шестнадцатилетнее пугало. Возможно, когда-нибудь Кассандра и превратится в красавицу. Но только не сегодня. Сегодня она слишком тощая, слишком костлявая… А еще Касс ужасно нервничала. Единственным светлым пятном во всей этой малопривлекательной картине оказалось платье нежно-голубого оттенка льда. Оно придало глазам Касс выразительности, а коже – цвета. Мама заказала это платье специально для празднования дня рождения, и Касс выглядела в нем чудесно. Насколько чудесно может выглядеть пугало.

– Я должна поговорить с ним, мама? – раздался в ответ раздраженный голос Пенелопы.

Касс развернулась и посмотрела на кузину. Да, она могла лишь смотреть и ошеломленно моргать.

– Ты не хочешь видеть лейтенанта Свифта? – У Кассандры не укладывалось в голове, как кузина могла не хотеть видеть собственного суженого?

– Он даже еще не лейтенант, – огрызнулась Пен. – А второй лейтенант. Только что получил офицерский чин.

Касс не понимала, какое это имеет значение.

– Но ведь он… ведь он… твой жених. – Не говоря уже о том, что он красивый, добрый, сильный, честный и совершенно чудесный. Всякий раз, оказываясь в его обществе, Касс чувствовала себя очарованной. Пенелопа просто счастливица.

– Вовсе нет, – возразила Пен, подходя к зеркалу, от которого только что отошла Касс. – Он пока не мой жених. Еще ничего не решено.

Мать Пен подбоченилась.

– Даже если бы он был простым солдатом. Мне все равно. Однажды он станет твоим мужем, а сегодня он проделал долгий путь, чтобы попрощаться с тобой перед отъездом. Ты окажешь любезность, если поговоришь с ним.

Пен округлила глаза и заправила за ухо прядь густых каштановых волос.

– Ну, раз ты настаиваешь, мама.

– Конечно же я настаиваю. А теперь я пойду и поздороваюсь с ним. А вы спуститесь в розовую гостиную через десять минут, мисс.

Мать Пен вышла из комнаты, одарив дочь суровым взглядом.

– Как бы мне хотелось, чтобы она не настаивала так на моем браке с Джулианом, – произнесла Пенелопа после того, как за ее матерью закрылась дверь. – Насколько я знаю, он уезжает на целых пять лет. Пять лет! Можешь себе представить?

Касс покачала головой. Отчасти потому, что действительно не верила, что Джулиан может уехать на столь долгий срок. А еще при мысли об этом на ее глаза навернулись слезы, и теперь она отчаянно боролась с ними.

– Нет, – пробормотала она. – Не могу.

– К тому же он может вообще не вернуться, – добавила Пенелопа.

Касс сумела лишь кивнуть, ибо слова кузины ранили ее в самое сердце.

– Я могу больше никогда его не увидеть, – продолжала Пен.

Касс молча подошла к зеркалу и взяла кузину за руку.

– Поэтому ты не хочешь говорить с ним, Пен? Ты боишься стать ему ближе. И если он вдруг у-умрет… – Касс закрыла глаза. Это невероятно. Невообразимо.

– Не поэтому, – возразила Пен, вырывая руку. – Мне просто непереносима мысль о том, что я повзрослею и стану старой уродиной в ожидании мужчины, который может вообще не вернуться. Это просто нечестно, тебе так не кажется?

Пен наверняка не подозревала о том, насколько жестоко прозвучали ее слова. И скорее всего, не хотела сказать ничего дурного.

– Мне жаль, Пен, – просто сказала Касс. – Должно быть, тебе очень тяжело.

– Ты даже не представляешь, насколько, – ответила Пен. – И мне тоже очень жаль. Очень жаль, что мать с отцом выбрали мне в женихи второго сына. Знаю, я не звезда сезона, но они все равно могли бы подыскать кого-нибудь другого. Они так желают нашего союза, потому что хотят приблизиться к весьма титулованной семье Джулиана.

Касс не могла не согласиться с кузиной. Свифты действительно были известной семьей. Но как могла Пен не желать Джулиана себе в мужья? Высокого, красивого, доброго Джулиана? Ведь сама Касс была влюблена в него с того самого момента, как впервые увидела.

– Что ты намерена делать, Пен? – Касс пригладила подол платья.

– А что я могу сделать? – вздохнув, произнесла Пенелопа. – Мне нужно поговорить с ним. Попрощаться. – Но тут в глазах Пен вспыхнул огонь. – Окажи мне услугу, Касс. Войди через пять минут в гостиную. Спаси меня.

Касс ошеломленно заморгала.

– Спасти тебя?

– Да. Спустись в розовую гостиную и прерви наш разговор. Скажи, что праздник начинается или что-то в этом роде. Все, что угодно. Я не вынесу мучительной беседы с лейтенантом Свифтом, которая к тому же продлится неизвестно сколько.

Касс покачала головой. Она просто не могла себе представить, чтобы кто-то захотел добровольно отказаться от наслаждения в последний раз пообщаться с Джулианом.

– О, нет, я не могу…

– Конечно же можешь. Сделай это, пожалуйста. Ради меня, а? – Пен сжала плечо Касс, а потом выпорхнула из комнаты со словами: – Спасибо, Касс, ты такая милая.

Дрожа всем телом, Касс медленно развернулась и еще раз посмотрела на собственное отражение в зеркале. Она побледнела еще больше, если такое вообще было возможно, и стала белой, точно привидение. Казалось, еще мгновение, и она станет совсем прозрачной. Прозрачной с веснушками на носу. Чудесное сочетание. Касс вздохнула. Ну и что теперь делать? Пен ждала, что она ворвется в гостиную и прервет ее беседу с будущим мужем. Касс принялась расхаживать перед зеркалом, обдумывая происходящее. Во всем этом был лишь один положительный момент.

Если Касс выполнит просьбу Пенелопы, ей удастся побыть немного наедине с Джулианом. Возможно.

Что ж, она сделает, как просила Пен. В конце концов, сегодня ее день рождения, не так ли? Что может быть лучше нескольких минут рядом с любимым мужчиной? О таком подарке она даже не смела и мечтать.

Касс выждала показавшиеся нескончаемыми пять минут и осторожно спустилась на первый этаж. Дверь розовой гостиной была закрыта. Касс закусила губу. Ей ужасно не хотелось мешать. Но потом она вспомнила, что именно это ее и попросили сделать. Еще раз взглянув на свое нарядное платье, она ощутила некоторую уверенность. Касс расправила плечи и постучала.

– Войдите! – с готовностью откликнулась Пенелопа.

Касс толкнула дверь и неуверенно вошла. Пен сидела на диване, стоящем в центре гостиной. Джулиан же стоял напротив нее, опершись о край камина и сложив руки за спиной. В ладно скроенной военной форме он выглядел восхитительно, но Касс на глаза навернулись слезы. Такой красивый и благородный… Он – офицер армии его величества и уже через несколько дней окажется в самом пекле.