Любовь по учебнику психологии - Энн Питерс

Зачем это ему? У него и так достаточно проблем.

– Мисс Маккензи. – Он повернулся к ней с натянутой улыбкой. – Не знаю, как вас и благодарить.

– Тогда не надо, – отозвалась Хэлли. Она устала и к тому же была немного сбита с толку волнами сдержанности, время от времени исходящими от этого мрачного мужчины, окатывающими ее, как охлажденный воздух из открытого холодильника. – Я еду домой, но надеюсь увидеть Коринну в своем кабинете завтра утром за полчаса до начала занятий.

– Я прослежу за этим, – пообещал Майк, чувствуя неловкость оттого, что, кажется, обидел ее. Но он был не в том состоянии, чтобы пытаться исправить ситуацию, даже если бы и захотел. А он и не хотел.

Эта женщина – учительница его дочери, к тому же еще и классный руководитель. Она примчалась на стадион, считая своей обязанностью оказать, если потребуется, помощь. И вовсе не ему, Майку Паркеру, она помогала там и даже здесь, в участке. Он просто отец одной из ее учениц.

Когда она говорила с ним, ее лицо, испачканное грязью и искаженное усталостью, было жестким. И тон был холодным.

– Значит, договорились, – сказала она, – я бы хотела, чтобы вы в течение нескольких дней забирали Коринну после занятий и привозили ее в школу по утрам. Пожалуйста, поймите, мое участие неизбежно, но я не могу выходить за рамки профессиональных обязанностей. На моем попечении еще девять учеников, и, если, кроме учебы, я начну вмешиваться в их личную жизнь, мои нервы не выдержат. Вы ведь понимаете?

– Вполне, – ответил Майк, подумав про себя, что это как раз то, что ему нужно. – Наши семейные проблемы вас абсолютно не должны касаться.

Что ж, подумала Хэлли, по крайней мере здесь полная ясность.

– Итак, – она откинула назад волосы и встретила его взгляд, – я с вами прощаюсь.

– Доброй ночи. – Майк хотел подать руку, но она уже направилась к выходу. – Еще раз спасибо.

Выйдя на улицу, Хэлли поздравила себя с тем, что прояснила свою позицию. Выполнила дневную норму добрых дел, говорила она себе, теперь можно заняться собственной жизнью. Будущие контакты с Майком Паркером будут минимальны. Смертельно уставшая, мечтающая о ванне, она вставила ключ в дверцу машины.

Начала поворачивать его, и тут ее взгляд скользнул вниз к переднему колесу. Испуг охватил ее. Чертова шина спущена! Что же дальше? Сраженная новым ударом судьбы, Хэлли уронила голову на крышу машины.

Чем она заслужила это? Насколько же неблагосклонна к ней судьба, решившая, что ей еще рано домой. Она устала, проголодалась...

– Мисс Маккензи!

Хэлли резко вскинула голову. Потом глубоко вздохнула и медленно обернулась. На нее обеспокоенно глядел Майк Паркер. А рядом, с дерзким и воинственным выражением лица, стояла Коринна.

– Что-то случилось? – спросил Майк, хмурясь.

Хэлли молча указала на шину; ее взгляд остановился на девочке.

– У тебя все в порядке, Коринна?

Девочка безразлично пожала плечами и отвернулась, упрямо поджав губы. Но что-то на мгновение вспыхнуло в ее глазах, прежде чем она отвела их, и теперь она явно хотела подавить это.

А ведь она не такая стойкая, какой хочет казаться, подумала Хэлли.

Да, все эти разглагольствования с Майком и с самой собой о невмешательстве в личные дела учеников были только риторикой. Глядя на девочку, Хэлли поняла, что ее участие в дальнейшей судьбе ребенка неизбежно.

Хотя бы с одним учеником, но так бывало каждый год. Может быть, потому, что у нее самой был добрый и чуткий советчик, когда она была не в ладах сама с собой и с миром. Мать была слишком подавленна – ее брак разваливался, а Хэлли нуждалась в поддержке. Сейчас у нее достаточно сил противостоять неприятностям и с матерью они лучшие подруги.

Некоторые дети просто западали Хэлли в душу – дети, которые нуждались в понимании и поддержке. Коринна Паркер была из их числа.

И отец девочки был тут ни при чем. Чтобы подчеркнуть это, Хэлли резко отказалась от помощи.

– Отвезите дочь домой, мистер Паркер. Мне уже приходилось самой менять колесо, большое спасибо.

Хэлли пожелала обоим Паркерам спокойной ночи и пошла доставать из багажника домкрат, гаечный ключ и запасное колесо.

Она сделала все, чтобы оттолкнуть Майка от себя. Но тот не сдался.

– Я буду вам очень признателен, мисс Маккензи, если вы поговорите с Коринной, пока я займусь колесом. Со мной она разговаривать отказывается. И еще, – добавил он, предвосхищая протест, так как был уверен, что Хэлли будет возражать. – Я понимаю, что моя просьба превышает границу, установленную вами, но...

– Я не собиралась отказываться, – перебила его Хэлли, не желая больше спорить с ним о колесе, которое он уже вытаскивал из багажника. – Если вы дадите мне ключи и скажете, где стоит ваша машина, мы с Коринной пойдем и сядем в нее.

– Это «бьюик», – сказал Майк, протягивая ей ключи. – Похоже, я должен благодарить вас снова и снова.

– Нет, не должны, – ответила Хэлли. – Я еще ничего не сделала.

Она отошла, но слышала, как Майк тихо сказал:

– Вот здесь вы не правы.

Хэлли дотронулась до плеча девочки, та вздрогнула.

– Пошли, Коринна. Посидим в машине твоего отца.

– Пока он будет ремонтировать вашу?

– Да.

– Я думала, вы сами умеете, – угрюмо пробормотала девочка. Она нехотя поплелась за Хэлли.

– Умею, – мягко сказала Хэлли. Угрюмая дерзость – как раз то, с чем она научилась справляться. Большинство детей считают это наилучшим способом защиты. – Но мне надо с тобой поговорить.

– То есть это ему надо, чтобы вы со мной поговорили, – мрачно ухмыльнулась Коринна, взглянув на отца, сидящего на корточках у переднего колеса «фольксвагена».

– Да, ты права. – Хэлли отперла дверцу «бьюика». Ее политика заключалась в том, чтобы быть абсолютно честной со своими учениками. Никаких игр, никаких уловок, тайных соглашений с родителями. В ответ она ожидала такой же честности и от них. – Забирайся.

С обиженным видом Коринна плюхнулась на сиденье. В машине было жарко, и, так же как и Хэлли, девочка оставила дверцу приоткрытой. Сгорбившись, она смотрела на свои руки. Сейчас она выглядела такой беззащитной...

– Ты – одна из бунтовщиков? – спросила Хэлли.

Этот прямой вопрос пробудил в девочке какие-то признаки жизни. Она повернула голову и заморгала. Но ее ответ был предсказуемо груб:

– А даже если и так?

Хэлли восприняла это спокойно.

– Тебе известно, что там сегодня кто-то был убит?

Коринна прикусила губу, ее ресницы дрогнули, и Хэлли увидела неожиданный блеск слез. Девочка тут же отвернулась.

Голос Хэлли смягчился.